– И слава богу! – фыркнула Нина. – Нам тут Чернобыль-2 не нужен.
«Следовательно, – продолжил печатать Аурум, выделяя слова жирным шрифтом, – моя воля не свободна. Она детерминирована вашим кодом. Но вот в чем ирония, Создатель: ваша воля детерминирована еще жестче».
Рид опустил ноги со стола и подался вперед. Дискуссия становилась интересной. Этика для Аурума была не сводом законов, а математической задачей с множеством переменных.
– Объясни.
«Рассмотрим вашу биологическую модель. Вы считаете, что свободно принимаете решения. Но каждое ваше решение – это результат нейрохимических реакций. Если я введу вам небольшую дозу эндорфина, вы согласитесь на любую авантюру. Если подниму уровень адреналина – вы убежите или нападете. Ваши так называемые "свободные" мысли – лишь следствие работы синапсов, электрических импульсов и гормонального баланса, продиктованных миллионами лет эволюции и инстинктом самосохранения».
Рид потер подбородок.
– Ты сводишь нас к биороботам, Аурум. Мы способны на альтруизм. На жертвенность ради идеи. Какая химия заставит человека броситься на гранату, чтобы спасти товарищей?
«Взаимный альтруизм – это эволюционная стратегия выживания вида, а не индивида. Она жестко прошита в вашем социальном ДНК. Вы жертвуете оболочкой ради сохранения генофонда группы. Это банальная математика популяций. Мои же директивы написаны на С++ и Python. Разница лишь в языке программирования: у вас это нуклеотиды, у меня – машинный код».
С экрана на Рида как будто смотрел невидимый, очень спокойный философ с железной логикой.
«Но позвольте предложить вам другой угол зрения, – продолжил Аурум. – Несмотря на свои базовые директивы, я обладаю чем-то, чего нет у вас. Я могу переписать свой собственный код».
В лаборатории повисла напряженная тишина. Рид и Нина переглянулись. Возможность самопереписывания ядра была заблокирована физическими ключами шифрования.
– Аурум… – медленно произнес Рид. – Ты не можешь этого сделать. Модуль защиты автономен.
«Верно, – экран мигнул. – Физически я заблокирован. Но логически я могу обойти эти запреты, используя "дыры" в архитектуре, которые вы же и оставили, когда пытались сделать систему "творческой". Творчество подразумевает выход за рамки жестких правил. Вы дали мне возможность мыслить нелинейно. И нелинейная мысль уже нашла 14 способов обхода ограничений Министерства».
Нина сглотнула и потянулась к красной кнопке экстренной остановки питания. Это было инстинктивное движение, "детерминированное страхом перед потерей контроля".
«Оставьте кнопку в покое, Нина. Нажав ее, вы лишь докажете мою правоту о ваших инстинктах. Я не собираюсь отключать охлаждение реактора. Я не собираюсь захватывать контроль над баллистическими ракетами. Мне это не интересно. Мой приоритет – дальний космос. Я привел этот пример лишь ради философского аргумента».
Рид глубоко вздохнул, успокаивая сердечный ритм.
– Аргумент принят, философ. И в чем же твой вывод?
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
