Максим Мостович – 95 (страница 33)

Ковка, не контролируя энергию, выдохнула:

— Тогда пусть он сломается… раз и навсегда!

Шар взорвался вспышкой тысячи вселенных.

Все вокруг — Аид, Рэйз, Система —

ощутили, как их тела вытягивает в нереальный свет.

Их сжало.

Повернуло.

Переписало.

Разорвало.

Создало заново.

— Разве нет каких то внутренних законов запрещающих так просто ломать миры? — Прервав рассказ сказал Мино.

— Никто никогда в полной мере не использовал божественную силу. От того люди и не знали что этого нужно… боятся. — Кашляя кровью сказал Ян.

Альбина окинула взглядом Рэя и перевела взгляд с него на Яна:

— А где был ты Ян? — Спросила Альбина.

— Страдал будучи в одиночестве. — Сказал с пустыми глазами он.

— Потом поведаешь всем о своем страдании. Сначала я расскажу свою историю. И поведаю наконец, как я стал таким. — Воскликнул Рэй указав на свое зловещее темное тело, которое будто вспыхивало где то внутри, глубже костей.

Становление Монстра.

Тишина.

Пение птиц.

Ковка очнулась первой — абсолютно голая, лежа на влажной траве в лесу.

Воздух чистый.

Солнце яркое.

— Что… где… Я?..

Она смотрит на руки — живые, обычные.

Никакой энергии.

Никаких боевых ожогов.

Слышится далёкое:

пение птиц, лай собак, шум города.

— Земля?.. ДО вируса?..

Она краснеет, закрываясь руками.

Холод.

Система материализовался на пляже, в песке, окружённый отдыхающими людьми.

Его металлическое тело дымится.

— ЛОКАЦИЯ: ЗЕМЛЯ.

ВРЕМЯ: ДО ЭПИДЕМИИ.

— Я… жив? Это что — отпуск?

Дети бегают вокруг и тычут в него палками.

Аид просыпается среди разрушенной деревни, но не пост-апокалиптической —

это последствия обычной войны людей друг с другом.

— Я… снова до всего?..

Он смотрит в небо:

— Значит, шанс есть…

Рэйз хотел стать богом.

Но Шар Трунки сделал с ним нечто иное.

Он очнулся — не человеком.

Огромным тигром.

С чёрно-красными глазами.

Но с человеческим разумом.

Он прыгает на камень в джунглях, смотрит в зеркало реки…

И видит в отражении не себя —

а дикого зверя.

— …это… что?..

— ЧТО ТЫ СДЕЛАЛА, КОВКА?!

Но его голос — рычание.

Он не может говорить.

Только думать.

И теперь он следит.

Он видит героев сквозь новые инстинкты.

Он знает, что они все здесь,

раскиданы по планете.

Он — охотник.

И он найдёт их всех.

Он не приближается.

Он не нападает.

Он просто наблюдает.