Максим Медведев – На ростовском направлении. Южный фронт в боях на Миусе. Январь-август 1943 г. (страница 3)
К 20 января войска противника закрепились на линии населенных пунктов Базки – Михайловский. На пути к Мечётинской части 17-й, 23-й танковых, 16-й моторизованной дивизий и дивизии СС «Викинг», перегруппировавшись, преградили путь соединениям Южного фронта к Манычскому каналу у хуторов Привольный и Веселый. Севернее по фронту, у Северского Донца, три пехотные и две танковые дивизии вермахта задержали продвижение советских войск. В этих боях ослабла ударная мощь 51-й армии. Незамедлительное людское и материальное обеспечение требовалось 3-му и 4-му гвардейским механизированным корпусам, у них оставалось всего 7 исправных танков[22]. Утром 20 января после ночного марша на расстояние 95 км армейская механизированная группа «Дон» подошла к совхозу им. Ленина и атаковала полевой аэродром под Батайском, но противник успел подтянуть резервы и отбил наступление группы[23]. Для сохранения боевого равновесия войск фронта советскому командованию следовало ускорить мобилизацию в освобожденных населенных пунктах и направить новобранцев в части, понесшие наибольшие потери.
Несмотря на достигнутые успехи, соединения 28-й и 51-й армий потеряли боевой темп. Попытки с ходу отбросить арьергарды противника не удавались. Враг жесткими контратаками танков и мотопехоты вынуждал стрелковые дивизии и бригады переходить к оборонительной тактике. Необходимо было локализовать немецкие контратакующие группы путем их обхода частями 28-й армии севернее и южнее Сальска. В то же время частям 51-й армии необходимо было без задержки выйти к хутору Прелестному. Через несколько дней две армии смогли отбить у противника райцентры Целина, Красный Маныч и другие населенные пункты. Продвижение армейской механизированной группы к Ростову застопорилось. Ее боевые порядки посто янно атаковали мелкие группы бомбардировщиков люфтваффе[24].
К 23 января 28-я армия продвинулась на 15–20 км южнее Сальска, который накануне освободила, и соединилась с конно-механизированной группой генерал-лейтенанта Н.Я. Кириченко из Северной группы Закавказского фронта, преобразованного 24 января в Северо-Кавказский фронт. С юго-запада к Южному фронту примкнула и 44-я армия Северо-Кавказского фронта. С этого момента данные войска стали плотно взаимодействовать с Южным фронтом[25]. Здесь начинался новый этап в Ростовской операции, когда войскам фронта следовало совершить решительный бросок к Ростову с нескольких направлений.
Немецкое командование армейской группы «А» крайне опасалось советского вторжения в Ростов. В переговорах с Гитлером его военачальники указывали на факт переброски советских частей, составлявших серьезную угрозу, из-под Сталинграда к Ростову. Противник также опасался возможного удара Юго-Западного фронта со стороны ворошиловградского направления к юго-западу, что грозило потерей контроля над Азовским морем и всей Ростовской областью[26].
Следуя приказам командования, противник основательно укрепился в районе Батайска. Немцы подготовили дополнительный оборонительный рубеж по правому берегу реки Аксай вплоть до Новочеркасска и расположили там резервы. Организованный прорыв вражеской обороны сделать сразу не получалось из-за того, что многие соединения войск фронта все еще задерживались в районе Маныча и на юге Ростовской области. Центр немецкой оборонительной полосы под Батайском атаковал 3-й гвардейский танковый корпус из армейской механизированной группы. Он был встречен огнем орудий противника и, потеряв сразу 7 танков, перешел к обороне.
После неудачной атаки по приказу генерала Ротмистрова корпус был отведен на исходные позиции. На этот отход остро отреагировали некоторые члены военного совета Южного фронта, объявив Ротмистрову строгое замечание о несвоевременном отводе передовых сил группы от фронта[27]. Ставка ВГК требовала от Южного фронта уже к 28 января занять Батайск и Койсуг, тем самым не дать противнику беспрепятственно отводить свои войска с Северного Кавказа. В полосе 5-й ударной и 2-й гвардейской армий немецкая авиация наносила мощные бомбовые удары. Командование фронта потребовало от 8-й воздушной армии всеми силами воспрепятствовать этому. В результате первого этапа операции части войск левого фланга Юго-Западного фронта продвинулись на 90 км, а правое крыло Южного фронта – на 170 км, выйдя к ближним подступам Ростова и Новочеркасска[28].
Таким образом, 1 февраля 1943 г. численность личного состава Южного фронта, без учета личного состава 44-й армии и конно-механизированной группы генерала Н.Я. Кириченко, в результате значительных боевых потерь составляла всего лишь 234 632 чел. Общие потери войск фронта за январь 1943 г. составили 130 350 чел.[29] Большие потери в январских боях понесли 2-я гвардейская и 28-я армии. Если на момент формирования фронта они имели 129 003 и 77 784 солдат и офицеров соответственно, то на 1 февраля во 2-й гвардейской армии оставалось 69 819 чел., а в 28-й армии – 43 825. Только эти две армии потеряли в январе 1943 г. более 93 тыс. военнослужащих Красной армии[30]. Несмотря на понесенные потери, Южный фронт второго формирования приблизился к нижнему течению Дона, откуда его армиям предстояло форсировать водную преграду на подступах к Ростову и разгромить осевшие там войска противника.
«Тает снег в Ростове, тает в Таганроге…»
Текст песни «Давай закурим» И.Л. Френкеля появился в конце 1941 – начале 1942 г., после того как войскам Южного фронта первого формирования удалось предпринять контрудар в Ростовской наступательной операции (17 ноября – 2 декабря 1941 г.) и противник потерпел первое крупное поражение с начала войны. Зимой – весной 1943 г. исторический сюжет песни приобрел новое значение, когда войска Южного фронта уже второго формирования в первых числах февраля вновь подошли к берегам Дона. Эти напевы были на устах у каждого бойца, особенно у тех, кто помнил радость победы осени 1941 г. и горечь поражений лета 1942 г.
Тем временем в высшем руководстве Южного фронта произошла ротация. Так, на должность командующего фронтом вместо А.И. Еременко со 2 февраля 1943 г. был назначен генерал-лейтенант Р.Я. Малиновский. Именно генерал Р.Я. Малиновский был последним командующим Южным фронтом первого формирования, когда в июле 1942 г. был оставлен Ростов, вследствие чего фронт был расформирован, а его части переданы в состав Северо-Кавказского фронта. Теперь войскам генерала Р.Я. Малиновского вновь было доверено пройти по тому же маршруту, но уже с востока на запад, изгнать осевшего в донской столице врага, вытеснить его из Таганрога и с рубежей вдоль реки Миус.
План операции: 5-я ударная армия освобождает Шахты; 2-я гвардейская армия – Новочеркасск; 51-я и 28-я армии наносят удар на Батайск и Ростов; 44-я армия и конно-механизированная группа Н.Я. Кириченко с юга преодолевают реку Дон и содействуют 28-й армии в освобождении Ростова. Конно-механизированная группа состояла из 4-го гвардейского Кубанского и 5-го гвардейского Донского казачьих кавалерийских корпусов, а также танковой группы генерал-майора В.С. Титова.
В первых числах февраля соединения 28-й армии в районе станицы Кагальницкой и поселка Зерноград вели напряженные бои с арьергардами, состоящими из боевых групп 23-й танковой дивизии и 5-й дивизии СС «Викинг». В авангарде советского наступления находились 99, 152, 156, 159, 79, 98-я отдельные стрелковые бригады, 34-я гвардейская стрелковая дивизия, 6-я гвардейская танковая бригада и 248-я стрелковая дивизия 28-й армии. Находясь на острие удара, 159-я отдельная стрелковая бригада только в течение 2 февраля понесла потери убитыми и ранеными 282 чел.[31]
Немецкое командование предприняло серьезные меры для задержки советских войск на подступах к Ростову. Город удерживали четыре усиленные дивизии вермахта из группы армий «Дон» под командованием Э. фон Манштейна. Окраины, улицы и здания были заранее оборудованы противником для долговременной обороны. Немецкие саперы соорудили инженерные заграждения с развитой системой огневого прикрытия и заминированных участков. В Ростове вели бои дивизия СС «Викинг», 17-я, 23-я танковые и 111-я пехотные дивизии вермахта, которым была поставлена задача любой ценой не допустить части Красной армии к Ростову и любой ценой удержать свои позиции до наступления весны.
К Ростову-на-Дону с юга подходила 28-я армия. 6 февраля к Батайску вышли части 159-й отдельной стрелковой бригады, 248-й стрелковой дивизии и 6-й гвардейской танковой бригады. Уже 7 февраля они штурмом овладели Батайском, выйдя на левый берег Дона, захватили у противника около станции Заречная до 15 эшелонов с военной техникой, боеприпасами и различными комплектующими материалами для сооружения обороны[32]. Воспоминания сержанта пулеметного взвода 902-го стрелкового полка 248-й стрелковой дивизии П.С. Редкозубова позволяют уточнить непростые климатические условия для советских солдат в боях на подступах к Ростову: