Максим Мамаев – Вернуть Боярство 4 (страница 4)
И безумный забег продолжился. Вот только теперь маны у нас оставалось… Ну, у меня — процентов сорок от изначального запаса, у Олега со Святославом где-то половина резерва, у Никиты же процентов тридцать. Именно он принял на себя основную тяжесть ударов противника, прикрывая нас — наши барьеры были больше нужны для того, что бы он сумел поставить новый взамен своих предыдущих.
Вообще же, у моих товарищей резервы были куда больше моего. Так что мне приходилось действительно выкладываться на полную, изощряясь и экономя каждую каплю энергии, что бы не отстать от них ни по эффективности, ни по оставшимся силам.
Полон был лишь Андрей. Но он, во первых, целитель, а во вторых — тоже, что и в пункте первом. Он мог как исцелять нас, что пока не требовалось, так и накладывать чары, усиливающие все наши физические характеристики. А ещё он был единственным, кто мог поделиться с остальными маной — высокоранговые целители они такие, умеют делать ману максимально нейтральной, что бы пациент мог её максимально быстро усвоить. Так что его силу мы берегли.
Предстояло миновать ещё как минимум одну подобную точку по нашему маршруту — место, где придется остановиться, что бы наши товарищи сумели ударами высокоранговой магии чуть разогнать настигающую нас орду. Надо признать, кое в чем мы ошиблись. По наблюдениям разведчиков в лесу должно было быть куда меньше высокоранговых монстров, и потому к этому моменту мы должны были сохранить значительно больше сил. По идее, нас должно было хватить ещё на два таких рывка с остановками — но как и любой план, составленный в тиши и уюте штабной палатки, этот затрещал по швам, столкнувшись с суровой реальностью. А именно — с нами нужно было слать минимум двух Старших Магистров, что бы у него был достаточный запас прочности, таковы оказались реалии…
— Бережем энергию, господа, — словно прочел мои мысли Святослав. — Старайтесь использовать расходники и оружие, а не личные силы.
Слева нас перехватывала крупная волчья стая, и я выхватил пару гранат. Мгновение — и они летят, заброшенные моей рукой, в самую гущу серошкурых хищников, забирая десятки жизней — осколочные, они безжалостно секли зверей. Тут даже убивать было необязательно, главное что бы как можно больше тварей лишились подвижности.
— Я беру на себя волков! — заорал я, поняв, что так нам скоро перегородят путь.
— Понял! — ответил, не оборачиваясь, Святослав.
Передав Андрею амулет, привлекающий зверей, я размытой тенью рванул вперед и вбок, охваченный желтыми молниями. Я был куда быстрее всех наших товарищей, так что, едва успев отметить краем сознания, как наш командир пропускает Андрея вперед и занимает моё место в строю, становясь замыкающим, я врубился в стаю тварей.
Меч Простолюдина в одной руке, здоровенный револьвер на шесть зарядов с зачарованными пулями в другой — пошла потеха!
Охваченный синей молнией клинок без труда рубит серые шкуры, стая берёт меня в кольцо… Ну как берет — пытается, ведь я не прекращаю бега вперед, просто на ходу рублю серые туши. Мои любимцы Сталегривые… Со стороны мы, наверное, смотримся забавно — человек, охваченный разрядами молний, бежит вперед и одновременно срывается в стороны, рубя стаю, что почти замкнула круг, полукольцо, но именно что почти.
Револьвер я пока приберегал. Пока стояли под барьерами, я зарядил его довольно дорогими пулями, способными упокоить при удачном попадании даже тварь четвертого ранга, и смысла расходовать его на мелочь первых-вторых рангов я не видел.
Вожак стаи, что настороженно бежал слегка в стороне и оценивающе поглядывал на наш бой, атаковал внезапно. Волчий вой, обратившийся могучей звуковой атакой, хлестнул по барабанным перепонкам, но чего-то подобного я ожидал — и воздушные вибрации, что должны были как следует встряхнуть мой организм, а то и вовсе прикончить меня, потекли в стороны, оглушая его собственных подчиненных. Выплюнул облачко дыма и сноп огня револьвер в левой руке — и пуля, войдя прямо в распахнутую пасть зверя, пробило нёбо и углубилось в мозг твари. Счастливого тебе пути на поля вечной охоты, санитар леса — сегодня ты встретил врага не по силам.
После этого стая продержалась лишь полминуты. Возвращаться к своим я не стал — Святослав вовсю крошил чудовищ на другом нашем фланге, орудуя саблей и жезлом. Основной отряд ужался до трёх человек — Олег, прокладывающий путь, впереди, Андрей в центре и Никита в тылу, прикрывая всю троицу.
Мы уже вновь углубились в многострадальную чащу, которую успешно разносили боевой магией и телами здоровенных чудовищ. Не знаю, сколько до следующей условленной точки, где нас ждали товарищи с заготовленной боевой магией, но Никите приходилось тяжело. Под шлемом не видно было его лица, но судя по ауре, чародей начинал выдыхаться. Хорошо хоть Андрей с нами…
А потому я не стал возвращаться обратно в строй. Здоровенный Снежный Барс, мечущий ледяные молнии, тварь пятого ранга, стал моей следующей целью. Сосредоточенный на обладателе амулета враг в первый миг не обратил на меня внимание, и мой клинок глубоко погрузился в бок монстра — собственно, только с эффектом неожиданности я обладал реальными шансами прибить монстра пятого ранга быстро и продолжить бежать. Иначе бой затянется, меня окружат и прощай, новая жизнь…
Когти монстра, что не пожелал умирать сразу, скрежетнули по металлическому нагруднику, но добротный доспех не подвел. Я направил револьвер на правый глаз монстра, но тот успел отдёрнуть башку, и пуля просвистела мимо. По ногам побежала волна холода, зверь пытался заковать меня в лёд — но фиолетовые молнии прервали эту попытку.
Однако барс успел оттолкнуться от меня, и теперь Клинок Простолюдина больше не гнал волны молний во внутренности раненного врага. Из пасти зверя вырвалась ледяная волна, но я, вспыхнув пламенем, шагнул сквозь неё — Снежный Барс не успел как следует собраться с силами для этой атаки, а потому она вышла слабоватой. Я обрушил клинок в косом ударе, метя прорубить череп, но зверюга пусть и с трудом, но отпрыгнула, припадая на правый бок. Кончик клинка успел лишить монстра правого глаза, оставив на морде шрам, и мы на краткий миг замерли — охотник и добыча, поменявшиеся местами.
У меня оставалось процентов тридцать от резерва, несколько зелий на крайний случай, пара гранат и четыре выстрела револьвера. А ещё на мне были зачарованные доспехи — обугленные, иссеченные царапинами и с парой мелких вмятин, но вполне себе ещё надежные.
Зверь был на целый ранг выше и к тому же охвачен безумием от артефакта. Но видимо, боль, ранения и смертельная опасность прояснили его разум, и тот, не издавая ни звука прыгнул — вот только не на меня, а вбок. Я пролетел мимо, не ожидая подобного подвоха, а когда бросил на него взгляд, грозный хищник уже вовсю улепетывал. Видимо, здраво рассудил, что своя шкура дороже попытки прикончить закованного в сталь двуногого…
Безумный забег продолжался ещё четыре минуты — и вот мы вновь стоим спина к спине. Море тварей всё так же вокруг нас, ведь нас опять загнали, но на этот раз энергии не хватит на то, что бы выдержать несколько минут вражеских атак…
— Вот и всё, господа, — устало просипел Никита. — Для меня честью было служить с вами…
— Не болтай попусту! — зарычал я. — Вливай в него силу, целитель! Мы выиграем время!
— Мы с Олегом ставим барьеры, Андрей — на тебе Никита, — поддержал меня Святослав. — Парень, я видел действие твоих фиолетовых молний. Действуй только ими и не думай о защите — разрушь максимум заклятий!
Минута. Заполненная бешенным воем сходящего с ума мира, воем ветров, грохотом взрывов и воем чудовищ снаружи, что перекрывал даже звуки боя минута — она была самой долгой в моей новой жизни. Да что там — за все три моих века напряженность и риск этой минуты заслуживает места в первой двадцатке худших ситуаций в моей жизни. А учитывая, что воюю я примерно все эти три века — это достижение.
Мои фиолетовые молнии… Сегодня я показали ими высший класс. Я направлял их очень быстро, избирательно и за доли секунды во все вражеские чары, которые мне было по силам разрушить и которые имело смысл рассуждать. От невероятной скорости работы восприятия и мозга, вынужденного обрабатывать огромный поток информации по целям, из носа потекла струйка крови.
Летящие каменные колья не трогаем — материальные чары удастся лишь ослабить, и то не так что бы сильно. Сосулька метровой толщины и пяти в длину — разносим на мелкое крошево, это нам по силам. Огненные шары — потоком молний дистабилизируем эти чары, пусть лопнут на расстоянии. Поток огня даже пытаться не буду… Водяную плеть перехватываем… Странный синий луч тоже, чем бы он ни был… Молнии врагов не успеваю, слишком быстрые… Воздушные лезвия — сломить!
И так целую минуту. Но мы выдержали — и даже помощь Никиты не пригодилась. На этот раз это было не одиночное заклятие — три наших эсминца открыли огонь. А на них, помимо артиллерии и экипажа, собралась, пожалуй, большая часть Мастеров и Магистров корпуса — как старших, так и младших. И наблюдая, как огненный ад накрывает всё на километры вокруг, мы облегченно осели. Благо Никита, экстренно накачанный энергией, закрыл нас.
— Бежим! — через пять минут приказал Святослав.