Максим Мамаев – Вернуть Боярство 24. Финал (страница 6)
А големы, тем временем, все двигались и двигались вперед. Неостановимыми, равнодушными к боли и смерти колоннами. Несмотря на все усилия, приложенные нашими магами, несмотря на бреши в огораживающих лагерь стенах, потери, понесенные османами, были каплей в море. Единственное, что выделилось, что было сколь-либо чувствительным для гигантского воинства — это убийство двух Магов Заклятий и Высшего. Остальные наши так отличиться не смогли… Вернее, враги не рискнули так за ними гнаться, особенно те, кто увидели сольное выступление Федора Шуйского. Побоялись, видимо, что это тоже часть нашего замысла, выманить таким образом побольше высших чародеев и перебить истинной элитой нашей армии — князьями и Главами Великих Родов.
В общем, к моменту, когда големы достигли проломов, туда уже начинали стягиваться войска осман. Подтянулась артиллерия из глубин лагеря — не осадные орудия, не эти чудовища, от попадания которых и чародею восьмого ранга может летально поплохеть, а полевая артиллерия.
Показались и рядовые маги. Битва закипела, вспыхнула вокруг проломов, куда с упорством истинных фаталистов рвались бездушные магические машины — рвались и гибли сотнями, тысячами…
Большинство погибало, не сумев даже добраться до врага. Но те, которые умудрялись, из задних рядов, прикрываемые основной массой собратьев, не пытались устроить рукопашную врагу.
Одна вспышка, другая, третья… Десять, двадцать, тридцать — добегающие големы просто подрывали себя, активируя заранее навешанные на них зачарованные снаряды шестого и седьмого рангов. И благодаря этой тактике сухопутных брандеров схватка, наконец, начала сдвигаться вглубь вражеского лагеря — а следом за големами уже спешили линейные части, уже летели по воздуху боевые суда империи, разворачивались в отдалении кирасиры, гусары и легкая казачья конница, неприменимая в штурме, но обладающая изрядной ударной мощью в поле… Или в суматохе лагеря, где сидя на магическом животном низшему чародею в латах было так удобно рубить и поливать чарами пехоту врага.
Но их час ещё не пробил. Полки и дивизии конницы пойдут позже, а пока, выходя из ворот города, они строились под прикрытием бесчисленных барьеров — и полковых артефактов, и своих собственных, и тех, что ставили отряды боевых магов. Сейчас же вперед шла царица полей — её величество пехота.
Пока бесчисленные големы загоняли обратно войска врага, устроив бой в самом лагере, пехота шла потоками, выходя из тех же порталов, из которых до того вышли големы. С начала боя миновало уже около получаса — а он лишь входил в начальную фазу… И судя по тому, что я наблюдал, сейчас настал весьма сложный и тонкий момент.
— Успеют ли? — выразил вслух всеобщее сомнение Хмельницкий.
Големы уже заканчивались, а наша пехота только приближалась к лагерю и расширившимся проломам. Османы же, к сожалению, за это время успели относительно оправиться и начали уверенно выбивать магические конструкты, тесня их назад. Била высшая магия, снаряды и сабли вперемежку с пулями — армия турок уверенно начала возвращать позиции.
— Можем и не успеть… Если ничего не делать, — пожал плечами Романов. — Но ждать у моря погоды я не собираюсь.
От главнокомандующего пошла волна телепатии, и в дело вступил флот — не рисковавший до этого вступить в бой, не отправленный в рискованный налет на место стоянки османских кораблей, более многочисленных и отлично охраняемых, он, наконец, сказал своё веское слово.
Вниз полетели потоки ядер и боевая магия — на пехоту врага обрушился ураган всех стихий и магических школ, выбивая и его, и остатки наших конструктов. Вот только безнаказанная пальба продлилась недолго — османы быстро смекнули, к чему клонится дело. И ответили — правда, не силами флота, приберегая свои суда. В ход пошла магия — могучая, воистину масштабная, соединяющая воедино просто чудовищные объемы энергии множества высокоранговых магов.
Там, на горизонте, куда ни кинь взгляд, заклубились чернильно-черные тучи, поглощая свет уходящего за горизонт светила. Занявшее небо чернота не была единой, монолитной — её прорезали зарницы и всполохи разноцветных огней и молний, она порождала потоки насыщенного, напоенного злой силой ветра, отголоски дыхания которого я чувствовал сейчас своим восприятием.
От Романова вновь потекла волна ментальной магии и корабли начали перестраиваться. Броненосцы и линкоры выдвинулись вперед и вверх, прикрывая собой суда поменьше и послабее.
— Ты хочешь оставить флот без защиты? — спросил Долгорукий. — Это глупость, командующий. Удары стратегической…
Самоуверенности, конечно, ему не занимать. Как и спеси. В сражении лезть умничать к командующему, который итак занят, почти непрерывно передавая приказы непрерывно действующим войскам…
— Князь, вы бы поумерили пыл, — влез Шереметьев. — Нам…
— Господа, займитесь тучей, — вмешался сам командующий. — Кроме вас, господа Шуйские, Долгорукий и Морозов. Ваши силы надо поберечь. Пока пусть действуют четыре первые звезды.
Я вновь поглядел на надвигающуюся тучу. Интересно поглядеть, как будем отвечать…
Глава 4
Три звезды, три пятерки Магов Заклятий и Высших, состоящие из уже притеревшихся друг к другу, сработанных команд волшебников, что уже многие месяцы действовали совместно и отрабатывали кооперацию в процессе использования составных чар и больших кругов, взялись за дело.
Разумеется, действовали они не сами по себе — каждую команду поддерживал круг из Архимагов и Старших Магистров, два десятка первых и восемьдесят вторых на каждую звезду. А источником силы им служили Источники самого города, включая Великий — главное наше преимущество перед осаждающими, не имеющими под рукой собственных сколь-либо значимых Источников поблизости.
Как я и говорил ранее, использовать системы десятилетиями и веками выстраиваемых систем защитных и атакующих чар, служивших краеугольным камнем обороны Ставрополя, на столь значительном расстоянии не представлялось возможным. Главный минус нашего сегодняшнего дерзкого, на грани безумия плана именно в этом и заключался… Но с другой стороны — он, собственно, только потому и имел шансы на успех, что прекрасно знающие об этом обстоятельстве османы не верили, что мы можем добровольно отказаться от своего ключевого преимущества и попытать удачу в открытом поле.
Нет, они не были дураками. И не позволили успехам в предыдущих военных кампаниях прошлых лет не вскружить себе голову. Именно потому они и вложили столь много времени, ресурсов и сил в строительство прекрасно укрепленного лагеря — как бы не был мал шанс попытки осажденных добровольно покинуть хорошо укрепленные позиции, они все равно подстраховались. Впрочем, к чему повторять уже не раз сказанное касательно изначальных диспозиций?
Первая звезда занялась подготовкой своего собственного, ответного удара, и делали они это весьма пусть и поспешно, но без суеты. С чувством, с толком, с расстановкой, пропуская и преобразуя огромные объемы энергии, выделяемые как самим кругом магов, так и Источниками, более сотни чародеев плели совместный узор коллективных чар. Пятеро направляющих в рангах Магов Заклятий не только колдовали сами, но и раздавали указания своим младшим сотоварищам, подхватывая и поддерживая там, где кто-то из Архимагов или Старших Магистров не справлялись.
Меж ними шел непрерывный поток телепатического общения всех, казалось бы, со всеми — столь интенсивный, что я даже не пытался разобраться, что к чему. Но за их работой я наблюдал с большим интересом — ведь, если подумать, это первый раз в этом мире, когда я сражаюсь на поле боя, где в ход идут чары стратегического калибра.
Даже Нежатина Нива и прибалтийские приключения были битвами того уровня, когда Магам Заклятий было проще и эффективнее сражаться как одиночки, выясняя отношения меж собой.
Две другие звезды тоже работали над атакующими чарами, вот только в отличии от первой, что решила вышибать клин клином и гасить чужой удар встречной атакой, эти нацелились на вражеские войска. Впрочем, они творили свои чары медленнее и осторожнее — это только первая пятерка состояла сплошь из Магов Заклятий. Во второй было двое Высших и три Мага, в третьей — четверо и один чародей восьмого с половиной ранга… Правда, зато он был на уровне шести Заклятий и являлся Главой Великого Рода из числа дворян, что уравновешивало силы.
Тучам со стороны осман потребовалось около пяти минут, чтобы достичь нашего флота. Один из минусов коллективных, или составных чар — они работают куда медленнее, чем стандартная боевая магия в персональном исполнении. Тупо тяжелее контролировать — слишком много участников, различающихся по многим параметрам. Мастерству, личным особенностям, направлениям магии, характеристиках аур и прочем, что сильно все усложняет…
— Быстрее, судари и сударыни! — не утерпел кто-то из незанятых Магов Заклятий. — Они сейчас накроют флот, и тогда…
Я резко повернулся к говорившему и упер в него тяжелый взгляд, одновременно надавив аурой и Силой Души. Тот, старик лет двухсот уровня двух Заклятий, чуть вздрогнул от неожиданности и сердито уставился на меня в ответ. К счастью, догадавшись при этом закрыть рот. В такие моменты нельзя лезть под руку занятым делом людям — и странно, что сей аристократ дожил до своих лет, не усвоив это простое правило.