Максим Мамаев – Вернуть Боярство 23 (страница 6)

Шла семнадцатая секунда с момента потери сознания Аристарха. Души, чьи защитные чары только что были окончательно сломлены его атакой, пытались сплести хоть что-то, что могло бы уберечь их покровителя и друга от неминуемой гибели. И реши вампир продолжить свой натиск — да хотя бы просто продолжил бы давить Кровавым Морем — и бой, скорее всего, уже был бы закончен. Однако, повинуясь своему господину, Арзул прекратил нападать, оставив лишь Иссушение Жизни, которое уже нанесло почти невосстановимые повреждения, уничтожив добрых тридцать процентов ауры и энергетики Николаева-Шуйского.

Перед вампиром, в небольшом кармашке среди Кровавого Моря, в котором он находился, возникла небольшая, чуть светящаяся белая кость. Реликвия вспыхнула алым пламенем, начав постепенно истаивать под воздействием потока силы вампира, но процесс шел медленно — всё же частичку сущности Старшего Бога даже Великому Магу было нелегко разрушать.

Вот только сам хозяин реликвии, очевидно, не собирался ждать десятки минут, пока свершится процесс. С той стороны, через связь реликвии и её творца, хлынула мощь самого Демонического Бога, до предела ускорив процесс. Семь секунд — и кость обратилась горсткой невесомого праха, исполнив своё предназначение.

Многострадальное ночное небо, которому за последние несколько минут итак преизрядно досталось от сошедшихся в схватке сил, в очередной раз содрогнулось. Там, над затихшей на несколько секунд схваткой, возникла огромная багровая арка, по краям которой бежали таинственные письмена, составленные из чистой энергии. Арка высотой добрые три сотни метров и не меньше двухсот шириной засветилась ещё ярче, все набирая яркость, наливаясь огромной, чудовищной мощью — перед силами, что сейчас были заключены в ней, вся сила и мощь двух Великих Магов, что была продемонстрирована сегодня, была столь же ничтожна, как способности Ученика в сравнении с Магом Заклятий. Ибо, как с удивлением осознал Арзул фир Виниттор, сила, вливающаяся в неё, принадлежала далеко не только его повелителю. Нет, там, по ту сторону бытия, действовали разом даже не несколько, а десятки разных божеств, совместными силами прокладывая путь в материальный мир. И что их так привлекло?

Не души же, что вышли защищать Аристарха. Да, они были высочайшего качества, самые переполненные энергией и чистые, какие он только видел за тысячи лет своего существования, и все вместе они были значительно ценнее их сегодняшней цели, Благословенного Тьмой. Неожиданная находка — вампир слышал, что этот человеческий маг использует души смертных каким-то странным, своеобразным методом, но и представить не мог, что они столь высокого качества. Видимо, каким-то образом он исцелил, улучшил их качество и вообще довел почти до идеала — ни о чем подобном Арзул не слышал за все тысячи лет своей жизни, но вселенная полна загадок и чудес… То, что по его замыслу должно было стать хорошей приправой к основному блюду для его господина неожиданно заняло место главного деликатеса.

Однако всё это никак не объясняло происходящего. Сюда ломился практически весь пантеон, к которому принадлежал его хозяин — какого, спрашивается, ангела им тут нужно в таком количестве⁈

Наклоненная вперед под углом в девяносто градусов арка вспухла плотным переплетением многоцветных энергий, среди которых преобладали черные, багровые и кислотно-зеленые тона. Однако до того, как сила вырвалась наружу, сметая преграду в лице сопротивления самого мира, произошло ещё одно, не менее удивительное для вампира событие.

Два потока силы возникли прямо перед аркой — древний кровосос мгновенно распознал сущности, вышедшие на сцену. Повелители Магии, в частности Пространства и Крови, причем первый был в разы могущественнее обычного для таких существ уровня, насильно проломились в мир — для них, если в мире имелись их якоря и контракторы с последователями, подобное было проще, чем для богов… Но всё равно — Арзул буквально всем своим существом ощущал, сколь огромные силы те тратят просто на то, чтобы оказаться здесь — тратят безвозвратно и безвозмездно, ибо будь они призваны кем-то из местных, то этих расходов не понадобилось бы.

Новоприбывшие сразу, не дожидаясь даже полного своего проявления, ударили по арке, пытаясь сбить переход, привнести хаос и запутать потоки мощи, дабы не дать темному пантеону прорваться в мир смертных. Момент для удара был рассчитан идеально, как раз в финальной стадии процесса прорыва, когда переход был максимально нестабилен и уязвим. После такого ни о каком появлении в мире смертных речи бы уже не шло…

Вот только их было всего лишь двое, а с той стороны давили даже не десятки, а сотни божеств — семь Старших, более полусотни Средних и огромная толпа Младших… А ещё Арзул явственно ощущал присутствие и самого Главы Пантеона — да они явились сюда полным составом! Ничего и близко похожего вампир никогда не видел… Да что там — он даже не слышал о подобном!

Не будь два Повелителя вынуждены тратить большую часть сил и внимания просто на то, чтобы удерживать себя в этом мире, у них были бы хоть небольшие, но шансы на успех. Однако было так, как было — и Врата Миров распахнулись, выплескивая невероятный, непредставимый смертным умам ужас и силу…

Однако к полнейшему даже не удивлению, а недоумению вампира, странная парочка Повелителей и не подумала отступить. Две фигуры, почему-то принявшие гуманоидную форму, не дрогнули, не сбежали, дерзко представ перед всей мощью и необузданным могуществом целого Темного Пантеона.

— ПРОЧЬ!

То была не телепатия и уж тем более голос в привычном понимании, нет — просто требование, грозный приказ, выраженный через волю и намерение и посланный на кончике наступающего потока мощи.

Парочка не ответила, молча воздвигнув на пути божественной силы преграду, соединив каким-то непонятным для Арзула способом Пространство и Кровь. Могучая преграда, против которой никакие из его Сверхчар не сумели бы ничего поделать, столкнулась с тысячами щупалец, потоков разноцветного сияния, лучами, бьющими из многочисленных глаз — выбравшиеся из арки существа все как один выглядели отвратительными, безобразными чудовищами, внушающими ужас и страх… А ещё сейчас их силу ничего не ограничивало — и потому могущественная преграда продержалась лишь две секунды, а после, даже не обращая внимания на разом потускневшие от мощи отката фигуры Повелителей, боги ринулись вниз, походя сметя заключивший в себе вампира и человека барьер Пространства…

Однако пусть этого никто в тот момент ещё не осознал, но именно эти две секунды решили все. Две секунды, что выиграли Логус и Маргатон, решившие, наплевав на всё, пойдя на немыслимое для существ их ранга и природы — вступившись за смертного не во исполнения договора или контракта, не за плату или в расчете заполучить должника… Эти две секунды изменили всё, навсегда и для всех. Пусть конкретно в этот день это поняли и немногие.

Ибо за то время, что два Повелителя выиграли своей жертвой и ценой тяжелых повреждений для себя, болтавшийся в воздухе изломанной куклой Аристарх внезапно выпрямился.

Выпрямился и открыл глаза.

В замершем над густыми джунглями Северной Индии огромном парящем городе из кости и серого гранита, в стоящей в самом его сердце пагоде, там, где располагался высокий трон могущественного лича, что носил гордый титул Императора Мертвых, среди потоков густой, тягучей праны, полученной от многомиллионных гекатомб местных жителей, открыл светящиеся магической силой глаза мужчина восточной наружности.

Гениальнейший темный маг всех времен и народов этого мира, Цинь Шихуанди остро ощутил нечто неладное, происходящее в его мире. В чем именно дело он не понимал — но уже активировал бесчисленные стационарные чары своей пагоды, стремясь разобраться. И даже направил на них часть потока праны от жертв, который, вообще-то, шел на исцеление полученных им в недавнем прошлом травм энергетики…

А дело, кстати, происходило именно в той стране, где он эти повреждения и получил, что удваивало интерес могущественной нежити…

Лежащий, блаженно потягивая вино из золотого кубка новый испанский монарх, могущественный реинкарнатор, стремительно возвращавший былое величие Испании, рывком принял сидячее положение, испугав троицу прекрасных наложниц. Его расширившиеся от изумления глаза смотрели в пустоту, сам же правитель, не обращая никакого внимания на вопросы девушек, сосредоточился на своём магическом восприятии, читая потоки эфира, что доносили до него эхо мощнейшей магической бури.

Османский шехзаде Селим замер, позабыв о трубке кальяна, застывшей на полпути к его губам. Глаза чародея закрылись, после секундной заминки из ауры Великого Мага посыпались различные чары — сенсорные, аналитические, усиливающие восприятие и множество иных, призванных помочь разобраться в происходящем.

Стоящий перед огромной панорамной иллюзией одного из участков невероятно длинного фронта боевых действий, где планировался очередной удар по войскам Российской Империи кронпринц Генрих Уэльский замер на полуслове.

Стоящие вокруг иллюзии английские генералы и Главы Великих Родов подняли взгляды на затихшего кронпринца. Генрих стоял, всё также пальцем указывая на иллюзорную карту, даже не закрыв рта — и высокородные британские аристократы с недоумением уставились на столь необычную картину. Могущественного принца никто не решался тронуть, и по рядам присутствующих пошли молчаливые перешептывания посредством телепатии. Что могло произойти такого, что могущественный реинкарнатор, благословении Британии, замер, позабыв обо всём в момент обсуждения деталей предстоящего мощнейшего удара по русским, что должен был перейти в первое генеральное сражение этой кампании? Да ещё и в столь нелепой позе…