Максим Мамаев – Вернуть Боярство 15 (страница 8)
Были и отличающиеся, и даже два довольно подозрительных и странных, но я сохранил всё. А позже…
— Ты спрашивал, мы отвечали, — другим, торжественным голосом заговори генерал. — Мы просили — ты внял и взялся помочь, хоть и не обязан. Проси теперь и ты, и мы поможем.
Я стоял и задумчиво смотрел на мертвое войско перед собой, возглавляемое старым генералом. То, что сейчас происходило, меня пугало. Души умерших, что ещё не отправились в посмертие, но при этом никем не пленены и не заточены, я видеть мог и раньше, пусть и смутно… Но они никогда не отвечали мне, даже если то были мои друзья и близкие. А сейчас как-то так вышло, что я у них мальчиком на побегушках устроился, а они взамен собирались выполнить мою просьбу. Вот только мои обещания я только дал, и выполнить смогу только отнюдь не сию секунду. Они же, доверившись и не потребовав клятв с меня собираются заплатить авансом. А ведь как минимум Добрынин при жизни подобной легковерностью близко не страдал… Я чего-то не знаю, скорее всего. А ещё я сегодня впервые очутился в шкуре медиума. Редчайший дар среди магов, я за всю жизнь лишь троих видел. Они редко доживают до сознательного возраста — обычно бродячие духи прочая нематериальная шваль делает всё, что бы его сожрать. А не живя в семье медиумов, ребенку защититься почти невозможно.
— Моя просьба проста и сложна одновременно, — медленно ответил я. — Я хочу дать награду выжившим, стоящим сейчас в строю перед вами. Я хочу дать им дар магии, но не знаю как. Можете ли вы помочь?
Кажется, я их удивил и они ждали другого ответа. Окружающие меня души начали удивленно шептаться, а сам Добрынин озадаченно почесал в затылке, будто всё ещё был живым человеком.
— Ну, если ты позволишь нам воспользоваться твоими силами, воплотив нашу магию по той связи, что держат выбравшие тебя своей обителью души, то это будет несложно. Но мы ожидали чего-то более… эгоистичного.
— Всё, что нужно будет лично мне, я добуду сам, — ответил я. — А вот дать награду тем, кто прошел этот ад и всё ещё весь в мирских заботах и проблемах, тем, кто не обладает моими силами и положением — этого я хочу. Так сделаете?
— Хорошо, — согласился Добрынин. — Нам нравится твоя цель, а потому мы пойдем дальше — магию обретут даже гвардейцы, измененные зельями. Но это будет больно. Ты готов?
— Меня не пугает боль, — усмехнулся я.
— Предупреди остальных, что бы не вмешивались несмотря ни на что.
Передав сообщение генерала остальным присутствующим и добавив от себя, что это очень важно, я вновь повернулся к нему.
— Так что я сейчас должен…
Слушать мой вопрос Добрынин не стал — просто внезапно оказался рядом и исчез во мне, сразу проваливаясь в мой внутренний мир. А за ним последовали и все остальные бывшие офицеры, все маги — тысячи душ… И каждая, даже самая мелкая и слабая, в десятки раз «тяжелее» моих, ставшими уже привычными сожителей. А уж Добрынин и вовсе ощущался неподъемной тяжестью…
Кажется, я кричал. Нет, точно кричал, пересохшее горло, через которое с надрывным сипом с трудом проталкивался внутрь воздух. Яростный пожар внутри тела, боль от изодранных каналов маны, повреждения внутреннего мира — что бы не сделал Добрынин и его подчиненные, это обошлось мне недешево. Остается надеяться, что я не зря лежал на земле, скрючившись, орал от боли и получил повреждения, опозорившись перед целой армией.
Когда я поднялся, я увидел лишь затылки своих товарищей. Первой заметила, что мне полегчало, Смелова. Быстро подойдя, женщина приложила прохладную ладошку на мой лоб, она одно за другим бросила в меня несколько диагностирующих заклятий. Получив ответ и нахмурившись, она вновь попробовала просканировать меня, на что я лишь улыбнулся и сказал:
— Обезболивающее и восстановление легкой, иногда средней тяжести повреждений энергетики и манаканолов. Имеется ли такое в арсенале женщины, запрыгнувшей прямо в пасть сильнейшего костяного дракона с сильнейшим всадником, закинувшей ему в глотку одноразовый артефакт с боевой магией Света седьмого ранга и затем пробившейся через череп к всаднику и прикончившей обоих? Тебя уже называют валькирией, госпожа.
— А тебя ещё вчера считали всего лишь полубогом, а сегодня наверняка решат, что ты мессия, — тихо ответила женщина, накладывая на меня запрошенные мной чары. — Я не лучший целитель, так что многого не обещаю. Тебе лучше обратиться к специалисту.
— Лучше скажи, у меня…
— Как у тебя ЭТО получилось⁈ — бесцеремонно отодвинув Смелову, взяла меня за грудки Ярослава. — Скажи мне, мой княжич — как ты смог это сделать⁈ И как часто сможешь повторять⁈
— После каждой вот такой бойни, в которой я приму полноценное участие, и лишь на тех, кто сражался в этом бою и выжил, — честно ответил я. — Так что массово производить магов я всё ещё не умею, увы.
Конечно, на меня насели с расспросами. От окружающих Магов Заклятий до Сысоева, который через каждые два слова вставлял «государственной важности» и «необходимо всё срочно засекретить». Но на них мне было плевать. Я смотрел на почти сто тысяч человек внизу, от изумления сперва потерявших дар речи, а сейчас, отчетливо чувствовали в себе крохи маны и зачатки каналов, по которым она будет в будущем течь. А самое главное — дар получили и гвардейцы. С учетом того, что вместе с экипажами судов и абордажными командами у меня было больше трех тысяч отличных воинов, получивших дар к магии, я оказался в огромном плюсе. Ну а теперь остался последний штрих…
— Братья и сестры! — закричал я привлекая внимание войска. — Я наградил вас, дав вам справедливую награду. Теперь у каждого из вас есть шанс стать чем-то большим, магом, а в перспективе и дворянином. И без обязательной службы в Имперской Армии… Ведь насколько я знаю, часть из вас вообще свободные люди, не входящие в Имперскую Армию, часть — сверхсрочники что в любой момент могут уйти, а многие уже за одну эту кампанию, подпадают под старый эдикт Императора Александра Павловича — о компенсации и награде солдатам, совершившим выдающийся подвиг на поле боя. В общем, многие из вас — свободные люди… И я хочу предложить вам следующее — идите за мной, присоединяйтесь к моему Роду, и чудеса продолжатся. Я буду учить вас магии, которой даже у Великих Домов нет. Каждый получит по возможностям и желанию — кто-то обучится мирным профессиям, кто-то пойдет в армию — мой Род совсем недавно стал кандидатом на Великий, следовательно, я намерен активно расширять Родовые Земли. Там, в холодной Сибири, против монстров Разлома… Тех, кого после мертвецов и демонов дикие звери не пугают, тех, кто хочет попробовать пожить в краю, где воздается только по заслугам, где у каждого есть шанс проявить себя и стать кем-то большим, тем, кто хочет развивать полученный дар магии без кабальных договоров, на основе простого вассального и договора подданства — прошу пожаловать к Роду Николаевых-Шуйских!!!
Глава 2
— А всё-таки ты не так хорош в магической анатомии, как думал раньше, учитель, — заявил развалившийся в кресле Петя.
Я устало поднял взгляд от очередного документа, требовавшего моего изучения, обдумывания и затем уже подписи, если я одобрю его содержимое. Проигнорировать вызов этого мелкого поганца в области, в которой я ас, а он даже азы едва освоил, но теперь умничает? Вот уж нет!
— Ну давай, удиви меня, — скепсис в моем голосе можно было ведрами черпать.
— Учитель, ты сам говорил — мне нужно подождать минимум несколько лет до взятия следующего ранга, иначе тело не выдержит столь бурного роста магической силы и я стану инвалидом. Но сейчас я чувствую себя вполне нормально, никакого дискомфорта, тело и аура идеально синхронизированы. Что же это, как не ваша ошибка?
— Это просто бесконечная удача, что преследует тебя все последние годы, наглый поганец, — выдал я правду-матку.
— То есть? — не понял он.
— Не буду уж говорить, каким галопом ты проскакал от Адепта до Старшего Магистра — уже это должно было тебя искалечить. Но я поил тебя дорогими зельями и регулярно проводил вмешательство, если твоя матрица начинала как-то подозрительно изменятся, — пояснил я. — Это пока ты Младшим Магистром был. И постоянные занятия до полной потери дееспособности, вечная нагрузка на активное применение магии была частью стратегии не дать тебе стать застывшим на всю жизнь на одном ранге инвалидом. Затем случается поход в Магадан, и нам столь удачно встречаются сибирские драконы, которых пару веков не видели. Причем твари, даже видя и осознавая разницу в силах, идут в атаку — и я добываю тебе сердце одной из тварей.
— Так не я один сердце получил! — воскликнул парень.
— Но только ты без него не выжил бы, — осаживаю я его. — Вернее, был бы ещё очень много лет тесно прикован ко мне. А тут бац — и именно те твари, которые вне зависимости от стихийной направленности магии дают при пересадке громадный, чудовищный уровень повышения общей живучести и устойчивости организму — как физической его части, так и магической. Все твои проблемы решаются раньше, чем ты о них узнаешь! Здорово, правда?
На этот укол насупившийся парень отвечать не спешит. Я же, вздохнув, продолжаю:
— Ты пойми, Петя, я тебя не ругаю. И я рад, что всё сложилось как сложилось, но когда я говорил, что меня не устраивает твоя скорость развития, дело было в беспокойстве за тебя. Когда я узнал, что ты взял седьмой ранг, я едва сам чуть снова сознание не потерял. Первым делом кинулся тебя искать и сразу осмотрел. Тебе опять невероятно повезло — когда я тебя нашел, твой прорыв на седьмой ранг ещё не успел окончательно переформатировать твою энергетику. То есть ты уже был Архимаг, но при этом с очень «мягкой энергетикой». Так случилось из-за того, что катализатором твоего прорыва в этот раз вновь послужил мой резкий скачок в силах. По нашей клятве тебе потекла часть не только моей энергии, но и моего опыта и знаний. А твой разум восемнадцатилетнего пацаненка, без обид, не в состоянии быстро принять и освоить такой объем информации. Состояние