Максим Мамаев – Под знаком судьбы (страница 35)

— Бумба Хавата. Пятнадцатый уровень бездны, — принялся я произносить над лезвием килича нужные слова. — Хроники Анума. Разлом бытия.

Килич напитался маной и приобрёл серебрянный цвет с белёсым отливом, я встал в стойку и махнул что есть мочи в сторону противника, стоящего на крыше, уже сплетающего какую-то магию, и тёмное лезвие окутанное белым светом стремительно вырвалось в его сторону, оставляя серый след проклятия небытия за собой, но в этот момент прямо надо мной карниз проломил громадный булыжник, и я спешно отпрыгнул в сторону, а затем провалился в дымку рывка, и только в конце заметил, что тот сумел уклоиться от атаки. Так вот что тот сплетал, хотел меня раздавить как муравья, что за грубый подход.

Переместившись в другую часть ещё целой веранды я заметил, что маг на крыше вопит и пытается отрубить себе руку, похоже его зацепило проклятие и принялось разъедать плоть, обращая её в пыль, хотел было улыбнуться, как надо мной пролетела чья-то голова, заляпав меня кровью, глухо ударилась в карниз, и кубарем покатилась по веранде.

— Хал, кончай возиться, — басистым голосом, сдерживая смешок, проорал Седой откуда-то снизу. — Я уже почти закончил со своими, а у тебя трое всего.

— Если ты будешь швыряться головами, — ответил я, вытирая кровь с лица, — Я быстрее свою работу не сделаю.

— Я не специально, так получилось. — ответил Седой.

— Угу, — буркнул я в ответ, сплетая очередной луч, наблюдая за тем, как прихвостень на крыше снова пытается отрубить руку, уже по локоть, так как рука продолжала распадаться, луч с зудящим звуком пронесся на крышу и прожёг его голову насквозь, и я с облегчением выдохнул: признаться, думал, что бой с ним будет труднее. — У тебя всё случайно происходит. Как нападение на святилище сектантов, например.

— Ой, да брось, — услышал я голос Седого в голове. — Неужели ты всё ещё дуешься за тот раз? Как жёнушка при любом случае напоминаешь.

— Я злопамятен, знаешь ли, — передал в ответ я. — Это прекрасно избавляет меня от лишних сюрпризов.

Под верандой раздались хлопки магии, звон секиры и чей-то предсмертный крик, а затем снова звуки залпов магии и снова звон секиры.

— От головы тебя это не спасло, — услышал я злорадный голос Седого в голове и смешок. — Значит это твоё правило не особо работает.

Я не стал ничего отвечать, только тяжело вздохнул.

Повернувшись к ближайшей двери, я усилил защиту, готовясь принять на себя удар, когда открою дверь. На всякий случай я применил на себя восприятие, и сумел определить, что внутри этого помещения только двое человек, и один из них, будто почувствовав меня, вынул, судя по звуку, из ножен свой меч. Не думаю, что эти двое будут сильными противниками, иначе бы моё предчувствие забило тревогу, но я почувствовал опасность от каких-то предметов, видимо комната утыкана защитными артефактами. Опасность охранных артефактов всегда было сложно определить, их покрывают кучей печатей, чтобы затруднить их обнаружение, так что придётся действовать, следуя предчувствию.

— В общем, я закончил, — передал я великану, взявшись за ручку двери. У него бой ещё продолжался, но уже не так масштабно, от сильных магов тот успел избавиться. — Вхожу.

Глава 20

Усилив свою защиту, я убрал килич в ножны, вздохнул и открыл дверь, готовясь принять на себя первый удар. Для этого сплёл свободной рукой заклятие щитов, подправив его усилением зеркальной атаки и частично ускорил своё мышление, оставалось только в нужный момент высвободить сплетённое заклятие, и уже собирался осуществить задуманное, ринувшись внутрь, но, как только получил мощный удар темно-зелёной энергии с разных сторон в оранжевый многослойный щит, отчего тот почти рассыпался в прах и ощутил крепкую отдачу от сопровождаемых яркими оранжевыми вспышками искр ответной атакующей реакции, я тут же отпрянул назад, уклонившись от остаточной энергии, повторно выстрелившей туда, где я только что стоял. На моё счастье, заклятие зеркального ответа сработало на ура, ударило в ответ, разрушив первую линию обороны из безделушек Вельевых, однако я недооценил опасность, едва не остался без руки.

Таким хитростям я научился в своё время у нескольких знакомых гвардейцев, на ум пришло только это из того, что не требует больших затрат маны. Не то чтобы я был настолько близок ко двору его Величества из моего прошлого мира, что, в общем-то, не сыграло в мою пользу впоследствии, но с имперской гвардией не раз пересекался, даже извлёк из периодической, пусть и краткосрочной совместной работы свою выгоду. Жаль я всегда владел усилениями гвардии не так хорошо, как хотелось бы, не было необходимости пользоваться подобными трюками часто, но для вот такой охранной дряни моего уровня владения, даже с нынешним уровнем сил, хватило с лихвой. Правда, могло и не хватить. Пора прекращать так рисковать, мои схватки давно превратились из подобия шахматной доски в орлянку… И правда, я словно подбрасываю монету, как в орлянке, и пока мне везло, выпадали те стороны монеты, что мне были нужны, стоит серьёзнее относиться к сражениям, и у везения есть свои пределы.

Впрочем, произошедшее сейчас было почти пустяком в сравнении с тем, что меня ждало дальше: оглядев находящихя в комнате, я стретился с испуганным взглядом женщины средних лет, а затем с полным решимости дорого продать свою душу, взглядом её защитника, немолодого бородатого мужичка в чёрном бархатном сюртуке, крепко сжимавшего килич в правой руке. Он прятал что-то в левой руке за подолами накидки, надеялся по наивности своей, что я не замечу слабые всполохи маны за тканью, а поодаль чувствовалось присутствие других защитных артефактов. Мужичок, смотрю, расстарался, стремясь защитить свою спутницу, такие артефакты, на мой взгляд, были принесены им тайно, одна только его аура и одежды говорят о том, что он мелкая сошка. Увиденное невольно заставило меня замешкаться и неприятный ком подступил к горлу от чувств, осознания себя в роли мясника. Я и раньше выполнял роль палача, но в прошлом были цели, были какие-то идеалы, в конце концов, в которые я беспрекословно верил… А сейчас у меня мало мотивов убивать заигравшихся в бога торгашей, особенно потому, что я, в действительности, мало знаю о том, в чём именно их вина. Нет смысла отрицать, слёзы этой… точно беззащитной женщины, я проверил, наталкивают на эти мысли, как и нет смысла отрицать, что с Леной я стал слишком мягок, но всё же, во что я ввязался на самом-то деле?

Я медленно, не совсем уверенно вынул из ножен килич, собираясь сказать пару слов бородачу, прежде чем мы начнём, всё же, это последние минуты его жизни, не хотелось бы красть у него оставшиеся крохи достоинства… Но меня прервали.

— Да что с тобой, Хал? Посторонись, — услышал я голос великана в голове, тот уже покончил со своими противниками, оказался позади, обогнул меня бесплотной тёмной тенью.

В ответ на приближение Седого, артефакты, замаскированные под статуэтки, расставленные по покоям, мгновенно ударили в него красными яркими лучами, от которых жар исходил такой, что мебель в окружении задымелась и была готова вот-вот полыхнуть, если бы те продержались чуть дольше, однако Седой принял удар впитав их магию прямо в секиру и быстро расстрелял артефакты одной лишь левой рукой, отмахнулся от мелькнувшей черной молнией атаки мужичка и двинулся на защитника, стоящего в стойке с мечом, читающего то ли молитву, то ли заклинание на фоне взвывшей от страха женщины в пышном платье, буквально прижавшейся спиной к стене.

Не успел я подумать о том, чтобы остановить Седого, как тот в одно мгновение обезглавил бородача своей секирой, затем переместился к женщине и обезглавил её, тело женщины медленно опустилось вниз, а голова с застывшей гримасой ужаса на лице, осталась лежать на секире, глубоко застрявшей в изысканной резной лепнине стены. Седой сдёрнул секиру в сторону, стряхнув кровь и, не глядя на покатившуюся голову, хладнокровно закинул оружие на спину, дав хваткой лапе ножен обхватить секиру, а затем повернулся ко мне.

— Я вижу, тебя терзают сомнения, Хал, — сказал он, направляясь к выходу, мимо меня. — Помнится, ты увязался со мной чтобы помочь, лишь бы не сидеть без дела. — у выхода он повернулся и глянул на меня. — Ты ещё можешь вернуться назад, я закончу свою работу один. Если ты продолжишь колебаться, ты только будешь мешать.

Седой не стал ждать моего ответа, и скрылся в дверном проёме, а через некоторое время раздался грохот где-то в соседних покоях и крики людей.

Я глядел на пол, наблюдая как лужа крови постепенно подступала к моим ногам пока обдумывал всё что произошло сегодня. Да, пусть это вообще не моя война, я уже погряз в это по самые уши, поздно идти на попятную. Лучше покончить со всем побыстрее и закончить эту историю, слишком много времени потрачено на посторонние дела. В последние пару дней, не смотря на все сомнения, я всё же стал более ясно видеть, что мне делать дальше, однако некоторые вопросы требуют ответа, и мне придётся добиться этих ответов, если я хочу вернуть контроль над тем, что вокруг происходит.

— Я уже ввязался в это, — передал я свои слова великану, выходя на веранду во двор — Давай закончим это быстро.