Максим Мамаев – Морозов. Начало (страница 22)

Да, я определённо видел такое раньше. Мерзкая магия, не просто медленно и мучительно убивающая жертву, но и преображающая её в импов, демонических тварей, сеющих хаос перед приходом их хозяина, который может может видеть и слышать через своих слуг. И всегда следует за своими новоиспеченными прислужниками туда, где они кого-то нашли. В моём мире эту тварь называли Араукар. Вечно голодное блуждающее порождение из инфернальных планов бытия, в одиночку способная разорять села и деревни, пожирая всё живое, до чего доберется.

Ну что ж… Из хороших новостей — как минимум часть тварей, обитающая в этих краях, мне знакома. Это раз. Я знаю, как снять проклятие Араукара — два. Из плохих новостей — способ снятия не слишком сложен, я даже в нынешнем состоянии вполне способен его применить. И раз Лена с коллегами этого не умеют, велика вероятность, что Араукар тут большая редкость, раз метод борьбы с его проклятием не вдалбливают всем целителям.

— Ну что? — без особой надежды поинтересовалась девушка, едва я открыл глаза.

— Я могу их исцелить. Можем начать прямо сейчас.

— Действуй, — решительно кивнула она.

Я занёс ладонь над телом, и закрыл глаза, погружаясь восприятием в ауру проклятой. Энергия праны в теле уже местами начинала приобретать желтые цвета. Наверняка Лена тоже это видела. Я вывернул наизнанку прану в своём сознании чтоб залезть вглубь сущности, увидеть основание души. Когда я увидел основу, передо мной предстала картина: основа души была оплетена желтой, похожей на паутину, слизью, которая медленно отравляла центр основы. Я вызвал отторжение слизи, попутно уничтожая её.

Конечно, душа устроена не так, как это вижу я. Те, у кого я учился этому навыку, научили меня проникать глубоко в суть человека, навязывая свой вариант представления реальности, это помогает не уберечь от перегрузок свой разум и попасть в основу человеческой жизни. Я бы хотел научить этому Лену, да только такой процесс не объяснить в двух словах, и повторить его сразу не выйдет.

Когда я закончил, тело пациента перестало тлеть. Я вытер пот со лба, переводя сбившееся дыхание — подобные трюки давались мне пока тяжеловато, а впереди ещё десять человек. Мигрень мне гарантирована…

— Я сумел снять проклятие, но его эффект не пропадёт сразу, ауре нужно несколько дней минимум на то, что бы очиститься от остатков этой дряни, — сказал я Лене. — Исцелением физических травм можно заняться уже сейчас.

Девушка тут же принялась проверять проверять состояние пациента. Честно признаться, было приятно наблюдать, как целительница со стажем, Красная Ведьма, как её за глаза называли в Барабинске, в изумлении поднимает свои изящные брови, не понимая, что именно произошло.

— Как ты это сделал? — спросила она.

— Этот разговор оставим на потом. — сказал я, улыбнувшись. — В двух словах я объяснить не смогу, уж извини. Другое дело вечером, под бокальчик красного сухого — другое дело.

— Будет тебе красное, — пообещала она, возвращаясь к работе.

Закончив с проклятыми, я достал из кармана бутылку уже знакомой дряни и опустошил её, хотя сомневался, что она мне сейчас поможет. Стоять было тяжело и я грузно приземлился на ближайший стул.

— Теперь дело остаётся за тобой и твоими коллегами. — сказал я. — А с меня, пожалуй, хватит на сегодня. Пожалуй, вино тут не поможет — придется взяться за что-нибудь покрепче.

— Миш, я тут подумала… Говоришь, ты узнал об этом проклятии из дневников твоих предков, верно?

— Ага, — подтвердил я.

— А раз там оставлен метод его снятия, то наверняка упоминается и та тварь, что его накладывает?

— Расскажу кратко и по существу, — начал я свой рассказ. — Есть одна довольно мерзкая тварь, Араукак, которая очень любит свежую плоть. Питается он, в принципе, вообще кем угодно, но в списке его гастрономических предпочтений люди с человечина лидирует с огромным отрывом. Араукары существа хитрые и осторожные, и никогда не сжирают всю добычу за раз, если речь идет о людях. Часть жертв они проклинают и оставляют в надежде, что их обнаружат и доставят туда, где добычи ещё больше — в деревню или село. После того, как проклятие полностью пожрет жертву, та ненадолго впадает в состояние летаргического сна. Как правило, после этого тела хоронят — чего, собственно, Араукару и надо.

Я уселся чуть поудобнее, затем продолжил.

— А через двое-трое суток из могилы выбираются те, кого в дневниках прадеда называли импами. Они сохраняют часть памяти и разума. Отворить ворота, постараться не поднимать шум раньше времени и так далее. Сам Араукар — четвероногое демоническое существо размером с треть твоего дома. Доподлинно о нем известно, что у него отличное восприятие, позволяющее не только ощущать добычу за километры, но и понимать, с кем связываться стоит, а с кем нет. Прадеду и его команде пришлось почти месяц возиться, что бы всё-таки прижать монстра и прикончить. Для Барабинска одиночный Араукар, конечно, не угроза, как только он оценил бы через своих импов, где они оказались, он тут же потерял к крепости интерес. Но ведь Зона велика, деревень, застав, шахт и прочего, где можно пожрать, тут хватает. В общем, откочует в поисках добычи попроще… Что очень плохо.

— С ним найдется кому разобраться, — пожала плечами Лена. — Уж кого-кого, а боевых магов и войск у нас хватает с лихвой. Зона регулярно и пострашнее тварей выплевывает.

— А второй известный прадеду факт заключался в том, что эти твари, питаясь человечиной, становятся сильнее, — добавил я. — Потому в дневнике, который я читал, сказано — уничтожать тварь как можно быстрее. Но, впрочем, это решать не мне.

— А ты хорошо подготовился к службе здесь, — заметила Лена. — Нам надо рассказать об этом твоём Араукаре командованию.

— Кому ты сейчас и что доложишь? — поднял я бровь. — Дня два-три как минимум у нас точно есть — тварь будет ждать созревания импов, у неё нет способа определить, что проклятие снято. У нас достаточно времени, рассказать ещё успеем. Сейчас я бы предпочёл ужин с тобой у тебя дома. И пару бутылок коньяка или ерофеича.

***

Утром Лена кое-как меня растолкала. Я чувствовал себя паршиво, словно по моей голове всю ночь скакал табун лошадей. И дело вовсе не в алкоголе, прежний хозяин этого тела прекрасно развил в этом теле устойчивость к алкоголю, раз за разом напиваясь вдрызг. Дело было в том, что я снова переоценил свои нынешние возможности, и мигрень эта говорит, что, если я продолжу в таком духе, могу и помереть от переутомления.

Хорошо хоть Лена своей магией снимает самые тяжелые последствия регулярного приема стимуляторов, иначе я бы не смог позволить себе такой бешеный темп. Надо успеть выжать из ситуации максимум до того, как нас отправят за стены. Я не обманываюсь своими победами над одногруппниками и наличием у меня опыта прошлой жизни — Зона может сожрать меня и не заметить. Как говорят умные люди — чем больше пота прольешь на тренировках, тем меньше крови потеряешь на поле боя.

Арсения в этот раз предупреждать я не стал, добрался до сектора Д десять, где до сих пор стояли големы. Опрокинул в рот снадобье и снова всадил в шею препарат, немного подождал, дав им усвоиться, и начал.

Пока тренировался, я заметил, что недалеко от моего сектора драгуны верхом на конях отрабатывают совместные действия. Хотя конями этих животных сложно назвать. Внешне они похожи, но рельеф их мускулов, когтистые, ороговевшие, покрытые чешуёй лапы вместо копыт разительно отличают их от обычных лошадей. Ну а ещё у обычных лошадей я как-то не замечал пасти, полной здоровенных, на зависть любому тигру, клыков. Впечатляющие зверюги, сами по себе способные прикончить какого-нибудь нерасторопного чародея второго ранга…

Покончив с тренировкой я сдал килич в оружейную и вернулся на полигон, где Арсений уже выбирал пары для поединков.

— Всё не успокоишься со своими тренировками, Морозов? — бросил он мне. — Смотри, завтра с утра я забираю оборудование из Д десять, мне они нужны будут.

— Буду иметь ввиду, командир. — ответил я.

— Становись в пару с Бочкарёвым, с тебя сразу и начнём, — продолжил он, не отрываясь от своего блокнота, где он вёл какие-то заметки. Затем он бросил взгляд на меня. — Надеюсь ты не растратил все силы за утро?

Бочкарёв был куда крупнее меня и выше на полголовы. Его телосложение не было спортивным, скорее он был слегка полноват, можно сказать, оправдывал свою фамилию. Не могу сказать, что это его подведёт в рукопашном бою. Рискну предположить, что он всегда комбинирует атаки с усилением тела, чтоб не выдохнуться. А маны у него хватает.

— Начали! — объявил Арсений.

Расстояние в пять шагов, что нас разделяло, Бочкарёв преодолел за один шаг. Вот же наглец, действует как я, хочет закончить бой ещё на старте. Он усилил всё своё тело, не тратя времени на защиту, надеется продавить меня инерцией своего веса.

Я знал, что не смогу остановить такую махину уловками, такими как подножка или перехват за руку, он всё равно влетит в меня на такой скорости, или же инерция потянет меня за собой, тут только уклоняться. Хотя я ожидал чего-то подобного, применил шаги, технично ушёл из под удара, поднырнув под его кулаками. Бочкарёва чуть занесло, он ни разу по мне не попал, разозлился, и, видя, что проигрывает в реакции, попытался меня схватить.