Максим Макаров – Заячий папирус. Сборник номер восемь (страница 6)
- Одних уже съел крокодил. Их меньше стало! Но остальных я отпустил. Не бежать же за ними к чудищам.
- Стало быть, их схватят чудища!
- Допускаю! – сказал Кубербони.
Ему выразили бесконечный почет. Зайчики стали уж думать, что Барош Дарош не вернется, и действительно, долгое время о нем не слыхали. Он нагрянул среди сбора плодов. Злые разбойники хватали и били зайцев, заставляли все отдавать. Было еще грубее, чем прежде; но зайцы были довольны тем, что их не убивают. Ведь они знали, как убивали других. Барош Дарош был мрачен. Не найдя Кубербони, он не мог с ним поспорить. Но потом он все же с ним поспорил. Кубербони стоял возле львов, которым сделал услугу. Львы лежали, а разбойники не решались подойти близко. Барош Дарош подошел, чтоб показать удаль свою. Кубербони сказал: не хочет ли Барош Дарош что-нибудь у львов попросить?
- У них возьмешь!! – сказал Барош Дарош злым голосом.
- Вам обязательно надо взять? А ничего не брать не можете?
Барош Дарош стал доказывать, что он имеет право брать, не давая ничего взамен. То, чем владеют звери – плоды и прочее – разве это их, если они взяли это у земли. Рыбы и дичи это тоже касается. И золото добывают из земли! Даже самые редкие самоцветы рождаются в земле, а она – чья? Там, где нет хозяина, нет правителя – ничья. Кубербони не знал, что на это возразить. Но, испытывая сочувствие к зайцам, предложил брать поменьше. «С какой стати я должен брать поменьше? Тогда другие станут брать больше! Им все достанется!» - «А вы что, лучше тех других? Чем вы отличаетесь?». Барош Дарош разругался и разбудил львов. Барош Дарош бежал. Кубербони крикнул ему вслед:
- Воздух! Собирайте воздух! Он везде и ничей, и все чужие им пользуется! Представляете, сколько можно набрать воздуха?
Барош Дарош не ответил. Кубербони встречал его еще несколько раз и был очень осторожен. Потом Барош Дарош быстро постарел, потом он исчез. Другие разбойники брали больше, чем он, поэтому зайцы склонны были считать времена Бароша Дароша временем порядка»
«В древности мало кто следил за правилами не в своей земле, и поэтому любой зверь мог зваться любым именем. Часто имена выдумывали себе сами – одним хотелось зваться коротко, другие любили сложные слова, подобные ветвящимся рогам оленей. И те, кто имел рога попроще, тоже хотели, чтоб их звали красиво. В именах прятались крики и возгласы, звуки леса, шелест морских волн. Однажды начав, хозяин хорошего имени мог закончить только минуту спустя – так долго он произносил свое имя, настолько длинным оно было. Часто выходило смешно. Иной раз целого свитка не хватит, что целиком написать те имена. Мастер письменной речи сам неоднократно слышал имя, в котором пять раз повторялось «обуку», а в конце стояло «Бортубор». Для краткости манускрипт будет звать его обладателя просто Бор. У него был вечный приятель, чье имя венчается «одолинтербубур». Его мы будем звать Бур. Манускрипт сохранил много о них историй»*
* Все приведенные истории относятся к разряду юмористических, поэтому в нашей редакции мы называем персонажей Буря и Боря. Так гораздо симпатичнее, и больше соответствует содержанию историй (прим. ред. «Юность Кралепора»)
…
«Буря был бычок, и Боря был бычок, из числа не очень больших, но и не маленьких. Они часто ходили по свету, и вместе, и врозь; если они встречались среди больших равнин, то рассказывали подолгу о своих странствиях. На равнинах Боря и Буря могли себя увидеть, а в горах не могли, поскольку не умели чувствовать следов. И в лесу они часто расходились, а потом встречались, где придется.
Однажды Буря гулял по тропическому лесу, богатому плодами. Он гулял долго, а затем вышел, двинулся по тропе и на ней увидел Борю, который шел из полей. Буря сказал:
- Я такой большой арбуз видел! Он вырос в траве, где светло. Там много висит арбузов, но они все маленькие, с кулачок. А этот вырос на земле. До того сладкий, сочный. Хотел бы ты его испробовать?
- Хотел, хотел! – сказал Боря. – А арбуз не убежит?
- У него же нет ног! Он, наверное, мог бы укатиться, ведь у него бока круглые. Если он покатиться вниз, с горы, до того быстро будет – никак его не догнать. Я раз так уже катал круглые камни. Арбуз небось еще скорее. Он лежал, привязанный за хвост к траве. Я подергал, и оторвался хвост.
- Он убежал?
- Нет, я крепко схватился! Я потащил его за собой, и хвост оборвался. Я посмотрел и увидел, что арбуз стоит на месте. Тогда я его всего потащил. До того большой! Как бочка! Он, наверное, сладкий. Я подумал, ты поможешь донести.
- Да! Помогу! – сказал Боря и они вдвоем отправились к чаще. Дорогой Буря разводил руки, показывая, насколько велик арбуз.
- Двумя руками не схватишь. Я попробовал поднять. Едва смог.
- Вдвоем же легче? - птица посмотрела на Борю, как будто думая, не пойти ли следом. Может быть, из арбуза высыпятся вкусные семечки, упадут в траву, а никто лучше птиц не умеет собирать их в траве. Буря замахал руками.
- Вот такой огромный. Совсем не как те, что висят. Я насилу смог отрезать кусочек. Снаружи он как камень твердый. А внутри – мягкий-мягкий, до того сочный. Я и не заметил, как проглотил. Ты еще не ел такого!
Боре очень хотелось покушать арбуза. Он пробовал дикие дыни и огурцы, среди них попадались сладкие, но к ним нужно далеко пробираться по чаще. А Буря говорит, что арбуз рос почти недалеко. Он остановился и стал загибать пальцы.
- Сперва я съел кусочек. Потом еще два. Потом еще один. Очень странно съесть мало такого вкусного арбуза. Я еще съел…
Он сбился со счета и стал рассказывать, что в середине и с другой стороны арбуз был такой же вкусный.
А Боря не мог понять, какая часть арбуза съедена, а какая – еще осталась. Он нарисовал пальцем круг в воздухе, потом разрезал невидимый круг на две половины и ткнул в одну из них пальцем. Он хотел спросить, сколько в этой половине арбуза и сколько Буря съел. Но он тут же позабыл, где начертил. Боря сказал, что даже корки арбуза были очень тяжелые.
- Туда сразу же полетели мухи. Я бросил там, поскольку с мухами есть плохо. И на корках было много! Я сперва торопился, и едва не позабыл про узоры, которые были на арбузе. Очень кривые и непонятные. Я никогда не видел таких узоров. Я даже не могу сказать, какие они. Но очень хитрые! Как облака. Только черные. Ты когда-нибудь видал такой арбуз?
- Нет! Где ж его увидишь!
- Я тоже нашел случайно. Я очень хотел рассказать тебе, какой он есть, этот арбуз, да вот не все запомнил. Если еще раз найду такой же, я тебе обязательно расскажу.
Они уже приближались к джунглям. Но поскольку арбуз уже нельзя было есть, они остановились, поболтали, а затем пошли в сторону больших полей, где в траве порой, сами собой, росли ягоды. В то время еще никто не выращивал ягод и не разводил садов на той земле. Быки разговаривали со всеми, но ни у кого не учились».
…
«Над горным озером стояли крутые скалы. Корона лесных деревьев украшала их. От равнин до вершины было довольно далеко, поэтому в окрестных лесах было холоднее, пальмы не росли, зато было много плодов, которые растут в лесной чаще и на опушках. На открытых местах часто бежал розовый цвет малины, до того крохотной, что и зайцам ее собирать не стоило. Иной раз медведь заходил и съедал малину вместе с кустиками. Срывать по одной уж больно утомительно. Но вдали, в чаще, лежала особая земля и малина над ней уродилась отменная. Однажды в эту землю явился смерч. Семена малины полетели высоко в небеса, а потом упали на облако и понесли к другим странам. Так на юге тоже появилась малина. Боря наслышался о той малине и один раз почти пробрался к ней. Он видел низины, полные камыша, за которыми стояла чаща. Дунул ветер. Боря едва удержался от густого запаха малины. Он захотел тотчас же к ней пройти. Но в низине было множество мелких прудов, рытвин канав. Отовсюду вылетали комары. Они разом стали жалить Борю, поэтому он решил отступить и побежал, задевая головой ветки. Комары ухитрились ужалить ему не только руки, но и пятки. Однако Боря не забыл то места.
Комары славились по всей округе своей стремительностью и злобой. Никакая материя и шерсть не могла защитить от них. Панцирей из металла тогда не придумали; да и как носить металл в лесу? Очень скоро устанешь. Боря думал-думал, как быть. Он слыхал, как Буря хвастался: его и слепень не возьмет, и оса не возьмет. Жалят, а ему хоть бы что. Боря его спросил:
- Слушай, братец, тебе – совсем не больно, коли тебя укусят?
Буря задумался.
- Смотря кто. Если змея или орел, то…
- Нет, они-то большие. А я – про маленьких. Коли осы пожалят, будешь плакать?
- Что мне осы! Я даже от филина не заплакал. Стою и все!
- А что ты делаешь, когда тебя жалят!
- Стою и все! – повторил Буря. Боре захотелось рассказать ему о вкусной малине. Но вместо этого он вдруг стал говорить о пчелах, о том, как ему пришлось от них спасаться. Пчел, которые летят большим роем, Боря тоже не любил. Но комар – не пчела. Буря говорил, что вообще не боится комаров. Боря подумал, подумал.
- Хорошо малины достать.
- Хорошо! – согласился Буря. – А где?
- Есть место, да только комары никак не уймутся. Видать, голодные. Бур-Бур, знаешь, что я придумал? Надо комаров накормить. Они же пьют от голода, так все говорят. Они пьют, пока не напьются; но раз они маленькие, то много в каждого не войдет. Если будет пить да пить, вскоре лопнет! Я сперва думал, этим их можно взять. Но потом увидел, как они, напившись, улетают. Стало быть, они сытые. Надо их накормить всех, чтоб не хотели больше есть. Комары сядут и будут сытые. А пока они сытые, можно будет прибежать к малине. А ты сможешь добежать.