Максим Макаров – Ночной гром (страница 8)
Первые недели в новой семье давались непросто. Кирилл старался держаться особняком, избегал совместных прогулок и часто запирался в своей комнате. Однажды Максим услышал, как тот говорит по телефону:
- Да какой он брат? Просто какой‑то детдомовец с протезом…
Максим замер у двери, чувствуя, как внутри поднимается знакомое жжение, а глаза начинают теплеть. Он глубоко вдохнул, вспоминая уроки Виктора Сергеевича: «Сила — в самоконтроле».
На следующий день Максим подошёл к Кириллу, когда тот возился с моделью гоночного автомобиля.
- Можно посмотреть? - спросил он спокойно.
Кирилл вскинул голову, явно готовый огрызнуться, но что‑то в голосе Максима остановило его.
- Ну… смотри, - буркнул он, отодвигая коробку с деталями.
Максим присел рядом и осторожно взял одну из миниатюрных машинок.
-У тебя здорово получается. А можно как‑нибудь научить меня разбираться в этих моделях? Я никогда раньше не увлекался гонками, но звучит интересно.
Кирилл удивлённо моргнул. Видимо, он ожидал чего угодно - упрёков, угроз, даже равнодушия, - но не такого.
- Ну… можно, - неуверенно ответил он. -Тут главное - понимать баланс и аэродинамику. Хочешь, завтра после школы покажу трассу, где мы с ребятами катаемся?
Максим улыбнулся:
- С удовольствием. И… Кирилл, если кто‑то будет тебя обижать или дразнить из‑за того, что у нас теперь одна семья, знай: я на твоей стороне. Не потому, что «так надо», а потому, что хочу быть твоим другом.
Кирилл на мгновение замер, потом кивнул и впервые за всё время улыбнулся чуть робко, но искренне.
С того дня отношения между ними начали меняться. Кирилл всё чаще звал Максима с собой, показывал любимые места в городе, знакомил с друзьями. А Максим, в свою очередь, делился тем, что знал сам: учил простым приёмам самообороны, рассказывал истории из детского дома не о драках и обидах, а о дружбе и поддержке.
Однажды вечером, когда они вдвоём сидели на балконе и слушали музыку (Кирилл включил «Андеграунд» Listen, а Максим тихонько подпевал), мальчик вдруг сказал:
- Знаешь, я сначала думал, что ты… ну, какой‑то монстр с красными глазами. А ты нормальный. Даже крутой.
Максим рассмеялся:
- Монстр с красными глазами это громко сказано. Но спасибо. Для меня важно, что ты так считаешь.
Кирилл помолчал, потом добавил:
- И… прости, что говорил тогда по телефону. Я просто боялся, что ты отнимешь у меня внимание родителей.
-Такого не будет, - твёрдо сказал Максим. - У нас хватит места для всех. И силы тоже хватит чтобы защищать друг друга.
Кирилл улыбнулся и протянул руку. Максим пожал её, чувствуя, как в груди разливается тепло. Впервые за долгие годы он по‑настоящему ощущал себя частью семьи.
Время близилось к ночи, Кирилл сидел на балконе перебирая детали для мотоцикла и слушая музыку. Вдруг с улицы услышал грубые голоса.
- А вот и наша фея.
Кирилл встал и облокотился на перила.
- Сейчас будет весело. - сказал Кирилл поднос.
Вто время на балкон зашли родители.
- Кирилл. - Позвала его Ольга.
- Да мам, что случилось?
- Я слышала разговор. Это ты сказал?
Кирилл указал рукой вниз. Ольга и Миша подошли и облакатились на перила.
Ольга и Миша переглянулись, в их глазах читалась тревога. Кирилл побледнел он вдруг отчётливо понял, к чему идёт дело.
Из тени переулка действительно вышел Максим. Его глаза пылали ярко‑красным, а в руке тускло блеснул кастет. Трое парней, которые только что н асмехались над кем‑то внизу, разом обернулись и замерли, увидев его.
- Опять вы? - голос Максима звучал глухо, почти нечеловечески. - Сколько раз нужно повторять?
- Макс, нет! - выкрикнул Кирилл, невольно делая шаг вперёд.
Но Максим не услышал. Или не захотел услышать. Первый удар чёткий, молниеносный — пришёлся в висок самому высокому из компании. Тот рухнул, не издав ни звука. Двое других бросились врассыпную, но Максим двигался слишком быстро. Ещё два удара — и оба лежали на асфальте, хватаясь за головы.
Тишина повисла над улицей. Максим стоял посреди тротуара, тяжело дыша. Кастет выпал из его руки. Глаза постепенно теряли красный оттенок, а вместе с ним и ярость. Он поднял голову, увидел лица родных на балконе и застыл.
Ольга прижала ладонь ко рту. Миша инстинктивно обнял сына за плечи. Кирилл смотрел на Максима с ужасом и недоумением перед ним был уже не тот добрый старший брат, которого учил разбираться в гоночных модельках. Это был кто‑то другой.
Максим медленно поднял глаза. Он понял всё без слов.
- Я… - голос его дрогнул. - Я не хотел, чтобы вы это видели.
Он сделал шаг назад, потом ещё один и вдруг развернулся и побежал прочь, исчезая в тёмных переулках.
- Максим! - закричал Кирилл, но тот уже пропал из виду.
Кирилл стоял на балконе, оцепенев от увиденного. Сердце колотилось так сильно, что, казалось, вот‑вот вырвется из груди.
- Макс… - прошептал он, всё ещё не в силах поверить в то, что произошло.
- Кирилл, - тихо сказала Ольга, положив руку ему на плечо, - может, лучше оставить его сейчас в покое? Он явно не в себе…
- Нет, - резко ответил Кирилл. - Он мой брат. Я должен его найти. Он не такой - он не мог просто так…
Не дожидаясь ответа, Кирилл бросился вниз по лестнице. Миша и Ольга переглянулись и поспешили за ним, но мальчик уже выбежал на улицу.
Кирилл бежал по тёмным переулкам, вглядываясь в каждый угол, прислушиваясь к каждому звуку. Он знал привычки Максима: если тот хочет скрыться, он выберет самый запутанный маршрут.
За поворотом Кирилл замер. Перед ним на асфальте лежали два тела. Рядом валялись разбитые бутылки, а возле одного из мужчин блестел нож. Кирилл почувствовал, как к горлу подступает тошнота. Он сглотнул и заставил себя подойти ближе.
Приглядевшись, он заметил следы ударов — чёткие, выверенные, как будто нанесённые кем‑то, кто точно знал, куда бить. Кирилл сразу понял: это работа Максима.
«Макс, что же ты наделал…» пронеслось у него в голове. Внутри всё сжалось от боли и страха. Он не мог поверить, что его брат, тот самый Максим, который учил его самообороне и рассказывал истории о дружбе, способен на такое.
Но времени на раздумья не было. Кирилл двинулся дальше, следуя едва заметным следам сломанной ветке, сдвинутому камню, отпечаткам обуви на влажной земле.
Через несколько минут он услышал голоса. Кирилл замер и осторожно выглянул из‑за угла.
В тусклом свете уличного фонаря Максим стоял лицом к двум крупным мужчинам. Те угрожающе надвигались на него, один размахивал цепью.
- Ну что, протезная нога, опять решил поиграть в героя? - хрипло рассмеялся один из них. - Думаешь, ты тут самый крутой?
Максим молчал. Его глаза уже начали наливаться красным, кулаки сжались. Кирилл понял: ещё секунда — и произойдёт непоправимое.
- Максим! - крикнул он, выбегая вперёд.
Тот вздрогнул и обернулся. На мгновение в его взгляде мелькнуло что‑то вроде облегчения, но затем глаза снова вспыхнули алым.
Мужчины переглянулись.
- О, ещё один малец? — ухмыльнулся второй. - Сейчас мы вас обоих…
Он не успел договорить. Максим сделал стремительный шаг вперёд. Один чёткий удар и первый мужчина рухнул на асфальт. Разворот, второй удар второй схватился за лицо и упал на колени.
Кирилл застыл, не в силах пошевелиться. Максим тяжело дышал, его руки дрожали, а глаза всё ещё светились зловещим красным светом.
- Макс, - тихо произнёс Кирилл, делая шаг вперёд, что же ты наделал? Зачем? Ты же мог просто уйти…
Максим медленно повернулся к нему. В его взгляде читалась борьба ярость боролась с осознанием. Он глубоко вдохнул, сжал и разжал кулаки, пытаясь взять себя в руки.