Максим Макаров – Миллион лет преимущества (страница 1)

Максим Макаров

Миллион лет преимущества

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

1

Приборы бесшумны. Бесконечность молчит. На экранах мелькают сведения о внутреннем пространстве, а все то, что снаружи, недоступно еще для восприятия. Видеокамеры отдыхают.

Посторонних звуков нет в сине-голубой атмосфере. Но откуда-то настойчиво раздается:

Это не сон, это – явь.

Страхи позади оставь.

Разве бег большой искры

Обратим?

Мы неистово быстры,

Мы летим.

И во мраке без нагрева

Вырастают, словно древо,

Восемьсот галактик слева,

Справа – триста пятьдесят.

А за ними – даль невнятна:

То ли дыры, то ли пятна,

И лишь космосу понятно,

Для чего они висят.

Повелитель вечных льдов

Жжет огни.

Среди множества миров

Мы одни.

Есть лучи живого света,

Там, куда летит комета.

Там, наверное, планета,

Где бы можно отдохнуть,

Не боясь кометы встречной.

Можно лечь в тиши беспечной,

Под лазурью бесконечной,

А потом – продолжить путь.

Эта мелодия крутилась в голове капитана без конца. Прежде он слышал ее часто, и она настолько вошла в память, что могла «играть» в любом месте, без всяких устройств. Почему-то именно эта песня включалась чаще всего. В ней нет ничего плохого.

Все же, надо приглушить.

Ускорение 15 тысяч. А должно быть 18. В сущности, это не так уже важно. Перед прыжком в гиперпространство счет шел почти на миллионы. Сейчас уже начался процесс торможения, хотя и он позволяет за одну секунду преодолевать миллиарды миллиардов …

Командир поднял руку и слегка присел. При таком ускорении тяжеловато бегать. А когда ускорение составляет миллионы, то перестаешь ощущать себя. Сознание работает – у тех, кто способен выполнять такую работу, кто достаточно натренирован. Для преодоления сверхбольших расстояний корабль вырабатывал несколько редких форм энергии. Благодаря одной из них наружные слои корпуса превращались в волну, которая выталкивалась из пространства, из любого космического поля, не касаясь ничего и не разрушая; с нею корабль становился нематериальным для космоса и мог лететь гораздо быстрей обычного света. Ускоряющую энергию необходимо координировать, пресекать малейшую склонность корабля к непродуктивной деформации, а кроме того, нужно знать, куда лететь. Волна «помнила» общее направление – между исходной звездной системой и конечной. Но, безусловно, главным координатором был Разум.

Ускоряющая энергия в значительно степени ослабла, но другие энергетические поля наполняли все отсеки корабля. В главной кабине управления атмосфера гораздо легче; во всех остальных местах поля оставались очень плотными, и повсюду было сине-голубое свечение, в котором тренированные космонавты могли даже бежать.

Окруженный синим светом, капитан прошел к экранам внешних видеокамер. Система начала общий мониторинг. Можно разглядеть мелькание дальних галактик. Дрожь по корпусу. Это не страшно. Хотя – быть такого не должно, во всяком случае, у опытных космонавтов. А капитан побывал уже во многих операциях, хотя он еще совсем молодой. Он прищурился и заметил вдруг, что дрожит не только обшивка, но и каркас отсека.

- Потерпите – сказал капитан системам. Он стоял не качаясь, но его высокий стройный силуэт расплывался, если посмотреть издали.

Сквозь синюю атмосферу резко прошел еще один силуэт – тоже высокий, немного ниже капитана и очень худой.

- Энергия дает всплески, они рассеиваются – и не держат 18 тысяч. Из-за этого мы дрожим?

- Аппаратура постоянно фиксирует мелкие диссипации, но не признает свое участие в этом. Такое случается спонтанно.

- К счастью, мы почти не опаздываем. Ты летал уже премьер-пилотом?

- Да, несколько раз. По другим маршрутам.

- Ты же знаешь, как у нас не любят опозданий. Но, откровенно говоря, я даже не успел толком осмотреть корабль при вылете. А ты тоже не успел?

Премьер-пилот удивился:

- Но ведь я вступил на борт после тебя.

- Ах, да! Я подвел корабль к технической зоне; ты вошел – и нам сразу же велели идти в сектор 5, чтобы взять рекомендации от Министерства Биотехнологий. Я не очень понял, почему именно мы, а не кто-то уполномоченный из министерства должен это принимать. Я, например, вообще никогда не работал в области биологии. Ты тоже… профессиональный летчик.

- Я инженер-конструктор и летчик.

Капитан посмотрел вокруг. Дрожь усиливается.

В секторе 5 кораблю передали два диска ИИ, т.е. два искусственных интеллекта, каждый из которых способен независимо мыслить, работать с приборами, может быть помещен внутрь роботов и т.д. ИИ находились в режиме спящего ожидания. В течение гиперпрыжка капитан их не включал. ИИ спали почти как настоящие пассажиры. Кстати, капитану неизвестно, сколько всего пассажиров на борту. Капсулы с активированным анабиозом поместили и велели разбудить лишь по прибытию.

- Сказали, что Роман Веров будет в нашей компании.

- Да, он есть. Я даже успел его разглядеть. Его позвали, потому что он уже работал с нами, хотя признаться, в данном случае лично наша работа не слишком сложна. Просто груз доставить. Вероятно, Роман что-то будет делать на той планете, и для этого нужны ИИ. Вы с ним из одной морфо-генерации?

- Наверное.

- У него структура лица как у тебя. Почти как в живой природе.

Премьер-пилот смутился.

- Рэй, но я же…

- «Мистер Всеволод, поднимитесь. Сообщение»

Работающая система лаконична. Командир и премьер-пилот пошли к главной кабине.

Корабль достиг нужной галактики, и по космическим меркам был практически у цели. На той планете работает автономный научно-технологический комплекс, который время от времени навещают и работают сами. На экране висит значок вызова с предложением озвучить.

- Мы сами прочтем. Вероятно, что-нибудь актуальное.

- А кто-то есть на планете сейчас? Из представителей ИВР?

- Наверное; ведь кто бы еще отправил?

Рэй нажал клавишу. На экране возникло:

«… … …»

«Чтоб. Вы сдохли. Кис-твой!»