Максим Лагно – Путь первого (страница 25)
Если дивианцы смотрели «Игры Света» так же, как люди моего времени смотрели кино, то для низких «Игры Света» были отблесками божественной жизни высших людей.
В те дни, когда мы жили во дворце Ач-Чи, я пару раз был свидетелем сеансов просмотров «Игр Света», которые для низких устраивал Октул Ньери.
К лицезрению кристаллов «Игры Света» допускались только царедворцы и жрецы храма Высших. Они внимательно смотрели выдуманные истории о жизни дивианцев, с трудом понимая речь и поступки персонажей, а потом пересказывали эти истории толпам верующих, преподнося их как откровения высших. Они растолковывали верующим скрытый смысл посланий высших.
Я рассмеялся, узнав, что главные религиозные жрецы-философы Ач-Чи вели жаркие диспуты о кристалле, в котором танцовщицы Раана, Шаати, Лиина и остальные играли на музыкальных инструментах. Низкие даже не догадывались, что богини, «ниспосланные нам в лучезарном высшем видении», были всего лишь шлюхами, чьи фигуры творец запечатлел в кристалле с помощью «Переноса Образа».
Жрецы страшно искажали увиденное в «Играх Света».
Всех персонажей голографических историй они считали богами. И каждому назначили свою роль. Например, блондинка Шаата была у них богиней холода. Шатенка Раана — Мать Огня. Не помню, кем была брюнетка Лиина, кажется, богиней плодородия.
Те же искажения происходили с другими персонажами «Игр Света». Все они приобретали для низких божественное и мистическое значение.
Сначала я думал, что жрецы искажали развлекательные истории «Игр Света» из-за плохого знания дивианского. Но чем больше я общался со жрецами храма, тем больше убеждался — они искажали наши истории намеренно.
Верховный ач-чийский жрец прекрасно знал о том, что Шаата, Раана и Лиина — это голографические прошмандовки, а не богини.
Мне даже показалось, что этот жрец не особо-то и верил, что дивианцы — боги. Он догадывался, что мы — такие же люди, как низкие, только получившие дар Двенадцати Тысяч Граней. Но если у него и были сомнения, то он их не проявлял, а наоборот — усерднее всех восхвалял «бесплотных богинь» и молился на статую Октула Ньери.
Зная об увлечённости дивианцев «Играми Света», можно не удивляться, почему свинарка Виви Карехи мечтала создавать свои «Игры Света». И, как положено графоманам, отсутствие таланта не мешало ей самозабвенно творить.
✦ ✦ ✦
Но даже «Игры Света» надоедали дивианцам. Особенно таким избалованным, как Ваен Миас.
Самирану пришлось буквально продать свою душу, чтобы купить яркие кристаллы срамных «Игр Света» — Ваен покупал такие кристаллы горстями.
Конечно, он устал от всех доступных удовольствий Дивии. Он захотел недоступных.
Ваен Миас взбесил меня не тем, что посчитал охоту на низких людей годным развлечением, а тем, что посчитал годным развлечением косплеить небесного воина. Распущенный сынок финансового воротилы уверен, что золото открывает ему все Пути.
Или же меня взбесило, что золото и впрямь открывает все Пути?
Что-то из этого меня точно взбесило. Возможно — и то и другое.
Как взбесило и то, что Ваен хвастался покупкой любви Нау. На примере Саны Нугвари, которая показывала сиськи в обмен на браслеты, я уже знал, что для некоторых девушек Дивии это привычный обменный курс. Особенно, если находились малолетние болваны, вроде Самирана, готовые платить дорого за дешёвую услугу.
Ваен найдёт-таки воинов, готовых за деньги устроить ему сафари на низких. Более того, до меня вдруг дошло, что небогатые воины устраивали эти рейды на низких исключительно ради потехи скучающих жителей Дивии! Как они устраивали поединки друг с другом или иные состязания.
С этой точки зрения воинское предназначение равнялось с пением, «Играми Света» или плясками на «Крыльях Ветра». Неужели это не оскорбляло воинов?
И почему это благородное негодование вдруг вскипело во мне?
И… не зря ли я отказал Ваену? Он обещал хорошо заплатить. Тогда как мои накопления сжёг демонический обряд, будь он неладен.
В моём распоряжении была казна, выданная на развитие отряда. Я волен назначить себе любое жалование, но так нельзя: воинское сословие Дивии ещё не достигло тех бездн коррумпированности, каких достигли военные из времени Дениса Лаврова. Если вместо того, чтобы обеспечить свой отряд лучшими доспехами и кристаллами, я пущу деньги на едальню — меня не так поймут. Вообще не поймут.
Именно в этот затруднительный финансовый период ко мне обратился Ио Варека:
— Отец напоминает, что ваш уговор в силе. Когда ты намереваешься открыть свою едальню машлыка?
— Скоро.
— Время утекает вместе с вином, — напомнил Ио. — Вместе с ними утекает и ваш уговор.
Пообещав, что на днях начну оборудовать едальню, я стал думать, как быть дальше? Из всего моего проекта я осуществил только два пункта: нашёл место и закупил дрова и уксус. Даже не заказал кузнецам мангалы и шампуры!
И делать это нет времени — начались занятия в Доме Опыта.
Переход в разряд средних учеников заключался в том, что мы должны усвоить новые озарения или повысить ступень уже имеющихся. И помочь в выборе должен опыт, приобретённый в боях в низких царствах.
12. Альтернативная история и Воздушный Кулак
✦ ✦ ✦
В Доме Опыта нас снова пичкали историями о великих достижениях славных деятелей Дивии.
На этот раз я относился к ним так же иронично, как остальные воины. Ведь по странному стечению обстоятельств почти все «славные» деятели или принадлежали сословиям Сохраняющих Опыт, Помогающих Создателям или, на крайний случай, Созидающих Вещи. Воины если и упоминались, то только небесные стражники, которые славно обеспечивали покой и порядок на улицах летающего города.
Деяния небесных воинов не замалчивались, ибо замолчать сословие Защищающих Путь невозможно, но подавались с отчётливым принижением заслуг.
Например, вот как описал Гиан Атти последний масштабный конфликт Дивии и Портового Царства:
Дивия прибыла к своей стоянке близ Портового Города. Старшие сословия Защищающих Путь пренебрегли мнением мудрецов из мирных сословий и отправили к портовому царю делегатов с требованием, что отныне Портовое Царство должно платить дани в два раз больше обычного.
— Как вы думаете, зачем и без того богатым воинам захотелось повысить дань? — спросил Гиан Атти.
— Потому что мы — высшие, и нам так захотелось? — насмешливо ответила Софейя Патунга.
— Нет. Просто Кохуру затеяли родовую войну против Поау, которые в те поколения главенствовали в сословии Защищающих Путь, а Кохуру были лишь третьими. Обоим родам и их союзникам требовались металлы, камень и другие вещи для постройки крепостей и для изготовления новых орудий и доспехов. И они не придумали ничего умнее, как увеличить дань со всех низких царств, хотя старшие других сословий всячески пытались отговорить их от этого непродуманного шага.
— И что такого? — прервал учителя Хаки Энгатти. — Низкие должны платить нам не столько, сколько они могут, а столько, сколько нам надо.
Гиан Атти иронично искривил одну бровь:
— Именно так и думали твои славные предки. Ты, юноша, похож на них в этом. Они были уверены, что портовый царь испугается и согласится, как это сделали другие цари низа.
Гиан Атти поднял с пола квадратный кувшин с водой и промочил горло:
— После раздумий портовый царь отказался от завышенных требований сословия Защищающих Путь. Он вообще отказался платить любую дань. Он сказал посланникам Кохуру и Поау такие слова: «Заплатить столько, сколько вы требуете, мы не можем, а если бы и могли, то не стали бы, ибо вы нарушили слово, данное нам Советом Правителей Дивии. Впредь мы не верим никаким словам любых дивианцев. Мы будем воевать и сокрушим вас».
— Слишком уверенные речи для царя грязеедов, — заметил Хаки. — Не мог он так сказать.
Гиан Атти кивнул:
— Верно. Сии слова в уста мятежного царя вложили его советники из падших и грязных колдунов. Они же подговорили убить послов сословия Защищающих Путь.
В зале поднялся ропот. Гневные возгласы прервали рассказ учителя:
— Какая подлость! — заявил кто-то из отряда Поау.
— Почему мы ещё не уничтожили Портовый Город за такое гнусное злодеяние? — спросила Лотта Шерум.
— Убийство даже одного высшего должно караться смертью всех низких на расстоянии двенадцати дней полёта Дивии, — вторил ей кто-то. — Так было сказано в одной старой скрижали.
— Не верю, что воины рода Кохуру дали себя убить, — сказала Маджа.
— И я не верю! — вскричал старший отряда Поау. — Мои предки тоже не дали бы себя убить.
— Обвиняя меня во лжи, вы подтверждаете свою неосведомлённость, молодые люди, — холодно ответил Гиан Атти. — Если бы вы посещали Дом Опыта чаще, чем лавки торговцев оружием, то знали бы, что сие убийство послов занесено в скрижали прошлого. Если ваши старшие не рассказывали об этой позорной гибели своих воинов, то это не значит, что её не было.
— Вы всё врёте, уважаемый учитель, — заявил Хаки.
С ним согласился старший отряда Поау:
— Не могли послы небесных воинов отправиться к портовому царю без оружия.
Учитель с насмешкой ответил:
— Уверяю тебя, юноша, твои славные предки явились к портовому царю в полном облачении и при оружии. В самых лучших доспехах пришли они. И взяли самое лучшее оружие. Они думали, что один их вид напугает царя. Но ни озарения, ни доспехи, ни оружие не спасли их от тысячи отравленных крюков и копий портовых воинов. Их убили. Их грани поглотили грязные колдуны. Их оружие и доспехи забрали низкие воины. А их акрабы увели моряки Портового Города.