Максим Лагно – Падение летающего города 1. Путь Самирана (страница 78)

Тот злобный демон внутри меня, который едва не придушил маму Самирана, согласился: убить врагов — отличная идея. Ведь они собирались убить меня. Пусть знают, что Самиран… то есть Денис… то есть… тьфу, кто же я уже?

Я замотал головой, унимая демона. Танэ Пахау поднял камень выше и прищурился, целясь в лицо Раккира.

— Бросьте камень, — приказал я.

— Да, сейчас, прямо на его лоб, — ответил он. — Размозжу, пока он спит и беззащитен.

— Нет! Не убивайте никого.

— Неужели в твоём мире, демон, врагов не убивают?

— Но что если за смерть этих людей будут мстить могущественные рода Дивии? Главные воры граней всё равно сбежали.

— Пусть мстят. Их право.

— Но что будет, если они потащат меня в Прямой Путь? С их Моральным Правом они могут осудить кого угодно.

Старец устало опустил руки, но камня не выбросил:

— Это они могут. У сбежавших я прочитал такое сильное Моральное Право, с каким входят в Первое Кольцо.

— Если я сохраню жизнь Илиину, то, быть может, он оценит эту услугу? В конце концов, мне легче спасти Дивию, если за мной не будут охотиться менты и воины славных родов.

Старик держал камень в дрожащих руках:

— Не знаю, что значит демоническое слово «мен-ты», но в остальных твоих словах есть разум.

— Конечно, есть. Поэтому не надо никого убивать, заклинаю вас Движением Луны и Лунной Призмой.

Старик бросил камень.

— Так-то лучше, — сказал я и присел над похрапывающим Раккиром. — А теперь помогите мне их обыскать.

— Точно, — кивнул старец. — Наступило время расплаты за ущерб.

Он подхватил свой короб, раскрыл крышку и начал скидывать в неё шкатулки, которые бесцеремонно снимал со спящих вместе с поясами.

По мне так это был обычный грабёж. Но «расплата за ущерб» звучало, несомненно, благороднее. И справедливее.

Первым делом я стянул с плеча Раккира сумку. В ней лежал свёрнутый рулоном плащ, перетянутый красивым ремнём, инкрустированным золотом. Под плащом сложено пять металлических шкатулок. На их крышках выпуклый иероглиф рода Карехи и рисунок буйвола. На поясе Раккира прицеплено несколько шкатулок для кристаллов и золотых граней. Я сорвал их все и побросал в сумку — позже посчитаю.

Потом попробовал вытащить из его руки оружие — кривую палку из неизвестного мне материала. То ли пластик, то ли особый камень. Но точно не металл.

Но Раккир не разжал пальцев. Пробормотал сквозь сон:

— Не трожь… Это моё… Язык вырву. И сердце.

Ко мне снова подошёл Танэ Пахау с камнем в руках:

— Сейчас помогу.

Прежде чем я успел его остановить, старец обрушил камень на сжатый кулак Раккира. Человек болезненно вскрикнул во сне и разжал пальцы.

Я схватил палку, оказавшуюся очень тяжёлой. Пришлось даже взять двумя руками.

Вспыхнул Внутренний Взор. Часть иероглифов обвила оружие, а часть встроилась в мою Линию Тела.

`

*

{{ПЯТИСИЛЬНАЯ БУРЯ.}}

{{СМЕРТЕЛЬНО РАЗЯЩАЯ МОЧИ-КА.}}

СИЕ ОРУДИЕ ИЗГОТОВЛЕНО ИЗ ЧИСТОГО НЕБЕСНОГО КАМНЯ МАСТЕРОМ БАТАЕМ ЛИЧНО, БЕЗ УЧАСТИЯ УЧЕНИКОВ ИЛИ ПОДРУЧНЫХ.

МАСТЕР БАТАЙ ПОКЛЯЛСЯ ВСЕМИ СВОИМИ ГРАНЯМИ, ЧТО СИЕ ОРУДИЕ ПРОСЛУЖИТ СТО ПОКОЛЕНИЙ, И НЕМНОГО ДОЛЬШЕ.

НОСИТ СИЕ ОРУДИЕ ИМЯ «ПЯТИСИЛЬНАЯ БУРЯ». ПОТОМУ КАК ЗАКЛЮЧАЕТ В СЕБЕ ПЯТЬ ГНЁЗД ДЛЯ КРИСТАЛЛОВ ЯРКИХ ОЗАРЕНИЙ.

*

`

Кстати, кристаллы, заключённые в мочи-ку, видны только с помощью Внутреннего Взора. Полупрозрачные узоры этих кристаллов расположились по всей длине оружия, утопая в искривлённых местах, как в гнёздах.

От ствола кривого оружия исходило множество тонких световых ниточек, которые, обвив руки, вливались в мою Линию Тела. Но далее снова расходились в стороны, как пучки обрезанных проводов, и пропадали в воздухе. Это явно выглядело какой-то неполадкой.

За пояснением я обратился к Внутреннему Голосу. Тот в очередной раз не смог мне напомнить. Я уже не сердился на Голос, понимая, что он напоминал только то, что я узнавал в процессе жизни.

Зато помог Танэ Пахау.

— У тебя слишком тонкая и вялая Линии Тела для такого оружия, — пояснил он. — Вон, ты его едва держишь двумя руками.

— То есть оно бесполезно для меня, — разочарованно сказал я.

— Я не разбираюсь в мочи-ках, копьях или доспехах, но знаю, что оружие мастера Батая стоит много тысяч золотых граней. Быть может — сотню тысяч.

— Ясненько.

Я попробовал убрать мочи-ку в сумку, но палка оказалась слишком длинной и вывалилась.

Танэ Пахау помог мне снять с пояса Раккира кожаный чехол для этого оружия, но на моём поясе оружие тоже не удержалось: чехол соскальзывал с талии.

— Ох, зря тратим время, — озабоченно сказал старец. — Раккир вот-вот проснётся!

Но я не хотел бросать ценный предмет. Во многом из-за того, что у меня появились планы на сие орудие. Вовсе не связанные с продажей за сотню тысяч золотых граней.

Тогда Танэ Пахау догадался повязать пояс наискосок через моё плечо. Чехол с мочи-кой повесил мне на спину. Её тяжесть сильно тянула меня назад, но всё равно удобнее, чем тащить мочи-ку в руках.

Синяя дымка наведённого сна почти сошла с тела Раккира. Беспокойно вздыхая и кашляя, он заворочался, но пока что не проснулся.

— Ох, размозжить бы ему голову, — посетовал старец.

— Пойдёмте отсюда, — сказал я.

Старик взвалил на плечи свой короб и пошёл за мной.

Когда мы прошли мимо спящего Илиина, я остановился, чтобы облутать и его. Лёгкое на вид копьё, оказалось таким тяжёлым, что я не смог оторвать его от земли — настоящий молот Тора.

Тогда я просто сорвал с пояса Илиина все шкатулки. Ещё на поясе небесного мента болтались какие-то странные пучки верёвок, сложенные восьмёркой. На концах верёвок болтались массивные металлические кольца.

Я уже видел такие верёвки на других небесных стражниках, но до сих пор не знал, что это такое.

Танэ Пахау нетерпеливо сказал:

— Ах, это обычные вязки. Ими пользуются только небесные стражники. Они тебе ни к чему. Пойдём же скорее, Раккир вот-вот вернётся из своих грёз. И тогда ты сильно пожалеешь, что я не размозжил ему голову.

31. Эпилог и палеоконтакт

Этот район всегда был малолюдным. У всех семей имелись акрабы, пешком ходили только рабы. Но сейчас дети сидели по домам. А рабы не посмели бы даже смотреть на разборки прирождённых жителей Дивии, не говоря уже о вмешательстве в них. Поэтому дорога Шестого Кольца была такой же пустой, как и днём. Только из домов иногда доносился смех, громкие разговоры и звуки музыкальных инструментов.

Битва с ворами граней прошла незамеченной для жителей соседних домов.

Даже если кто-то любопытный отправился бы посмотреть, мол, что там за возня и ругань возле заброшенного Храма Движения Луны? То увидел бы небесного стражника Илиина и его товарищей, которые проводили задержание преступников.

Я и Танэ Пахау отошли от храма и продрались сквозь кусты, высаженные вдоль дороги. Тут-то я и наступил на что-то мягкое, оно ответило мне всхлипыванием и бормотанием.