Максим Козлов – Внутренний аудит (страница 5)

Андрей молчал. Он смотрел на свои руки. Мозоли на ладонях уже лопнули, и под ними розовела новая кожа. Руки Сотрудника года исчезали. Появлялись другие руки. Пока неясно чьи.

— Вы нашли себя? — спросил он.

Роза Марковна хмыкнула.

— Я перестала искать. И тогда она сама пришла. Та, настоящая. Которая любит сало, курит папиросы и орет на кошку матом. Оказалось, что я — это вот это всё. И меня устраивает.

Она затушила папиросу о подошву сапога и спрятала окурок в карман халата.

— Ладно, философ. Работай. До обеда еще два часа. Потом я тебе покажу, где у бабушки погреб. Там должна быть картошка. Если не сгнила.

Она ушла. Андрей взял тяпку. Руки болели. Но теперь боль была другая. Не тупая боль пустоты, которая жила в груди последние годы. А острая, честная боль труда. Ее можно было потрогать. Ее можно было вылечить сном и едой.

Он работал до полудня. Солнце поднялось высоко, стало жарко. Он снял майку совсем. Кошка, вернувшаяся от Розы Марковны, снова сидела на скамейке и смотрела. Ее желтые глаза щурились от света. Андрей подумал, что кошка, наверное, единственное существо в мире, которое умеет смотреть на человека без оценки. Просто смотреть. Просто быть рядом. Этому стоило поучиться.

В час дня он услышал крик. Кричала Роза Марковна. Крик был не испуганный, а торжествующий, как будто она нашла клад.

— Андрюша! Иди сюда! Живо!

Он воткнул тяпку в землю и побежал на голос. Кошка обогнала его, перепрыгивая через грядки. Роза Марковна стояла на заднем дворе, у старого покосившегося сарая. В руках у нее был какой-то сверток, обернутый в клеенку.

— Смотри, — она развернула клеенку. Внутри была книга. Старая, в кожаном переплете, с пожелтевшими страницами. — В сарае нашла, в старом сундуке. Это твоей бабушки. Дневник.

Андрей взял книгу. Руки дрожали. Он открыл первую страницу. Почерк был мелкий, аккуратный, с наклоном влево. Бабушкин почерк. Он узнал бы его из тысячи. Она писала карандашом, буквы чуть расплылись от времени.

«12 мая. Посадила антоновку. Три саженца. Будет сад. Андрюша приезжал на прошлой неделе. Вырос. Спрашивал про звездочки в яблоках. Я сказала — чудо. Он верит. Хороший мальчик. Жаль, что редко видимся».

У Андрея перехватило горло. Он перевернул страницу.

«3 августа. Яблоки в этом году мелкие. Дождей мало. Но сладкие. Сварила варенье. Пять банок. Андрюше отправлю с оказией. Пусть ест. В городе витаминов нет, один фастфуд».

Он листал дальше. Даты. Погода. Урожай. И везде, между строк о яблоках и кабачках, — он. «Андрюша не звонил». «Андрюша позвонил, сказал, что получил повышение. Голос уставший. Плохо спит. Я посоветовала ромашку. Он обещал пить. Вряд ли пьет». «Андрюша не приедет на Пасху. Работа. Я понимаю. Он деловой. Весь в деда».

Андрей сел на землю. Прямо в траву. Он не чувствовал холода от земли. Он читал. Роза Марковна стояла рядом и молчала. Даже кошка перестала умываться и замерла.

Последняя запись была датирована ноябрем, за месяц до ее смерти.

*«15 ноября. Снег выпал рано. Сад спит. Я тоже много сплю в последнее время. Силы уходят. Но сад останется. Яблони будут цвести. И кто-нибудь придет и съест яблоко. Может, Андрюша. Может, чужие люди. Какая разница. Главное, чтобы ели и говорили: „Вкусно“. Вот и весь мой смысл. Чтобы кто-то съел твое яблоко и улыбнулся. Я прожила хорошую жизнь. Жаль только, что мало видела внука. Но я его люблю. И яблоки мои его любят. Передайте ему это. Если сможете».*

Андрей закрыл дневник. Положил его на колени. Посмотрел на сад. На яблони, которые бабушка сажала своими руками. На крапиву, которую он рубил сегодня. На небо, под которым она прожила всю жизнь.

Он не плакал. Слез не было. Было что-то другое. Тяжелое и теплое одновременно. Как будто внутри что-то встало на место. Как будто вывихнутый сустав вправили обратно.

— Она тебя любила, — тихо сказала Роза Марковна. — И ждала. Всю жизнь ждала. А ты был занят. Приносил пользу. Не ей. Не себе. Каким-то Лысым.

Андрей кивнул.

— Я знаю, — сказал он. — Теперь знаю.

Он встал с земли. Отряхнул старые бабушкины штаны. Взял тяпку. И пошел обратно в сад. Он не знал, что делать с этой правдой. Правда была слишком большой, чтобы уместиться в голове сразу. Но он знал одно: он вырубит всю крапиву. До последнего стебля. Чтобы бабушкины яблони снова дышали. Чтобы осенью здесь были яблоки. Белый налив. Сладкие. С звездочкой внутри.

Он работал до вечера. Солнце село, но он не останавливался. Руки превратились в кровавое месиво, но он не чувствовал боли. Роза Марковна вышла на крыльцо и крикнула:

— Хватит! Убьешься! Завтра продолжишь. Сад никуда не убежит. Он пятнадцать лет ждал. Подождет еще ночь.

Андрей воткнул тяпку в землю. Она стояла, как памятник сегодняшнему дню. Он пошел в дом. Ноги гудели. Каждый мускул ныл. Он залез под ледяной душ в летней пристройке. Вода была колодезная, обжигающе-холодная. Он мычал от шока, но мылся. Смывал пот, грязь, усталость и что-то еще. Может быть, вину. Может быть, прошлую жизнь.

Потом он сидел на крыльце, завернувшись в старый плед. Кошка снова пришла и легла рядом, прижавшись теплым боком. Андрей гладил ее, и она мурлыкала. Мурлыканье было громким, как трактор.

Над деревней зажглись звезды. В городе он никогда не видел звезд. Только оранжевую пелену от фонарей. Здесь звезды были огромные, близкие, колючие. Млечный путь перечеркивал небо белой полосой. Он смотрел и не мог насмотреться. Бабушка тоже смотрела на эти звезды. С этого же крыльца. Может быть, сидя на этом же самом месте.

В доме напротив зажегся свет. Роза Марковна включила патефон. Сегодня она поставила другую пластинку. Женский голос, низкий и грудной, запел: «Опустела без тебя земля... Как мне несколько часов прожить...»

Андрей слушал. Песня была про любовь. Про тоску. Про то, что все проходит. Он вдруг понял, что последние годы он не слушал музыку. Только подкасты про эффективность и тайм-менеджмент. Он забыл, что музыка умеет говорить с той частью души, у которой нет слов.

Он достал из кармана бабушкин дневник. Открыл на последней странице. Там, после записи про снег, было еще несколько строчек, написанных дрожащей рукой.

«P.S. Если ты читаешь это, Андрюша, значит, ты все-таки приехал. Я знала, что приедешь. Не сейчас, так потом. Сад тебя позовет. Он умеет. Прости, что не дождалась. Но я здесь. В каждой яблоне. В каждой травинке. Посмотри вокруг. Это всё я. И ты — тоже я. Мы одно. Люблю. Бабушка».

Андрей закрыл дневник. Прижал его к груди. Закрыл глаза.

Кошка пошевелилась во сне и вздохнула, как человек. Патефон у Розы Марковны затих. Деревня погрузилась в темноту и тишину.

Он сидел так долго. Пока холод не пробрал до костей. Потом встал, зашел в дом, лег на скрипучую кровать. Положил дневник под подушку. Кошка прыгнула на кровать и устроилась в ногах.

Прежде чем заснуть, он подумал о Лысом. О его гладком лице и белом конверте с билетами. Он подумал о том, что через три недели должен будет написать отчет. «О состоянии». В свободной форме.

Он уже знал, что напишет. Он напишет про крапиву. Про мозоли. Про бабушкин дневник. Про звезды. И про то, что он, кажется, начал выздоравливать. Не по протоколу корпоративной медицины. А по-настоящему.

Но это будет потом. А сейчас был сад. И яблони. И завтрашний день, в котором снова нужно будет брать тяпку и убеждать крапиву уйти. И это было хорошо. Лучше, чем любой годовой бонус.

Он уснул. И ему снова снились яблоки. Только теперь не просто яблоки. Ему снилась бабушка. Она сидела на скамейке в саду и резала яблоко. «Смотри, внучек, звездочка». И он смотрел. И видел. И улыбался.

Утром его разбудил стук в дверь. Громкий, настойчивый. Он вскочил, думая, что это Роза Марковна с новым уроком. Но, открыв дверь, он увидел не ее.

На крыльце стоял Лысый.

В дорожном костюме, с легкой небритостью и красными от недосыпа глазами. В руках он держал папку с логотипом компании. Вид у него был растерянный, как у рыбы, которую выбросило на берег.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.