Максим Козлов – Тихая земля (страница 6)

Сара учит меня своему языку. Вернее, она его не учит — она его создаёт вместе со мной. Он рождается прямо сейчас, в этой комнате, на этой бумаге. И это самый странный опыт в моей жизни. Я, лингвист, специалист по языку, вдруг оказался в роли младенца, который учится говорить заново. Но теперь я понимаю — язык не в словах. Язык в соединении. В желании быть понятым и понимать.

Эллиот ошибался. Сознание не исчезает без языка. Оно находит новую форму. И эта форма, возможно, древнее и чище, чем всё, что мы построили из слов».

Уроки молчания

На четвёртый день он перестал включать диктофон.

Это было решение, которое пришло не сразу. Диктофон лежал в кармане его куртки — маленький, серебристый, подарок от министерства. «Записывайте всё, — сказал Эллиот перед отъездом. — Каждый звук, каждый вздох, каждый шорох. Мы должны задокументировать пустоту». Марк тогда кивнул, потому что кивать было проще, чем спорить. Но теперь, после трёх дней в резервации, сама идея записывать «пустоту» казалась ему оскорбительной. Это было всё равно что прийти в собор с микрофоном и записывать тишину, игнорируя витражи, своды, алтарь. Тишина здесь была не пустотой. Она была наполнена до краёв.

Он достал диктофон, повертел в руках и сунул в ящик стола. Тот стукнулся о дерево глухо, как будто обиделся. Всё. Хватит. Если они хотят записей — пусть присылают своего человека. Пусть сидит здесь, слушает тишину и сходит с ума от того, что не может её расшифровать. Марк больше не будет их ушами. Он будет своими собственными.

Утро началось с тумана. Он пришёл с севера, густой и белёсый, как разбавленное молоко, и накрыл резервацию до самого обеда. Часовые на вышках казались призраками, бараки плыли в дымке, звуки становились глухими и неверными — шаги звучали ближе, чем были, голоса (редкие, только охранников) доносились как из-под воды. Марк стоял на пороге своего барака и дышал этим туманом. Он пах прелой листвой, дымом из печных труб и чем-то ещё — едва уловимым, как запах мокрой шерсти. Где-то в этой белой мгле жили две тысячи семьсот сорок человек, которые не могли сказать «туман», но видели его, чувствовали его влагу на коже, слышали, как капли оседают на крышах. Они знали туман без слова «туман». И их знание было не беднее. Возможно, полнее.

Симмонс вышел из своего барака, кутаясь в форменную куртку. Вид у него был помятый, под глазами залегли тени.

— Опять не спали? — спросил Марк.

— Опять. Мне снилась какая-то чушь. Будто я разучился читать. Смотрю на текст, а буквы расползаются, как муравьи. Проснулся в холодном поту. — Он помолчал. — Знаете, что самое смешное? Я испугался во сне не того, что не могу читать. А того, что мне это безразлично. Как будто слова никогда и не были важны.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.