Максим Коваль – Я есть Ва Рор (страница 21)

— Сиди тут! Сиди на месте и не ходи за мной! — Попробовал сделать два шага по направлению к дереву, не отворачиваясь от медвежонка. Он сидел. Сделал ещё два шага, медвежонок было дёрнулся за мной. — Сиди! Там! Сиди!

Ага, вроде сидит. Нервничает, но сидит на месте. Делаю ещё один шаг по направлению к дереву. Всё, я сейчас практически под ветками, медвежонок всё же сидит.

— Молодец, так и сиди!

Выдохнув, разворачиваюсь к дереву.

— Да бля! Что я тебе сказал, сиди там! — Этот засранец снова сидит у меня на плече. — Вот что мне с тобой делать теперь?

Сделал шаг назад и снова ссадил медвежонка с плеча. Может, если он будет ближе ко мне, то не станет сходить с места? Не отворачиваясь от него, делаю шаг обратно, к дереву — миг и медвежонок снова у меня на плече. Что делать, буду пробовать так. Единственное что, взял питомца на руку, а другой прикрыл сверху — таким образом, когда начнётся пиявкопад, он будет максимально защищён.

— Ррааа!!! — Зарычал я, активируя провокацию.

— Руар! — Зарычал медвежонок за компанию.

— …. — Тишина была нам ответом.

Не сработало, попробовал ещё раз, заодно проверил, что навык активировался. Всё верно, но не срабатывает. Пиявки не реагируют на провокацию. Я их не вижу, но кора на дереве, неестественно бугристая — ещё в прошлый раз мне довелось оценить, как эта кора стекалась со всего дерева в мою сторону. Так что, не проведете, я знаю, что вы здесь.

Сделал шаг под ветку, после ещё один — для верности. И снова активировал навык — вновь ничего. Тогда делаю так: разворачиваюсь лицом от дерева и делаю шаг назад, ещё немного дальше заходя под его крону. Надеюсь, я не пожалею, но в любом случае, как только падает первая пиявка, сразу же стартую отсюда. Подождав с половину минуты, внимательно осматривая дерево на наличие движения, делаю следующий шаг. Таким вот способом, я углубился уже на пять шагов в глубь кроны, а движения ноль. Не знаю, как зрители, что сейчас наверняка следят за мной, но у меня нервы натянуты до предела — такое ощущение, что даже ветер замер и само время.

Оглядевшись ещё раз, замечаю, что, сделав следующий шаг, окажусь ровно посередине, между стволом дерева и краем его кроны. Вздохнув поглубже, делаю этот шаг. Есть! Пиявка падает мне на плечо. Сразу же начинаю двигаться на выход, а сверху посыпались пиявки — уже даже не пачками, а как вода при проливном дожде. Пытаюсь выбраться из-под дерева, но ноги еле переставляются, за логами уже даже не слежу, там сплошной ковёр сообщений об уроне от пиявок. Скорость упала почти до нуля, пиявки жалят так, что хочется упасть и начать кататься по земле, чтобы сбросить их с себя. Держусь из последних сил — упаду и медвежонку конец. Пиявки уже везде: уши, нос, глаза; зрение сбоит — сколько не иду, а края кроны не видать. Единственное, почему ещё в панику не ударился, это из-за того, что вижу, как медвежонок раз за разом убивает подобравшихся к нему пиявок, значит первое убийство точно есть.

Не выдерживаю и падаю. Медвежонок кубарем выкатился у меня из рук, после чего — погиб моментально, я за ним следом, буквально через несколько секунд.

— Даа!!! Получилось! — Это я, уже после возрождения.

Очнувшись, первым делом полез в журнал заданий.

Вы завершили задание!

Детёныш опалового медведя, теперь ваш питомец — оберегайте и развивайте его! И станет, питомец вам, верным другом и надёжной опорой на протяжении всего вашего пути.

По итогу выполнения задания, ваш питомец получил бонусный навык.

Так, а какой навык? В журнале заданий ничего не написано, попробовал залезть в меню питомца — обламался.

Невозможно открыть меню питомца, до его воскрешения.

Время до воскрешения питомца — 11:43

Чёрт, двенадцать часов ждать! Что за дела? А сколько я уже в игре?

— Сколько?! — Я в игре уже более десяти часов, несмотря на то, что хотел только шесть. Заигрался…

Тогда завтра всё, завтра — а сейчас на выход, срочно выход. Иначе как вчера, буду себя чувствовать. Не надо мне такого счастья.

Глава 10

В этот раз выбираться из капсулы было попроще. Всё-таки десять часов не тридцать, или сколько было тогда — не помню, но тогда точно больше суток играл. На улице была, ночь, потому бистро перекусив и умывшись, лёг спать.

На улице шёл дождь, когда я проснулся. Время было начало одиннадцатого. Я решил позвонить Егору — вчера пока засыпал, подумал про все, даже не знаю, как их назвать… Нестыковки в игре, или может отсутствие отображения некоторой информации…

— Ало, Егор, доброе утро!

— Доброе, Сергей! Что-то ты прям зачастил, последние дни.

— Да не, просто один вопрос вчера созрел, пока играл. Это по поводу самой игры.

— Весь во внимании.

— Тут такое дело, — пока добрался до сути вопроса, вся уверенность в необходимости разъяснения улетучилась, зато появилось сомнение в своём желании прояснить этот вопрос. — Я на протяжении игры, частенько пользовался защитной стойкой.

— Защитной стойкой? — Удивление Егора было неподдельным. — Я не помню такого навыка у тебя.

— Вам доступны мои навыки? — Пришла моя очередь удивляться.

— Конечно! У меня есть административный доступ, поэтому могу видеть всю твою статистику. — Егор говорил уверено, будто объяснял что-то само собой разумеющееся. — Не забывай, что я курирую всё связанное с проведением теста в России. Поэтому приходится и за твоим развитием следить, что у тебя, да как.

— Да, я понимаю, просто как-то не задумывался над этим. — Опять я себя виноватым чувствую. Это, не правильно, надо как-то избавляться от этого.

— Так про какую защитную стойку, ты говоришь?

— Ну, когда я начинаю драться с кем-нибудь, то встаю в боксёрскую стойку. — Чувствую себя идиотом. Вот ведь знаю, что постоянно пользуюсь этой стойкой. Но сейчас, когда озвучиваю это, кажется, будто пытаюсь убедить его в выдуманной мной истории. — Так вот, когда я встаю таким образом, то урон начинает быть меньше.

— Я понял, что-то ещё?

— Да, вчера. Когда добывал первое убийство медвежонку, и пиявки начали падать, много пиявок. — Нахрена я позвонил, не надо было. Подумаешь не отображается. — У меня зрение стало каким-то неправильным, я постоянно терял ориентацию в пространстве. Да и скорость сильно очень упала.

— Так, а вопрос-то в чём?

— Ну, как-бы, просто они нигде не отображались. В смысле моя стойка, даже в логах не отображается. — Пробуем включить наглость, или смелость. Хватит мямлить. — И вчера тоже, эти пиявки явно какой-то дебаф наложили, но он не отображался нигде.

— Знаешь Сергей, ты сейчас меня немного огорчил, но при этом и порадовал.

— ??? — Что блять?! Как мне на это реагировать?

— Я поясню. — И Егор начал своё объяснение. — Порадовал ты меня тем, что оказался таким внимательным, это раз; и то, что решил сначала позвонить и поинтересоваться, перед тем, как делать выводы, это два. А огорчаешь тем, что этот разговор, по хорошему, должен был у нас состояться в конце месяца. — Сегодня прям день открытий, у меня.

Как оказалось, геймдизайнеры не пришли к единому мнению, как прописывать систему. Идти по классике — прописывать все, абсолютно все бафы и дебафы, будь то стойка моя или эффект от полного обезмаживания у магических созданий, слабость на последнем проценте жизни. Или же наоборот, сделать мир более реалистичный — то есть оставить часть бафов-дебафов без текстовых пояснений, сделав их на уровне ощущений, или как в случае с моей стойкой — когда ты просто знаешь, что такое положение тела более устойчивое к урону или опрокидыванию. В итоге пришло такое решение: делят тестировщиков на примерно две равные группы — одна начинает играть с полностью прописанной системой; вторая, с частично прописанной. Только после месяца, это типа чистота эксперимента, кураторы объясняют всю эту тему — после мы заполняем таблицу, что пришлют в письме от поддержки, и наши группы меняются. После второго месяца, мы заполняем другую, сравнительную таблицу. На третий месяц сами выбираем, какая система нас устраивает больше, и с ней доигрываем последний месяц.

У второй волны тестировщиков, та же история, ну кроме третьего месяца. В смысле, только два месяца они играют. У третьей же волны, этого выбора не будет вовсе, они будут с полностью прописанной системой — так как им придётся постоянно, после каждого перерождения, подстраиваться и учить полностью изменившийся билд.

— Что мне теперь делать? — Я был в замешательстве от полученной информации. — Получается, я испортил вам тестирование?

— Не переживай, ничего ты не испортил. — Вот ведь, он снова переключился на доброжелательный тон. Как у него это получается? Щëлк, доброжелательный; щëлк, серьёзный или удивленный; щëлк, снова доброжелательный. — Мы предполагали, что такое может произойти, и кто-то из тестировщиков заинтересуется, почему так. А значит всё хорошо. Ты продолжай играть, и не переживай. Просто у тебя будут несколько иные таблицы для заполнения, специальные, если можно так выразиться.

— Правда?

— Правда! Всё хорошо!

— Тогда пойду играть. До свидания.

— До свидания, Сергей.

Завершив разговор, поехал завтракать. Заморачиваться с завтраком не стал — яичница, пожаренная с помидоркой, да сыр нарезал. Делал всё это, находясь в прострации, прокручивая в голове разговор с Егором.

— Правда?! Чёрт! Правда!!! — Вдруг такая злость взяла, на Егора, но больше на себя, конечно же. — Ещё бы поклясться попросил. Что за хрень со мной, веду себя как пацан какой-то. — Он всего-то на несколько лет старше, но каждый раз, ребёнком себя чувствую. Словно вернулся в то время, когда бабушка жива была. Она всегда меня таким тоном отчитывала, нет не ругала, а как-то журила; типа "Ай-яй-яй, новые совсем, брючки порвал, что же ты так неаккуратно?" И сразу так стыдно становилось, что аж краснел весь. Мне восемь было, когда её не стало, потому помню смутно, но вот тон её этот, доброжелательно-снисходительный, прям как у Егора, он в память врезался крепко.