Максим Кондратьев – Конькобежец (страница 2)

— Теперь мы в безопасности, — чуть тише сказал он. — Слушайтесь меня. Я всё объясню.

— Что теперь с нами будет?

— Тут есть большой запас еды и медикаментов. Рядом с убежищем есть карстовая пещера. Нам есть, где переждать радиацию.

Павел посмотрел на людей, их лица, на свой плотно упакованный рюкзак. Внутри лежали коньки, разобранный станок, бруски, комбинезон и спортивный дневник.

Глава 2. На старте

Прошёл один год жизни под землёй.

Павел вышел из защищённого сектора их подземной деревни. Он держал в руке блокнот с записями и мысленно прокручивал в голове разговор со старостой деревни:

— Паш, ищите выход. Любыми способами найдите тоннели. Нам нужно выбираться из этой…

Староста резко закашлял, будто подавился.

Павел наблюдал, как лицо пятидесятилетнего старосты наливалось краской, словно спелый помидор. Он помнил, как староста спас ему жизнь, тянув за рукав куртки и зовя в бункер. Теперь же сам астрофизик нуждался в помощи.

Наконец староста откашлялся, попил воды и продолжил:

— Год жизни под землёй дал понять, что мы в этой сырой норе долго не протянем. Бункер треснул. Влажность нас убивает. Продуктов всё меньше. Многих с нами уже нет.

— Да, Вячеслав Иванович, ищем. Сегодня у меня отсыпной. Следующая смена только послезавтра. Пройдусь сегодня по периметру. За год, конечно, мы тут уже всё осмотрели…

Староста зашуршал бумажкой и распечатал конфету.

— Будешь? — спросил он Павла и протянул конфету.

— Нет, спасибо.

Староста положил конфету в рот:

— Помогает от кашля. Ещё остались с ментолом в запасах.

Павел кивнул.

Староста продолжил.

— Ищите, Паша, ищите. Хоть мы и остались живы после падения метеорита, будь он проклят! — он сдержанно постучал кулаком по деревянной столешнице и посмотрел наверх. — Но не всю же жизнь нам тут выращивать овощи да питаться консервами. Надо найти выход далеко от метеорита и радиации. В этих карстовых пещерах должны быть тоннели. Пока живы — ищем выход.

— Пока живы — ищем выход, — повторил Павел.

Староста встал. Павел тоже.

— Ступай, Паша, отдохни, — тихо сказал Вячеслав Иванович и кинул бумажку в мусорку.

Неожиданно для себя у Павла выскочила правая рука и перехватила летящий в ведро скомканный в шарик фантик.

Староста приоткрыл рот и поднял брови:

— Ого! Ничего себе, какая у тебя реакция!

— Сам не понял, как я это сделал, — улыбнулся Павел и бросил фантик в мусорку.

Староста проводил своего заместителя и невольно подумал: «Займёшь моё место…».

Павел шагал по сырой земле жилого сектора карстовой пещеры.

— Паша! Паша! У нас телега окончательно сломалась, — обратился к нему один из жителей. — Можно уже возьму новую?

— Поставь эту на склад списания, — ответил ему Павел, — и возьми новую.

— Хорошо, Паша, спасибо!

— Как твоя жена?

— Плохо, Пашенька, очень плохо. Куда деться от этой сырости и радиации над нами… Будто и нет выхода.

— Найдём выход, найдём! Пока живы — найдём!

Павел дошёл до своего жилища — небольшой огороженной полости. Положил блокнот на стол, прошёл вдоль стены и лёг на кровать. Повернулся на правый бок и задремал.

«Время будто замерло. Павел смотрит вперёд, на стартовую прямую и пятьсот метров дистанции. Его тренер стоит на переходной прямой с блокнотом в руках и карандашом за ухом. (Павлу кажется, что он видит улыбку тренера). Лёд хрустит, а коньки слегка пощёлкивают от нетерпения.

— На старт, — звучит команда стартёра.

Сердце колотится, подготовив тело к нагрузке. Обратного пути нет — только вперёд, к победе, к рекордам. Павел с соперником стоят бок о бок. Правый конёк втыкается в лёд, левый устремляется вперёд. Павел выпрямился, вдохнул и быстро выдохнул.

— Внимание!

Соперники наклонились вперёд с почти вызывающей небрежностью, но в этом наклоне ощущается вся сила грядущего молниеносного рывка. Взгляды устремлены немного вниз и вперёд. Центры тяжести опущены низко, мышцы ног напряжены, как стальные пружины, готовые развернуться в мощном толчке.

Секунды растянулись…

Выстрел!

Павел сорвался с места. Его ноги заработали, как колесо спортивного автомобиля: мощно, ритмично, с неукротимой энергией. Руки точными взмахами разрезали воздух, удерживая баланс и давая энергию ногам, что создало ощущение неудержимого вихря, несущего Павла вперёд.

— Садись! Садись! — кричит ему тренер с другого конца конькобежного катка.

Слева расталкивается соперник — Павел краем глаза фиксирует его движение, но не отвлекается, сосредоточившись на ритме толчков. Стартовая прямая, казавшаяся только что бесконечной, была преодолена чуть ли не на одном дыхании. Шаг вправо, и Павел плавно ложится в поворот.

Особая красота конькобежца в повороте заключается в удивительном сочетании противоположностей: силы и лёгкости, строгости техники и художественной свободы. Тело конькобежца образует острый угол с поверхностью льда, почти касаясь её, но не падая. Конькобежец напоминает стрелу, застывшую надо льдом — вытянутую, стремительную, но при этом абсолютно гармоничную, парящую по заданной траектории. Сочетание точности и выразительности, силы и изящества, контроля и свободы превращают бег конькобежца в повороте в эстетический феномен.

Павел ритмично скользит скрёстными шагами, отталкиваясь наружу от поворота. Каждый взрывной толчок — это выпрямление ноги с точной постановкой конька, так щепетильно отработанной на тренировках. Павел видит выход из поворота и устремляется вперёд.

— Выбегай! Выбегай! — вновь разносится хриплый голос тренера, пробиваясь сквозь шум ветра в ушах и рваное дыхание Павла.

Он выходит из поворота и садится ниже — так уменьшается сопротивление воздуха.

— Расталкивай! — промчался мимо тренера, который, присев, сымитировал рукой ритмику спринтерских шагов.

Павел плавно переходит на малую дорожку, немного отработав за соперником.

Впереди малый поворот. Павел готовится: слегка замедляет частоту шагов, подстраиваясь ко входу. Шаг влево, вправо и снова ложится в поворот — теперь скорость выше, дуга короче, центробежная сила пытается вытолкнуть наружу. Он сопротивляется, глубже наклоняясь внутрь, чувствуя, как мышцы работают на пределе. Наточенные лезвия надёжно держат спринтера в самый сложный момент дистанции. На усилии воли выбегает малый поворот, ощущая жжение в икрах, в бёдрах. На выходе чуть заезжает на внешнюю дорожку и корректирует траекторию коротким, но точным толчком. Каждый мускул кричит от напряжения, но техника, несмотря на усталость, держится.

— Добегай! Досидеть, Паша! — голос тренера звучит как набат, подгоняя к финишу.

Павел учащает шаги, но не срывается на бег, а сохраняет скольжение.

Соперник позади.

Финиш!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.