Максим Киселев – Марафон лидерства. Путь к цели для тех, кто плывет против течения (страница 3)

Мы очень боимся неопределенности. Мы стараемся ее избегать. Не зря же нам в детстве бабушка говорила: «Лучше синица в руках, чем журавль в небе». Мы привыкли выбирать синицу. Журавли нас пугают.

И последняя буква в нашей аббревиатуре – Ambiguity (неоднозначный). Однозначность указывает, что одни и те же действия приводят к тем же самым результатам. Другими словами, рецепты работают. Если ваше детство прошло в СССР, вам будет несложно вспомнить, как ваши родители объясняли вам, в чем заключается рецепт успеха в советском обществе. Во-первых, надо хорошо учиться в школе. И это как раз тот случай, когда надо именно «быть», а не «казаться». Ведь дутые пятерки в аттестате сразу будут раскрыты. Далее, если вы хорошо учились, вам не составит труда поступить в институт или университет. После института вас ожидало распределение на работу. Если вы хорошо учились, то автоматически, по распределению, вы попадали на хорошее место. Но этого мало. Нужно было еще делать карьеру по партийной линии. Сначала октябренок, потом пионер, комсомолец и в итоге коммунист. Таким образом, если вы держите курс по этим двум координатам (учеба плюс партия), то к 40 годам вы почти гарантированно получаете весь набор советских ценностей: машина, квартира и дача. Конечно, на этом пути тоже бывали неожиданности, но это случалось крайне редко, и поэтому ими можно в целом пренебречь. Поэтому мы можем смело сказать – рецепты работали.

Теперь сравните с сегодняшним днем. Что отвечают нам наши дети, когда мы говорим им, что надо хорошо учиться в школе? Все верно – «Зачем? Я стану блогером, ютубером, тиктокером» и так далее. Мы, конечно, пытаемся что-то возразить, но обычно получается это не очень убедительно. Да мы и сами это чувствуем. Ведь в лицо нам тычут факты – Ольга Бузова, Моргенштерн и др. Аргументов не хватает, мы выходим из себя, повышаем голос… Что ж поделать, старые добрые рецепты перестали работать.

Когда я учился в экономическом институте, мы изучали теорию менеджмента. Ей 100 лет, вот ее представители, вот ее основатели. Вот законы, правила, принципы и так далее. Мы изучали ее и дальше брали в работу (работало или нет, это другой вопрос). А сегодня… как вы думаете, сколько сегодня существует теорий менеджмента? 3, 5, 10? 60! И какая из них правильная? Никто вам не скажет. Мир стал неоднозначным.

Помните, как у Льва Толстого: «Все счастливые семьи похожи друг на друга, каждая несчастливая семья несчастлива по-своему». Толстой написал это почти 150 лет назад. О чем это? О том, что рецепты счастья раньше работали. Было известно, что нужно делать, чтобы стать счастливым. И если семья была несчастлива, это было странно, удивительно, это выбивалось из общей колеи. Соседи говорили: «Странно, значит, у них есть какой-то секрет».

Сейчас наоборот. Быть несчастным стало нормой. И если мы вдруг встречаем счастливого человека, счастливую семью, мы говорим: «Странно, значит, у них есть какой-то секрет». Мир будто перевернулся с ног на голову.

Изменись или умри

Не всем этот мир пришелся по душе. Кто-то остался за бортом еще на пороге этого мира, в начале 1990-х. Когда я приезжаю в свой родной город (это бывает примерно раз в два месяца), я стараюсь обязательно сходить пару-тройку раз в свой любимый спортивный зал. Это типичный зал образца начала 1990-х годов. Обязательным атрибутом являются фотографии Арнольда Шварценеггера и других кумиров мальчишек 30-летней давности, музыка тех годов (Depeche Mode, Rammstain), максимум штанг и гантелей, минимум тренажеров и ноль беговых дорожек. Что примечательно – брать с собой мобильный телефон на тренировку в этот зал как-то не принято. Никто не запрещает, но это такое право обычая. Одним словом, зал для настоящих мужиков.

Я посещаю этот зал примерно с 1993 года. И каждый раз, когда я спускаюсь в подвал, я вижу тех же самых людей, только уже постаревших, слышу ту же самую музыку и те же самые разговоры, что в 1993 году. Я как бы переношусь на машине времени на 30 лет назад. Ничего не меняется: те же люди, та же музыка, те же разговоры. И что самое приятное (это абсолютно без сарказма) – тот же тренер.

А теперь, собственно, о нем самом. Его имя Роман Викторович, но все от мала до велика зовут его дядя Рома. И он не тренер в классическом смысле этого слова. Как бы его назвать поточнее? Это человек, который сидит у входа (на кресле 1993 года выпуска), переключает музыку и инициирует беседы. Как-то совсем недавно дядя Рома рассказал свою историю. Привожу ее так, как запомнил.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.