Максим Керн – Закон Мерфи (страница 14)

Внезапно в животе заурчало. После больницы, где меня накормили завтраком, поесть мне ещё не удалось, и организм настойчиво требовал пищи.

– Милорд Нолти, простите, я задержался, – раздался рядом запыхавшийся голос Оливера. – Так о чём вы хотели поговорить?

– Я хотел узнать, где взять расписание занятий, учебные пособия. А для начала узнать, где здесь можно перекусить.

Желудок в подтверждение моих слов вновь выдал жалобную руладу, и Оливер понимающе кивнул.

– Я знаю неплохое местечко неподалёку. Там все наши собираются. И кормят там неплохо. Только… – внезапно замялся Птичка.

– Что? Дорого?

– Да нет, не в этом дело. Наследники высших родов, входящих в Круг, там не появляются. Они ходят в заведения в Верхнем Городе. А у кого есть дом, или отдельный флигель в академии, тем готовят слуги.

Ну, как всегда. Кастовая система во всей её красе. Высшие аристократы никогда не снизойдут до тех, кого они считают ниже себя. А уж чтобы сидеть с ними за одним столом… Я вспомнил тот шикарный ресторан в Зарнагуле, где мне так и не удалось поесть, вся эта помпезность и высокомерные рожи посетителей, и меня передёрнуло.

– Оливер, – улыбнулся я. – Для тебя, наверное, это будет откровением, но мне плевать на все эти условности. И я что-то не помню, чтобы кто-то из наследников высших родов встал рядом со мной при том прорыве светляков. А ты встал. Так что показывай дорогу. Хороший кусок жареного мяса и кружка пива меня прельщают куда больше, чем изысканные яства для знати.

– Да оно как-то тогда само получилось, милорд, – смутился Оливер. Чёрт, нравится мне этот парень! Ни малейшей заносчивости и апломба, свойственной детишкам высших аристократов. Глядя на таких, как Оливер Птичка, остаётся надежда, что для людей в этом мире ещё не всё потеряно. – А мясо в таверне «У тётушки Туи» готовят неплохо! Конечно, не так, как у нас в горах, тут нужны особые травы для маринада. Как-нибудь я приготовлю, каждый мужчина в наших горах обязан уметь готовить мясо. Пойдёмте, там будут мои друзья, они будут рады с вами познакомиться.

Надо же, на Земле наши горцы считают так же. И уж шашлык умеют готовить, как никто. При мысли о сочном куске поджаренного мяса на тарелке, с зеленью, ткемали, тонким лавашом и бокалом холодного пива с белоснежной шапкой пены, мой рот мгновенно наполнился слюной, а ноги сами собой задвигались быстрее. Организм требовал еды, да побольше.

– Оливер, мы ведь, вроде, на «ты»?

– Простите, ми… То есть, Ксандр. Привычка. Я исправлюсь.

– Да, поздравляю с поступлением на факультет Земли. Ты ведь именно туда хотел?

– Да, спасибо, – расплылся в довольной улыбке Птичка. – А мне позвольте поздравить вас с высокой наградой. Ребята в таверне обалдеют, когда я приду туда с целым рыцарем! – выдал непосредственный Оливер, и я рассмеялся. Все мрачные мысли отошли на второй план. Человек не может постоянно думать о плохом, это может привести к психическим отклонениям. А проблемы… Проблемы будем решать по мере их поступления.

Мы двинулись по направлению к восточным воротам. Оливер уже ориентировался в академии, как рыба в воде, и в городе, похоже, тоже. Да и мои друзья, пока я валялся без сознания в больничке, судя по всему, тоже успели разведать местность. Элина, вон, даже ювелирные лавки приметить успела. Попадавшиеся навстречу студенты делали большие глаза и замолкали при виде сияющего ордена на моей груди. Я ловил на себе удивлённые, заинтересованные, восхищённые взгляды, резко контрастирующие с теми, что были совсем недавно. Люди во всех мирах одинаковы. Стоит подняться на несколько ступеней в социальной иерархии, как поведение людей по отношению к тебе резко меняется. И те, что плевали тебе в спину вчера, сегодня уже мило улыбаются и набиваются в друзья. Ох ты ж, чёрт… А вот эту проблему лучше решить прямо сейчас, не откладывая на потом. Перед одним из учебных корпусов я заметил того самого дылду-преподавателя, с которым так и не успел выяснить отношения на дуэли. Пора расставить все точки над «ё».

Молодой профессор в квадратной шапочке стоял на небольшой лужайке перед учебным корпусом в окружении молодых студентов, и что-то увлечённо им объяснял. Надо же. Редкость в наше время. Преподаватели сегодня на Земле редко снисходят до учеников, им бы положенные часы отчитать, а потом хоть трава не расти.

– Оливер, извини, я на минутку, – повернулся я к Птичке. – Нужно урегулировать одно дело.

– Да, конечно, Ксандр, – Оливер мгновенно понял, в чём дело, увидев долговязую фигуру в окружении студентов. – Профессор Лордис. На самом деле он неплохой человек, из наших, приграничников. Я понимаю, честь аристократа требует, но… – замялся Оливер.

– Не беспокойся. Я постараюсь уладить всё миром. Хватит с меня дуэлей, нет в них ничего хорошего.

Перед глазами возникло недавняя дуэль, где моя окровавленная рука держала вырванное из груди ещё бьющееся человеческое сердце. Перед глазами потемнело. Я всё время старался не думать о том, что произошло, отгоняя от себя воспоминания о том моменте. Я убил человека. Не на войне. На какой-то дурацкой дуэли. И самое страшное, что я особо не терзался по этому поводу. Неужели я становлюсь таким же, как они? Да, я сильно изменился с тех пор, как попал в этот мир, и понятно, почему. Если бы я не изменился, не стал жёстче, то просто не выжил бы. Ни на школьной арене, во время отсева учеников харгором, ни потом, на сдаче экзамена и битвы с ангелом. Этот мир крайне жесток. А человек здесь – сама жестокая и смертоносная тварь из всех. Поэтому выбор прост – или ты приспосабливаешься, или умираешь, третьего не дано. Поэтому хватит рефлексировать, что сделано, то сделано. Прошлого не вернёшь. Я боец и учёный, а не кисейная барышня! Пора уже понять, что здесь свои законы, и что если я хочу выжить и вернуться домой, то нужно стать ещё сильнее.

– Босс, с вами всё в порядке?

– Всё отлично, дружище. Всё просто замечательно! – я улыбнулся, хлопнул по плечу оборотня, и зашагал в сторону своего несостоявшегося противника.

– …второй принцип корреляции Гуттенберга в том и заключается, то стихия Воздуха неравномерна, и удержание энергии в меньшей степени зависит от количества силы, накопленной для заклинания, – донеслось до меня, когда я подходил к группе студентов, плотно обступивших преподавателя. – Тут требуется опыт. А вот стихия Земли наоборот, требует большого количества энергии, и подход здесь совсем другой. И это уже третий принцип магической корреляции Гуттенберга. Кто может мне его назвать?

– Кхм… Прошу прощения, милорд Лордис…

Меня, и моих телохранов заметили только сейчас. Студенты-первогодки, одетые в основном в красные накидки факультета Огня, расступились в стороны. Впрочем, среди собравшихся я заметил накидки и других факультетов. Видимо, он и в самом деле хороший учитель, умеет заинтересовать учеников.

– Что? У вас есть вопрос? – повернулся ко мне преподаватель. Улыбка с его лица исчезла, как по мановению волшебной палочки, став суровым, будто высеченным из камня. Его рука так и продолжала висеть на перевязи, видимо, повреждение в бою с тварями светляков было серьёзным.

– А, это вы, милорд Нолти, – холодно проговорил Лордис, глядя на меня сверху вниз. – Чем обязан?

– У нас с вами осталось незаконченное дело, милорд.

Вокруг нас мгновенно стало пусто. Студенты, почувствовав напряжение, расступились в стороны, и я увидел испуганные лица совсем молодых людей, некоторые из которых были моложе Оливера Птички. Совсем дети, лет четырнадцати – пятнадцати.

– Я слушаю вас, – так же холодно ответил Лордис.

– Милорд Лордис, я хотел бы принести вам свои извинения за случившееся. Разумеется, всё случилось по моей вине, и я её с себя не слагаю. Конечно, вы вправе требовать сатисфакции, и я готов её вам предоставить в любое время. Но, честно говоря, я предпочёл бы у вас учиться, а не драться с вами. Поэтому я предлагаю пойти на мировую. Если вы потребуете публичных извинений, я это сделаю.

– Ну… Я… – не сразу ответил Лордис, удивлённо на меня взирая. Орден на моей груди он, разумеется, заметил. – Я согласен принять ваши извинения, милорд Нолти. Но только при одном условии.

Что ещё? Я напрягся. Если он выдвинет какие-то неприемлемые условия, то мне придётся отказаться. И дуэль в таком случае всё же состоится.

– Каком именно?

– Мне, право, неловко вас об этом просить, но… – Лордис бросил быстрый взгляд по сторонам, и продолжил почти шёпотом. – Декан Вертано мне уже все уши прожужжал о том, что вы устроили на вступительном экзамене. Он просто в невероятном восторге, и жаждет увидеть вас на своём факультете. Не могли бы вы… Я понимаю, что сейчас не время и не место, но…

– Показать Печать Земли? – у меня отлегло от сердца. Похоже, этот молодой преподаватель такой же фанат науки, как и я. Вернее, фанат магии. Дети и конфеты, маги и новые заклинания.

– Да, если вы не против! – глаза преподавателя загорелись. Что ж, это можно.

– Я не против. Только где?

– Да прямо здесь! Ученикам тоже будет интересно взглянуть. Только ради Тёмных Богов, соизмерьте силу, не хватало только, если вы снесёте учебные классы.

Я хмыкнул, и вышел в центр лужайки. Она была ровной, без камней, и идеально подходила для демонстрации. Постараюсь пустить Волну помягче, чтобы не превратить лужайку в перерытый котлован, как обычно бывает. Кстати… Волну ведь можно пустить в одном направлении, как цунами, совсем необязательно, чтобы она расходилась концентрическими кругами, как от брошенного в воду камня. Хм… Почему я раньше об этом не подумал? Там всего-то нужно поменять кое-какие расчёты…