Максим Керн – Математик (СИ) (страница 35)

— Молчи, и слушай, — сказал я, закатывая рукав куртки. — Мне это не повредит, я очень быстро восстанавливаюсь. А ты могла бы и раньше сказать. Дура гордая. Пей давай. Насухо только не выпей.

Глаза Элины возмущенно вспыхнули, и она попыталась отодвинуться. Но сил у неё уже совершенно не осталось.

— Дайте кто-нибудь нож! — я протянул руку назад, и в ладонь тотчас скользнула рукоять небольшого обоюдоострого кинжала с черным лезвием. Недолго думая, надрезал предплечье с внутренней стороны и поднёс его к губам девчонки.

— Пей, я сказал! Должна будешь. Как выберемся отсюда, пивом меня угостишь.

Запах крови проник в ноздри Элины, и даже её железная воля не выдержала. Организм вампирши хотел жить, невзирая ни на что. Эли вцепилась в мою руку отросшими клыками. Я приготовился к боли, но её практически не было. От места укуса вверх по руку распространилось онемение. Наверное, вампиры этого мира схожи в чем-то с летучими мышами — кровососами, обитающими на Земле. В их слюне имеется какой-то фермент, что-то вроде анестезии, не позволяющей жертве проснуться, и разжижающий кровь, чтобы она не свернулась. Я почувствовал, что начинает кружиться голова, и сел рядом с Элиной, опершись спиной о стоявшую возле стены стойку с оружием.

— Ну всё, хватит. Хватит, я сказал! — наставник оторвал присосавшуюся к моей руке вампиршу. Руку я ощущал уже как совершенно инородный предмет, и не мог пошевелить даже пальцем. Что-то мне нехорошо… Девчонка одним движением оказалась на ногах. Глаза её горели неукротимым пламенем, а на щеках полыхал румянец. Мне показалось, или Локк с Гаром сделали шаг назад? Только наставник не сдвинулся с места, сузившимися глазами наблюдая за воспрянувшей вампиршей. Эли облизнула кончиком языка пухлые губы и улыбнулась.

— Ох, как же хорошо… Я такой крови в жизни не пила. Она какая-то странная… — проговорила Элина, одним движением выдернув из колоды топор, и проводя по лезвию пальцем.

— Положи на место, — негромко, но твёрдо сказал майор, сделав шаг вперёд. — И надень браслеты. Сейчас же.

— Ой, что вы такие скучные, мальчики! — девчонка потянулась, вытянув руки вверх, и откинула волосы назад. — Это же так здорово! Это свобода! Эй, Гарчик, а ты симпатичный, ты знаешь?

У меня отвалилась челюсть. Что это с ней? Она заигрывает с демоном, с которым совсем недавно дралась чуть ли не насмерть? Я её такой никогда не видел. Да она же в драбадан! Неужели от моей крови? Вот уж не думал, что у неё такие свойства.

— Элина. Положи. Топор, — четко разделяя слова, повторил наставник, отводя руку назад и немного сгибая опорную ногу. Он что, атаковать её собрался? Гар с Локком, переглянувшись, сделали ещё пару шагов назад. Они что, боятся её? Да ну, быть такого не может. Или я просто чего-то не знаю?

— Топор? — непонимающе посмотрела Элина на оружие в своей руке. — Да пожалуйста.

Девчонка взмахнула рукой, и тяжёлый топор молнией пролетел через весь гимнасиум, по самый обух вонзившись в стоявший у дальней стены манекен. Ничего себе…

Рука уже начала обретать чувствительность, и я смог потихоньку шевелиться. Организм начал восстанавливаться, и я опять почувствовал голод. Энергия энергией, но объём потраченной крови восстанавливать надо, по ощущениям, вампирша выцедила из меня не менее литра.

— Вот, хорошая девочка, — наставник подобрал с пола аргитовые браслеты.

— Теперь надень их, будь хорошей ученицей.

— Так вы будете меня учить? Правда?

— Правда. Надень браслеты, — майор сделал ещё одни маленький шажок к Элине, протянув ей отдающие зеленью металлические наручи. Примерно так с рук кормят дикого тигра. Я видел, что наставник готов в любой момент ударить, за время тренировок Рунса я научился это видеть. И ударить изо всех сил, без дураков.

— Ой, ну ладно… — Элина скорчила гримаску, и протянула вперёд руки. Запястья у неё были тонкие — тонкие, просто не верилось, что девчонка может обладать такой силой. Я посмотрел на другой конец зала, где в туловище манекена торчал топор, брошенный вампиршей, и решил, что верить обманчивой хрупкости не стоит. Браслеты защёлкнулись, и наставник, а так же Локк с Гаром, смирно стоящие возле стеночки, дружно выдохнули.

— Твою мать, я чуть в штаны не наделал, — Локк дрожащей рукой вытер вспотевший лоб, хотя в гимнасиуме жарко не было.

— В следующий раз, ученица, — чётко выделил последнее слова наставник, — предупреждай, когда почувствуешь голод. Ещё немного, и ты бы сорвалась. Или умерла, если бы Ксандр не поделился с тобой своей кровью. Ты меня поняла?

Эли непонимающе смотрела по сторонам. Румянец на её щеках исчез, и похоже, что она полностью пришла в себя.

— Я что-то натворила? — уже нормальным голосом спросила девчонка, смотря на меня, сидящего возле стены расширившимися глазами. — Никто не пострадал?

— На твоё счастье, нет, — проворчал майор, повернувшись ко мне. — Иначе пришлось бы тебя убить. Контролировать голод ты научилась, а вот пить ты не умеешь. Тебя что, не учили?

— Не успели, — огрызнулась Эли. — Весь мой клан сожгли. Только один человек. Огневик.

Вот, теперь узнаю привычно — стервозную Эли.

— А теперь человек спас тебе жизнь, добровольно отдав свою кровь. А перед этим спас на экзамене. И ты знаешь, что это означает, девочка. Чёрт, о чём он говорит? Что вообще здесь происходит?

— Я знаю закон, — вздёрнула подбородок вампирша. После чего подошла, и опустилась передо мной на одно колено. — Повелитель, отдаю силу свою, умения, тело и душу в твои руки. Во имя Тёмной Матери. Закон детей ночи свят. Жду твоих приказов, повелитель.

Глава 11. Новые проблемы

Я сидел на поваленном каменном блоке на пустыре, наблюдая за тем, как Локк носится по пустырю. Шкура у него и в самом деле красивая, не соврал торк. Я какое-то время посопротивлялся, но разве от этого кошака отвяжешься? Прилип, как банный лист к заднице. Пришлось и ему снять браслеты, на время, конечно. Оборотни тоже страдали, если долго не могли сменить ипостась. Не так, конечно, как было с Элиной, но всё же. И теперь, наблюдая, как торк носится между деревьев и катается по траве, как обычный дворовый кот, я впервые за долгое время ощутил тоску по Земле. До того было просто некогда особо раскисать, надо было просто выжить. Но теперь дамоклов меч неотвратимой смерти просвистел мимо, на волосок разминувшись с моей шеей, и у меня появилась надежда. Робкая надежда отсюда выбраться. С того момента, как я, не подумав, применил Малую Печать Земли, прошло три дня. Локк, Гар и Эли не удостоились великой чести столоваться вместе с наставником, им так же приходилось питаться в общей столовой, и вот оттуда они и приносили все свежие новости.

Школа стояла на ушах. В срочном порядке начали красить стены корпусов, наводить порядок, чуть ли не траву красить в зелёный цвет, как это бывало, помнится, на шестой части суши, перед прибытием большого начальства. Моих помощников тоже хотели припахать, но не вышло, теперь они, согласно распоряжению директора, подчинялись только мне, Рунсу, и самому Ланнису. Так что со дня на день ожидалось прибытие комиссии. Майор ходил темнее тучи. На мой вопрос, что случилось, рявкнул, чтобы я не лез не в своё дело. Пытаться с ним разговаривать, когда он в таком настроении, бесполезно, поэтому я и не пытался. Возможно, настроение наставника испортило то, что он не смог повторить то, что я тогда сделал на пустыре. Не знаю, почему. Все наставники Школы были магами, и Рунс был далеко не самым слабым. Его файербол проплавил насквозь три толстенных каменных блока, когда он бросил его, раздосадованный своей очередной неудачей. Ну не мог я объяснить майору, как и что нужно делать! Я мог написать ему земные формулы, но что толку? Новые возможности рунной магии майору не давались.

Нет, в Империи Тарун существовала своя академия, где обучались дети аристократов и их ближайших вассалов, и там была своя кафедра экспериментальной магии, Рунс мне об этом рассказывал, но толку от неё было немного.

Всё от того, что в этом мире сложилась довольно странная система. Магия практически не развивалась, как и технологии, разве что в каких-то мелочах. Как будто кто-то целенаправленно тормозил развитие прогресса. Взять хоть те же магические светильники. Их изобрели тысячу лет назад, и они таки и остались в том же неизменном виде, что и тогда. Управляющий контур светильника был крайне примитивен, даже на мой непросвещённый взгляд. Энергии он жрал море, и его приходилось часто подзаряжать. Для этого в Школе был специальный маг — старый, согбенный гоблин, раз в месяц подзаряжающий все светильники на территории учебного заведения. Я предложил было Рунсу подправить контур, но он удивлённо на меня воззрился, и спросил, зачем это нужно. Если это устраивало его предков, то и ему сгодится, работает же. Майор был явным приверженцем того, что лучшее — враг хорошего. И, как ни странно, не исправила положение даже война, хотя земная история ясно показывает, что прогресс идёт семимильными шагами, когда разумные, ну, или существа, считающие себя таковыми, изо всех сил пытаются друг друга убить. Возникают новые виды вооружений, и если кто-то, грубо говоря, делает лучший меч, то противник старается сделать лучший щит, и так бесконечно. Здесь же такого не было. И в войне со светлыми использовались все те же приёмы и заклятья, что существовали века назад, прорывных изобретений не было уже очень давно. И тут я со свое Печатью Земли. Рунс, конечно, мгновенно оценил перспективы нового заклинания, и на следующий же день попросил его повторить. Пришлось показать ещё раз, там же, на пустыре. Я внёс кое-какие поправки в расчеты, поэтому вал земли был не таким большим, как в прошлый раз, но Рунс был впечатлён. Он, как бывший кадровый военный, был бы рад поиграть с новым оружием, но увы, эта магия ему не давалась.