Максим Керн – Математик (СИ) (страница 20)

Рунс вытащил из кармана свой хронометр и откинул металлическую крышечку, взглянув на циферблат.

— Начинай, ученик, время пошло.

Дайте мне умереть… По ощущениям, я долбил колоду уже пару часов. Руки уже давно были как налиты свинцом, а совсем нетяжелый шестопер казался неподъемным чугунным ломом. Тело ломило, с меня градом лил пот, заливая глаза и пропитав одежду, а плечи и поясницу от непривычной нагрузки сводило судорогой. Но этот хренов шестилист, как его обозвал майор, упорно не желал втыкаться в колоду! Так, стоп. Не думаю, что крыс просто решил надо мной поиздеваться. Может, я что-то делаю не так? Я положил шестопер на колоду, на которой в результате моих запредельных усилий появилось только несколько неглубоких зарубок, и задумался. Надо действовать не так. Попробую разложить движения тела, как уравнение, на составляющие. А потом соединить. Надеюсь, от этого будет больше толку. Вытерев мокрое от пота лицо рукавом футболки, китель я давно уже снял и повесил на манекен, как на плечики, я воспроизвел по памяти стойку Рунса. Так. Сначала ноги. Перенос центра тяжести с одной ноги на другую. Кажется, я что-то начал понимать. Покачавшись с ноги на ногу, я понял, что делал не так все это время. Перенос нужно производить резко, и когда распрямляешь ногу, нужно довернуть бедра. Дальше. Рубить нужно не силой одних рук, а всем плечевым поясом, заканчивая движение, идущее от бедер. Земные тяжелоатлеты, поднимающие нереальные веса на помосте, не выжимают сотни килограммов над головой одними руками. Посмотрев как-то по телевизору соревнования по тяжелой атлетике, я поразился, какое сложнокоординационное движение они выполняют во время толчка, и особенно рывка. Здесь принцип похож, и во время тренировки они отрабатывают подводящие упражнения, только потом переходя собственно к двум основным упражнениям.

Ну что ж, кажется, принцип я понял. Я встал перед ненавистной колодой, поднял шестопер над головой и перенес центр тяжести на левую ногу, чуть согнув ее в колене, немного развернув бедра. Удар! И шестопер торчит в самом центре колоды, вонзившись лезвиями в железное дерево почти до половины. Я все-таки это сделал!

— Молодец, ученик! — раздался за моей спиной голос Рунса. Я вздрогнул и резко развернулся. Черт, откуда он взялся? Его ведь только что не было в зале! Майор стоял, прислонившись плечом к дверному косяку, и с усмешкой меня рассматривал. — Ты понял принцип. И довольно быстро: многие торчали здесь сутками, и до них так и не доходило. Но от них и толку потом никакого не было. Пока достаточно. Можешь сходить помыться, а то от тебя воняет, как от болотного жрахаса, и переодеться. Потом поднимайся ко мне. Директор Ланнис разрешил тебе в виде исключения питаться не в столовой. Будешь обедать со мной, Нолти, цени. Такой привилегии не добивался еще никто.

А вот это хорошо. Думаю, что наставники Школы питаются получше, чем ученики, а этот момент, учитывая недавние события, для меня жизненно важен. Да и со студентами буду пересекаться поменьше, тоже хорошо. Только… Как там Эли? Зацепила меня чем-то эта девчонка-вампирша. И орала на меня, и шипела, и убить грозилась. А все равно из головы не выходит.

— О чем задумался, боец? — вывел меня из раздумий голос Рунса.

— А… Разрешите спросить, наставник Рунс? — по-уставному обратился я к крысу.

— Давай, спрашивай.

— В чем был смысл этого? — указал я на торчавший в колоде шестопер.

— А если подумать? — приподнял одну бровь майор. — Ты же счетовод, сложи два и два.

Хм…

— Вы хотели показать мне, что с помощью определенной техники можно, не обладая большой силой, побеждать более сильных противников?

— Именно! Молодец, Нолти, котелок у тебя варит! — хлопнул меня по плечу майор, и я аж присел: лапа у наставника была железной. — Можно победить любого соперника, главное знать, куда и как ударить. И здесь не нужна магия, — указал майор на мои браслеты. — Ты ведь видел в гимнасиуме, что может сделать ангел без всякой магии? Другое дело… — Наставник выдернул шестопер из колоды, бережно отер лезвия и водрузил оружие обратно на вбитые в стену крюки. — Другое дело, что колода не может дать сдачи. И вот этому-то я тебя и буду учить. Принцип распределения и концентрации энергии ты понял, и все остальное теперь пойдет куда легче.

— Сними обувь и садись. — Наставник Рунс указал мне когтистым пальцем прямо на потемневший от времени деревянный пол, набранный из некрашеных досок.

Я выполнил распоряжение майора, внутренне недоумевая. Я думал, что крыс будет гонять меня по физической подготовке, но, видимо, ошибся. Тянуть с тренировками библиотекарь не стал. После плотного обеда из пяти блюд, которые я умял почти так же быстро, как и в лечебнице, майор вновь приказал мне отправляться в зал. Перед этим, правда, пришлось убрать посуду, стащив все в мойку на первом этаже. Рунс повесил на меня и эту обязанность, по сути, превратив в прислугу. Я не возражал. Главное, чтобы учил, это для меня куда важнее. Хорошо, что хоть готовить ничего не надо было. Провизию приносили в отдельных судках прямо из столовой, несколько раз в день, эту почетную обязанность выполнял кто-то из первашек, мне незнакомых. Учеников в Школе Везунчиков, невзирая на жесткий отбор, хватало.

— Скрести ноги. — Рунс сел напротив, так же на голый пол, вперив в меня немигающий взгляд, и по-восточному скрестил лапы перед собой. — Правую руку положи сюда. — Майор прижал ладонь чуть ниже пупка. Ну, примерно. Раздетого майора мне видеть не приходилось, но думаю, что пупок у него имеется, и существует он на том же месте, что и у людей. — В этой точке находится центр силы. Ты должен был почувствовать его, иначе не смог бы воткнуть шестилист в колоду. Он есть у всех и к магии не имеет никакого отношения.

Я положил ладонь туда, куда было приказано.

— Внутренняя сила способна на такое, что простые мышцы, сколь угодно сильные, сделать не в состоянии, — продолжил майор. — Все дело в концентрации, перераспределении силы и направлении ее в одну точку. Это — основа, все остальное тебе пока не нужно. Попробуй почувствовать этот центр. Вспомни, как у тебя получилось с шестилистом.

Я закрыл глаза, пытаясь вспомнить возникшее тогда ощущение. А ведь действительно. Тогда на краткий миг я смог уловить принцип, разобрав на составные детали движение, а потом вновь собрав его воедино. Я сосредоточился на точке в трех пальцах ниже пупка. Черт, а на ведь Земле я читал про что-то подобное. Если я ничего не путаю, эта точка называется Даньтянь. Адепты цигун и айкидо точно знают, что это такое, а для меня, как математика, это точка центрирования. А это может быть интересно. Никто еще не пытался сравнить свое тело с математической функцией. Ведь, по сути, рассчитать можно все, главное знать, как.

— Эй, ты там не уснул? — раздался сверху голос наставника, и я очнулся от своих раздумий. Опять меня унесло. Майор стоял надо мной, скрестив на груди руки, и по его подергивающемуся хвосту я понял, что наставник недоволен.

— Простите, наставник, я просто…

— Ты почувствовал центр? — прервал меня крыс, нахмурив брови.

— Кажется, да.

— Хорошо. Вставай.

Я с трудом поднялся на ноги, затекшие от непривычной позы, гадая, что последует дальше. И майор не разочаровал.

— Показываю на примере. — Рунс подошел к покрытым пылью грубым деревянным манекенам, сваленным в дальнем углу гимнасиума, и поднял пару более-менее целых, прислонив их к стене. У манекенов явно не хватало конечностей и голов, судя по надрубам, после ударов холодного оружия. Наверное, неудачные образцы, которые Рунс просто забросил, не став доводить до конца. И что-то мне смутно подсказывало, что и здесь наводить порядок придется именно мне. — Смотри внимательно.

Майор сжал ладонь в кулак, выставив вперед фалангу согнутого указательного пальца. Резкий доворот бедрами, удар… И в круглой болванке, изображавшей голову какой-то твари с тремя конечностями, появляется аккуратное отверстие. Вот это да…

— Точечная концентрация. Ты можешь направить энергию куда угодно, хоть в свой… кх-м… Ну, тебе о таких вещах знать рановато. Но девочки в борделях весьма ценят, хе-х! — усмехнулся крыс, весьма двусмысленно мне подмигнув. — Это одно применение, — вновь посерьезнел Рунс, подходя к другому манекену, на этот раз человекообразному. — Таким ударом можно пробить броню некоторых тварей. Понятно, что врукопашную тебе с ними сражаться не придется, это просто в качестве примера. Для схваток с тварями и ангелами есть оружие, и там применимы те же принципы. А магия в некоторых случаях, бывает, проигрывает. Например, в схватке в тесном пространстве. Но в Круге привыкли бить по площадям, вплотную с противником никто из них биться не станет, — поморщился майор.

— Но ты пока должен освоить основы, все остальное позже. Теперь другой пример. Смотри. Отойди на пару шагов. И береги глаза.

Я отошел немного назад, не отрывая взгляда от Рунса.

Майор протянул раскрытую ладонь к манекену, приблизившись к нему почти вплотную. Я замер, внимательно наблюдая за наставником. Такого ни в каких показательных выступлениях монахов Шаолиня не увидишь. Резкий выдох, ладонь наставника соприкасается с манекеном, и… Манекен разносит на мелкие щепки, как будто внутри него взорвалась граната!