Максим Камерер – Записки бывшего афериста, или Витязь в еврейской шкуре (страница 39)

— А что?

— А то, что эти два кретина вечно крокодилов привозят. Я не знаю что тут не так, но поодиночке, в компании с кем угодно это нормальные люди. Но вдвоем у них начинается парный психоз. И они скупают самый страшных уебищ в Москве.

— А зачем?

— Они и сами не знают. Это их рок. Судьба. Карма. Кисмет. Фатум. Называй как хочешь, Лева, но это закономерность еще сбоев не давала. И я тебе советую накатить побольше до их приезда, ибо предчувствия у меня-самые наипоганейшие. А ты знаешь, предчувствия меня редко обманывают.

О! Вот и они! Мужайся!

Открываем дверь. Заваливают 10 шалав и два героя. Пиздец. Гоблин-шоу.

Народ охерел настолько, что молчал минуты две. После чего не сговариваясь ломанулся за выпивкой.

Все накатили по стакану и мрачно закурили.

Вечер испорчен. По ходу дела все пьют как суки, молчат и матерятся. Стараются не смотреть по сторонам-ибо можно наткнуться взглядом на шалаву, а не каждая психика такое выдержит.

Обезьянистые блудницы же, обнаружив море халявного виски немедленно набубенились. Из опасения, что их вышвырнут за порог несолоно хлебавши. Осмелев, звероватые подруги полезли на гостей. Гости с испуганным визгом прятались по углам. Мрак. Почуяв слабину гарпии резвились вовсю: кого то в три луженых горла обложили хуями, Левушке надели на голову блюдо с салатом.

Ебануцца лапти гнуцца. Хорошо погуляли. Под девизом: «За свое сало я же и пидарас».

Я же бродил в тоске по дому. Мерзость запустения расселенной коммуналки гармонировала с рожами наших новых подруг. В голове вертелась мысль: «Если безобразие нельзя остановить, его надо возглавить» По ходу шляний по этой 10 комнатной юдоли скорби я последовательно обнаружил в серванте кучу тарелок, а в ванной залежи хозяйственного мыла. Запасов было-на войну.

В голове защелкал арифмометр… тарелки, бляди, мыло… Есть!

— Бойтесь бляди, башню клинит! -заорал я на распоясавшихся чудовищ. Те притихли.

— Выходи строиться-буднично скомандовал я отделению.

Те покорно выстроились возле стены. Народ затаив дыхание, с надеждой смотрел на эти манипуляции.

— Раздевайсь!

— А мы не!!! -взвилась самая откормленная из свиней, но после оплеухи покорно начала скидывать шмотки…

Даааа… ну и картина. Брейгель бы душу продал за таких натурщиц.

— Слушай мою команду! Взяли в лапы мыло-и намазывайте им паркет в гостиной. Вопросы?

— Мы путаны, а не уборщицы-несмело возразил какой то гоблин…

— А меня только это и возбуждает! Вид страшных баб, мажущих мылом пол! Ну что? Профессиональная честь соблюдена? Наши цели ясны, задачи определены, за работу товарищи!

Через час пол в огромной комнате (метров 6 на 8) был основательно замылен. И вот на нем то я и устроил первые соревнования по керлингу в стране. Вкратце.

Шалав поставили раком -каждую на четыре тарелки вдоль стартовой линии. Пиная их в зад надо было добиться максимальной дальности скольжения.

Я и не ожидал, что мерзость сия будет иметь столь оглушительный успех. Народ завелся не на шутку.

Более того: удивительным оказалась азартность блядей.

— Да как ты пинаешь! -слышались их вопли. Да кто так делает! Ты вон у очкастого поучись-Гляди: у него Нюрка почти до батареи доехала, а у тебя? Тьфу, блять, антилихент!

Дело действительно требовало определенной сноровки. Сильный пендаль скидывал шалаву на пол и попытка не зачитывалась. Необходимо было «с протягом» толкнуть в жопу разгибанием ноги-уверенно, равномерно, но при этом плавно. Время летело незаметно. Заработал тотализатор, что прибавило делу накалу. Для заинтересованности установили призовой фонд-самой дальнобойной блядине-и приз зрительских симпатий-за артистизм скольжения. В этой дисциплине победила «трехколесная» Лариса-она умудрялась кататься, одновременно прихлебывая виски из бутылки.

По ходу беготни туда-сюда дверь в квартиру всегда была нараспашку. Этим и воспользовались привлеченные весельем менты. Никто по запарке не увидел их прихода.

Потом оборачиваюсь-а среди галдящих зрителей двое в форме. А глаза у них… Трудно описать. Я вот таких глаз у стражей порядка ни до, ни после не видел.

«В тот вечер я не пил, не пел — Я на нее вовсю глядел, Как смотрят дети, как смотрят дети…»

— к месту вспомнился Высоцкий.

Невероятно, но факт-наглядевшись на эти «веселые старты», менты, никого ни о чем не спросив сомнамбулично, с какой-то механической грацией кадавров развернулись и молча проследовали на выход. Многие в угаре так и не заметили их появления и исчезновения. Потом не верили заметившим-думали, что разводят.

Расползались мы уже поутру. Каждый из ушедших счел долгом пожать мне руку и интимно поведать, что мол они всякое по жизни видели-но таких извращенцев, как я-впервые. Интересно. Как всю ночь в угаре орать и пинать блядей-это, значит они-нормальные. А я, что им вечер спас-извращенец.

Вот и делай добро людям…

Ваша служба и опасна и трудна

И еще как видна на первый взгляд. Иногда на весь город слышна.

Непроста все же жизнь гиббонов в нашем городе. Городок у нас чистенький, маленький, миленький, радующий старинной архитектурой и непривычныи беломордием населения. Поначалу и не поймешь, что не так-а потом ухо не ловит знакомого"Слющщщай, бират!», никто не клянется мамой, и не пляшет лезгинку.

Из нетитульных-только творческие узбеки (в спецовках и бегом),ну и я своей мордой порчу картину.

Дело в том, что отцы города у нас не любят это дело. Их изнеженный взор царапают небритые рожи, а утонченный слух страдает от акцента. Бывает. Дело вкуса.

Просто папы у нас такие… Суровые. Из 90х. Я их по тренажерному залу знаю-лица впечатляют.

Как сказал Боря, поглядев на их иконостас: «Хорошие люди. На танке переедут-хуй обернутся»

И за свои эстетические предпочтения они голосуют вовсе не робкими интеллигентными просьбами.

А тупо жгут лавки мигрантов. И дома-если намеков не понимают.

Один, особо упрямый, аж три раза горел. Сейчас одни головешки. А как пели, как плясали, эх.

С ментами у нас тоже особо не церемонятся.

В 90 у нас посреди городка торчал пост Гаи, в народе «гнездом пидорасов» именуемый.

Погоняло сие имело под собой основание-ибо все смены поста отличались каким-то запредельным человеконенавистничеством. Причем главным побудительным мотивом являлось именно желание насрать, а не нажиться. Могли легко «потерять» твои документы (техосмотр чаще всего) а потом увезти на штрафстоянку, могли подкинуть что угодно-в общем веселые ребята. Один, помню измурыжил мою матушку-5 часов держал на посту под предлогом «сомнения в подлинности водительского удостоверения» Пришлось мне из Москвы ехать выручать-да и то дело разрешилось только начальством.

Вот «сомневается"он и все.

Причем ярость благородная в них вскипала как волна круглосуточно и ежедневно.

Я в беседе с одним из птенцов сего гнезда предположил, что в прошлой реинкарнации они все были свиньями-и сейчас мстят человечеству за поросячьи обиды. Часа три разборок мне эта шуточка стоила.

Домстились.

Одной, не побоюсь этого слова, прекрасной ночью в пост прилетел горячий привет из огнемета «Шмель»

Менты широко раскинули мозгами-метров на 50 вокруг. Хорошо, что мы не в Израиле-замучились бы собирать и сортировать где-чье. А так-что веником подмели, то и закопали под салют.

Менты в разговорах все качали бошками-мол перебор…

А я в ответ:

— Не ну ты сам посуди, КАК надо достать человека, что бы после того как его отпустили, он поехал домой, выкопал шайтан-трубу и прислал гостинец обидчикам. А? Шмель-то не бесплатен весьма. Косарей 5 бакинских чел точно не пожалел на касатиков. Для милого дружка-и сережку из ушка.

А ведь он тому кренделю зачем-то нужен был. А не пожалел-поделился. Широкой души человек.

Пост так и не восстановили. До сих пор.

Стрелка тоже не нашли.

Второй эпизод, что ярко характеризует характер наших диких землепашцев произошел лет 7 назад.

В соседнем селе спокон веку радует поселян сельпо. Я, старый пердун, помню еще времена, когда 3х литровые банки с гигантскими огурцами соседствовали на полке с калошами 70го размера.

Годы и годы стояли эти огурцы и калоши — ждали своего великана-любителя маринованных огурцов.

Так и не дождались.

Где-то мимо он прошел на своих огромных промокших ножищах, мечтая о калошах с огурцами.