реклама
Бургер менюБургер меню

Максим Камерер – Записки бывшего афериста, или Витязь в еврейской шкуре (страница 33)

18

На седьмой год обучения завод заворошился-где, мол, наш молодой специалист? Страсть как скучаем мы по нему. Производство не справляется без его фундаментальных знаний.

В институте он тоже всех порядком подзаебал, потому ему в темпе вальса слепили диплом и выпнули на завод. Получите взад вашего степного сизого орла, суки. Он вам, блять, ща наработает.

По приезду Женечку назначили сходу мастером цеха-у них там дифицит дипломированных кадров был. Опрометчивое решение.

Рабочие встретили нового начальника хмуро. Тоже мне приперся-хуй с горы, ждали тебя прям. До него в цеху заправлял любимый всеми бездипломный Михалыч-а тут этот на нашу голову. Пролетариат решил споить интеллигенцию. Идиоты-нашли кого.

В первый же день угрюмые рабочие окружили начальника и начали его молча с прищуром разглядывать. Смотрины затянулись. Наконец, свергнутый Михалыч вопросил:

— Студэнт?

— Студент-покивал повинной головой Евпахов.

— И небось и водки-то выпить не сможешь, а студэнт? -с презрением сплюнул бывалый Михалыч.

Евпахов, кого 7 лет гоняли за водку, а тут -гнобят за трезвость аж задохнулся.

— Йа? Водкуу??? Не смогу????!!!

— Вечером назначение твое обмоем, студэнт-резюмировал Михалыч и хитро подмигнул.

По примеру старшего рабочие весь день предвкушали и подмигивали друг другу.

Доморгались, суки.

Напор класс бьет-вечером Евпахов не посрамил альма-матер и перепил весь цех. Под конец ему и исподтишка подливали, и пили с ним в разнобой-ничего не помогло. Цех в едином порыве заночевал на рабочих местах. Седомудого Михалыча Евпахов победно доволок до его дома. Тот был в полной невменяйке.

Разгром почитай всухую.

Рабочий класс не смирился с поражением и запросил реваншу. Евпахов поднял перчатку с пола. Результат-тот же. Цех в дрова, Евгений тащит поверженного предшественника к жене на расправу.

Бои приняли затяжной характер. Рабочая гордость не позволяла пролетариату признать поражение, а здоровье не давало одержать победу. О плане и работе все забыли-какая нахуй работа, когда тут такие дела творятся? Не сразу, но в заводоуправлении заволновались.

Что то давно нет вестей из третьего цеха. И продукции его что то не видать. Как там молодой специалист-справляется ли?

Еще как справляется- в цеху обнаружилась куча синих тел на полу и весьма бодрый начальник. Который пояснил-что застал такую картину по приходу и уже две недели ее наблюдает. У вас так принято, да?

Начальство долго копалось в телах и нарыло Михалыча-его поставили ж надзирать за молодым начальником и вводить его в курс дела.

Михалыча долго трясли, матерно ругали, потом поволокли в кабинет директору. Где гегемон с застенчивым журчанием обоссался.

Михалыча помыли, уложили на диван, с утра подняли и похмелили. Потом допросили.

С трудом, но к нему вернулся дар речи и Михалыч смог более-менее внятно донести до директора причину развала производства.

— Гони его нахуй, Петр Степаныч, этого алкаша-а не то мы всем цехом в ЛТП уедем!

Ты меня знаешь-я меру знаю, но этот кашалот водку как воду хлещет! Какой там! Мы с тобой вдвоем столько воды не выпьем!

— Не гони, Михалыч! Этот студент?

— Студент???? -Михалыч закашлялся и долго синел лицом-это, блядь, не студент! Это, сука, я даже не знаю, что такое! Я, блять, пить еще до войны начал, но такого за всю жизнь не видел! Гони его в пизду, Петр Степаныч, Христом-Богом тебя молю!!!!

— Ну раз ты просишь…

Заинтригованный Петр Степаныч все же вызвал Евпахова поговорить по душам. По результатам разговора директор уехал под капельницу-и как пришел в себя подписал приказ об увольнении Евлахова «по собственному желанию»

Вторым приказом он отменил практику «распределения» Ну его Дуньке в кику этот институт с его специалистами.

Дипломированных алкашей нам тут не хватало. Со своими бы управиться.

ОБ ИСКУССТВЕ ТОРГА

Честно сказать, мне совершенно чуждо сии корыстные танцы аборигенов. Не нравится мне исходить слюной, клясться в своей несостоятельности, призывать в свидетели всех обитателей Верхнего и Нижнего миров с целью отжать лишнюю копейку.

Не то что бы мне претило из-за комплекса бедного человека-показать свою несостоятельность. Вовсе нет. Честного, робкого, опрятного бедняка во мне давно задушила внутренняя шалава. И вот ей-то торговаться влом, так как ее почасовая оплата дороже чем любой профит от базарного крохоборства.

Нет, я могу, конечно, утоптать негоцианта в цене, оглашая окрестности горестными воплями, что своим корыстолюбием он вырывает последний кусок хлеба изо рта моих

То, что сам я не постиг мастерства выцыганивания профита -не мешает мне восхищаться чужим умением. Классический случай произошел в Эмиратах. Знакомый народ поехал туда оттянуться и прибарахлиться. Чисто за компанию был взят Евпахов-исключительно в роли собутыльника. Писал как то о нем

И тут, на глазах у всей изумленной компании в алкаше раскрылся гений. Это как маленький Моцарт к клавесину подошел. Нашел свое призвание.

Дело было так-народ вяло торговался с торговцем золотом. Араб не двигался в цене ни в какую. При этом реагировал вяло, отвечал пренебрежительно, цедил слова сквозь зубы, и всячески показывал свое наплевательское отношение к северным варварам. Общался, как говорят в таких случаях-«выковыривая утку по-пекински из зубов». Евпахов, мучимый похмельем, болтался неподалеку, с нетерпением ожидая окончания торгов и последующего опохмела. Но араб начал задирать цену, народ возмутился и тут Коля пробился в первые ряды. Поглядел на золототорговца, как на золотаря и справился о цене. Араб с важностью ответил.

— Супер-минимум!!!! неожиданно заорал Коленька. Араб испуганно отшатнулся, после чего горячо забормотал что то на своем наречии. Евпахов уважительно выслушал тираду, попробовал изделия на зуб, одобрительно покивал и вновь завизжал на невыносимо высокой ноте-

«СУПЕР МИНИМУМ!!!»

Араб онемел. Потом ринулся в лавку, выволок оттуда кило 5 цепей, затряс ими в воздухе и заголосил. Евпахов оценил выступление восхищенной репликой

«Супер минимум давай!»

Народ, охваченный благоговением, отвалил в сторонку, что бы не мешать таланту.

По их словам Николай за пять минут довел араба до захлебывающейся истерики. Весь их диалог состоял из животных завываний, хрипа, визга, стонов и воя, прерываемых время от времени жизнерадостными Евпаховскими» СУПЕР МИНИМУМ!!!»

Для усиления эффекта от сказанного Коля временами после произнесения сакральной фразы целовал кончики своих пальцев и плотоядно улыбался партнеру. Надо сказать, что Николай ни разу не повторился. Каждая его фраза (суперминимум!!!) носила свой яркий интонационный окрас. Там было все: мягкий укор, светлая печаль, робкая надежда, осуждение корыстолюбия, неприятие стяжательства, непреклонность и несокрушимая воля. А так же уверенность в победе. И некий лиризм в придачу, что окончательно добивало матерого золототорговца. С таким классом исполнения (да будут слова ваши-«супер и минимум» -а то что свыше-то от лукавого) ему встречаться не доводилось. Вряд ли он даже слышал о подобном.

В ответном визге слышалось отчаяние и обреченность свиньи на бойне.

Вопли привлекли внимание местного полицая (его можно понять-араб голосил так, будто его кастрировали ржавым ятаганом), постоял-послушал, после чего восхищенно повторил Колин жест и заржал. Утирая слезы, он ушел от места сделки, бормоча про сыновей шайтана, что переплюнули в искусстве торга детей пустыни.

— Супер-минимум!

Араб бился в истерике. Слюни разлетались по сторонам, создавая эффект радуги. Он воздевал руки к небесам, падал на колени, рвал на себе джалабию, потом бросил злато в пыль и зарыдал. Проклиная Иблисово отродье, собрал разбросанное и заорал цену-тоном отречения от всего дорогого, что было, есть и будет в его жизни.

— Супер-минимум!!!!

Араб завыл еще пуще. Потом ломанулся в лавку, что то разбив там в горячке, выволок калькулятор, трясущимися пальцами настучал там цену и сунул в лицо мучителю жестом тореодора.

— Суперминимум!!!!

Араб заорал болотной выпью, швырнул калькулятор на землю и растоптал его с яростию. После чего проклял тот день, когда решил стать торгашом, вбежал в лавку и заперся изнутри. Точнее-попытался запереться. Мыкола подставил ботинок. Араб бессильно рвал дверь на себя, по лицу его струились слезы.

— Суперминимум!!!! -жарко шептал Евлахов в щель двери.

Народ, полисмен и окружающие торгаши катались по земле от хохота. Туристы и покупатели торопились покинуть место будущего кровопролития, боязливо озираясь по сторонам.

Наконец, араб схватил бумагу, ручку и, порвав в двух местах ценник-написал цифру. После чего глухо завыл, раздирая себе ногтями лицо..

Тонко осознав, что клиент доведен до края, что торга больше не будет, а дальше начнется резня -Николя кликнул товарищей. Те прочитали написанное и окабурели.

Почти даром. Даже не почти. Просто-даром.

Скупили всю лавку. Разоренный торговец избитым щенком поскуливал в углу, прикидывая кого из детей первым продать в рабство, что бы прокормить остальных чад и домочадцев.

Евпахов не купил ничего. Его в принципе не интересовал результат, просто вид истерящего араба отвлекал от мечты о холодном пиве.

С тех пор я и не пытаюсь торговаться. После такого класса исполнения -глупо тужиться.