Максим Калинин – Волчья стая (страница 43)

Выдвинулся он со своей дружиной к Азовскому морю, но в Таврику не пошёл, а на ладьях по Дону и берегом отправился вверх по реке в сторону Саркела. Мы с Вячко объединив воинства ушли к Волге и стали по ней спускаться прямо к Итилю, откуда нас никто ждать и не собирался. Столицу Каганата хазарского взяли, не успев толком развернуться из марша в боевой порядок. Спецназ «Волчьей стаи», отправленный в упреждение, уже орудовал тихо и стремительно во дворце Хакана. Пушкари первым залпом разнесли ворота крепости и две превратные башни, вторым залпом картечным смели лучников со стен, а третьим залпом разметали подковообразную баррикаду, выстроенную хазарами за воротами. Две батареи в пять сотен орудий - это разрушительно, да ещё с нашей точностью. Когда мы с Вячко добрались к стенам крепости на уцелевшем дворце гридни уже пристраивали знамя государства Россов. Тратить время попусту не стали, оставив одну сотню для вдумчивой упаковки имущества и приведения к покорности остатков жителей Итиля, я двинул маршем на Семиндер, а Вячко выходить в тыл коннице хазар и к крепости Саркел на помощь Сновиду. Каганат развернул своё воинство от реки и готовился встречать армию Вячко, а он в свою очередь разворачивал на поле боя дружину в боевые порядки, напротив ворогов. Закрылся большими щитами от умелых хазарских лучников и стал выстраивать батареи пушкарей позади и 50 тысячную стрелецкую дружину.

Да ружей наготовили за зиму добро. Старалось аж два завода в стольном граде Волков и Риге, на учениях порохов да пуль жгли не жалеючи.

Кричали и свистели хазарские всадники, раззадоривая друг дружку на атаку конной лавой, троекратно больше их чем Россов в поле вышло.

Застучали барабаны походные, легли щиты большие первого ряда, а где и расступились по команде горна Вячкеного. Сначала волчьи вой над полем разнёсся, а потом бабахнуло знатно и слитно, понеслось море стальной смерти выкашивая конницу степняков. Хазары, кто жив остался после первого залпа упорствовать не стали и бросились в степь, должно быть вытряхивать из штанов остатки смелости. Саркел взяли на пару со Сновидом, раздолбав артиллерией стену, чтобы и не думали, что могут на что-то надеяться.

Стали обозы составлять с имуществом, для отправки в столицу и люд собирать ремесленный, по заявкам старших артельных. По отдельному плану Сновид отбирал отроков для дружин милицейских Деяна, была мыслишка, что не вместно будет с чужестранцами сговариваться и станут бывшие хазары по всей строгости укладов спрашивать. В общем решили посмотреть. Во всяком случае тут закон говорить станут только волковские да киевские, на первых парах.

Устроился наместник киевский Вячко покудова во дворце хакана и приказал к нему привести всех, кто от семьи Кендер жив остался. Приволокли троих, старика почти немощного и двух сынов его, крепких и статных мужей на вид. Пока они лбами пол старались продавить. Вячко сказывал

- Моя жена просила, когда я в каганат уходил воевать, встретишь в Саркеле кого из семьи Кендер, подари им жизнь. Зовут мою любимую Мериде.

Мужчины, не разгибаясь вроде заохали, а старик заплакал.

- Вот вам грамота, вас и имущество ваше никто не тронет в государстве Россов, а теперь идите и на глаза мои не попадайтесь. Моя бы воля казнил вас немедля за горести, что вы моей Мериде доставили, а вот она простила…

Через седмицу выступили Вячко и Сновид союзно на Таврику.

А я не дошёл в Семиндер.

Продвигаясь вдоль берега Каспия уже рассматривал встречающиеся чёрные водоёмчики, нефть близко. Конечно двигатель внутреннего сгорания — это слишком далеко от меня, но как топливо, изготовления различных масел, да и много ещё чего для Сбыньки полезного.

Тут на побережье с воинством Семиндера и встретились, они в свою столицу Итиль вышли на подмогу, а я к ним в гости спешил. Мы оба оказались не готовы. Командовать у меня своими не получилось, слишком далеко в сторону отошёл, исследуя возможности открытого способа добычи нефти. Сотники сами развернули гридь в боевой порядок и стали палить из ружей по Хазарам, быстро перезаряжаясь и стреляли снова и снова не целясь. А чего целиться то, впереди орда, куда не пальни убьёшь или поранишь. Да и ружья с патронами вышли у Сбыни через чур, что коня и пешца за ним пробивают, ежели в 100 саженях стоит. Вороги опешили от грома и криков раненых. Беспомощны оказались хазарцы перед огнестрельным оружием. Первый гридень заряжал ружье, а товарищ его палил, образуя непрерывный бой противника. Дружинники продвигались вперёд шагом, спокойно стреляя. Дрогнули и побежали нукеры хакана, гридни стреляли уже выцеливая, успевая притом выть волками, барабанщики духоподъёмно отбивали ритм, а я верхом на коне наблюдал стороной, как будто на представление масштабное приглашён.

В Семиндер не пошёл там, и сотник теперь управиться. Спешил к Сновиду с завоеванием Таврики подсобить. Надо было успеть занять полуостров и Деяну с обустройством нового града, по отлаженной в Риге технологии. Весточка пришла от него,

- Нашёл место хорошее на Днепре, до моря рядом. Есть простор под град большой и устройство артелей ремесленных да с верфями корабельными, как оборонить от супостата прикинул.

Когда я зашёл со своей дружиной в Таврику, Сновид обосновался в Керчи и встречал меня с расстроенным выражением лица.

- Как велено государь, занимаю крепости под руку твою, невольников освобождаю, законы государства Россов и порядки устанавливаю.

- А чего не весел?

- Так слух впереди нас идёт, про ружья и пушки с громом страшенным. Повоевать не выходит. У меня же спецназ «Волчьей стаи» им бой нужен, а не - это «проходите гости дорогие, ждали вас, берите что хотите». С сарказмом продекламировал воевода.

Прибежал Тимошка запыхавшись

- Там посольство византийское из самого Константинополя пожаловало, принять просит, с грамотой от самого Василевса, к тебе государь.

Мне не очень понравилась такая настойчивость, вроде дали понять, что Херсонет их не трогаем, во всяком случае пока.

Велел звать

- Чего откладывать сейчас и решиться.

Пока шли успел подумать, что за Вячко надо послать. Скорее всего в Херсонете воинство своё высадит Царьград, тут на Таврике и сойдёмся в битве, а ещё стоит боезапасы поправить успеть, растраченные на Каганат. Хорошо бы они не начали сразу по нескольким местам, у Василевса сил много, может ещё привлечь кого и напасть на столицу мою или Ригу, а у меня тут на юге основные силы, аж три дружины и Деян с экспедицией.

- Может на упреждение, самому в Царьград выступить?

Глава 40 Византийцы

Посольские прибыли, расточая благовония со всем возможным византийским шиком, желали успехов и поздравляли меня с победами. Покудова сам не попросил к делу перейти.

- Просит тебя наш Василевс, о великий государь Россов помощи, напали и пограбили град его Венецианцы, прибывшие с крестоносцами. С юга Османы грозят, воинство собирают.

Не ожидал, что сам создатель моих бед, о помощи просить станет. Но мне не до его проблем.

- Передайте большому другу моему Василевсу, что истощил я государство своё войнами и токма словом добрым могу помочь ему и Перуну-молниерукому за него жертву принесу великую, чтоб помог от бед и напастей избавиться.

Когда ушло посольство византийское, обратился к Сновиду

- Немедля забирай Херсонет, весь полуостров будет наш.

Мой внутренний голос разума Дражко, подсказку готовил, что не крепко держится трон Царьграда и мои настоящие проблемы — это Османы и Папа римский. У меня есть немного время крепить государство Россов.

Оставив Сновида на Таврику, с двумя сотнями спешно отправился в дельту Днепра надо помочь Деяну ускориться в строительстве и организации. Впервые увидел, как мои ремесленные наловчились град с изнова строить. Огромная равнина, взглядом сразу охватить невозможно, токма в трубу подзорную смотреть, покрытая рубцами канав и копошащихся словно муравьи людьми. Дымы костров повсюду. На пристань подходят, разгружаются и тут же отходят ладьи с камнем, лесом. Среди –этого хаоса с деловитым видом и чертежом доверенного участка, выделяясь одинаковыми кафтанами, расхаживают и покрикивают на люд работный, мастеровые. Старшие с разных участков временами сходятся между собой, тыкают в чертежи, а потом снова к работным, кому копать, куда таскать, а у кого время пищу снедать, в столовую к котлу общему отправляют. Даже тракты начали строить в сторону Киева и Таврики. Везде свои старшины и над ними старшие, всяк в своей амуниции, что издали понятно становится какого он сословия и от какого ремесла. Всё делается из камня сразу, деревянные токма башни охранные сложили по границам всего селища, да избу Деяну, она же и терем совещательный. Остальные покудова в шалашах да землянках. Старшие артельные, уже через месяц стены поднять каменные, в этаж высотой обещают, а на следующее лето фрегат зачать строить – докладывал Деян.

Гонял в голове с тех самых пор, как наказ дал на - эту экспедицию, имя для нового града не мог выбрать. А тут осенило словно.

- Нарекаю Светлаградом, в честь дочки Златой подаренной.

Пошли обходить мой будущий град, смотрели и дивились, как много людей разного роду и племени трудиться на стройке и ведь понимают друг друга. Слышны были слова языка славянского, плохо понятно, но общим был наш язык и - это радовало. На нас, поглядывали с интересом, кафтанами не выделялись, токма почище остальных, а вот десяток дюжих гридней с ружьями и взглядом колючим напрягал любого.