Максим Калинин – Волчья стая (страница 34)

А вторую группу на встречу орде выслал

- Приметить, как первая тысяча ордынцев появиться, знать в сутках пути за ней, сам хан Булуш со всем воинством, будем тогда прикидывать, как им точно в тыл, или фланг выйти.

Не порадовало великого князя Владимира моё посольство вестями, рассчитывал он, что под руку его встану дружиной своей.

В результате получилось разведчиками вызнать.

Будут половцы малым отрядом в тысячу у Переславля, через седмицу, а дружины киевская с черниговской встали в поле у реки Трубеж, думают оттеснить орду к воде, чтоб не дать их коннице разгуляться.

****

Передовой отряд нукеров Булуша дерзко ударил в центр воинства Владимира, закидали стрелами дружинников с семидесяти сажен, их луки лучше, и они просто перебивали киевских да черниговских прицельной стрельбой на большем расстоянии, не получая в ответ никакого урона. Первоначальный план оттеснить ордынцев к реке и вступить с ними в близкую рубку не складывался. Перед войском Владимира и Святослава всего тысяча всадников половецких, безнаказанно издевается. Пока терпение Владимира не дало трещину и отдал он приказ

- Разбить наглых нукеров хана.

Дружина стремительно хлынула лавой на ворога, намереваясь порубить немедля, нукеры принялись, не спеша отходить постреливая, расстояние сокращалось. Вот-вот и можно будет достать бегущего супостата.

Рать волковская вышла почти в тыл воинства Булуша, его пехота собирала стену из огромных щитов с копейщиками, почти от края и до края поля будущего сражения, за ними располагались лучники готовые выпустить одновременно в воздух тысячи стрел. С левого края конные нукеры числом, как всё воинство киевское и черниговское, всё - это дожидалось повеления хана, чтобы сорваться немедля в сражение.

Из-за холма показалась тысяча всадников нукеров, обогнув передний край щитоносцев встала по правую руку, довольного удавшейся хитростью Булуша. На равнину выскочили преследователи, все тридцать тысяч конных дружинников с Владимиром и Святославом во главе. Хан махнул рукой и в небо взметнулось туча стрел, с нарастающим свистом понеслась им на встречу закрывая солнце, разя беззащитную конницу славян. Князь киевский поздно осознал, что произошло, остановить и повернуть вспять ведомую дружину он уже был не в силах, поэтому принял единственно верное решение, повёл воинство на сближение и резко забирая в право, обрушился на левый фланг Булуша. Сильно поредевшая от стрел конная гридь сшиблась в рубке, с конными нукерами. Теперь уже половцы в три раза превосходили числом славян, орда стремительно поглотила и перемалывала противника. Лучники хана прекратили стрелять.

На поле вышли пешие дружинники киевские, отставшие от погони и тут же стали строить стену щитов. Ордынцы вновь принялись безнаказанно осыпать стрелами пешцев.

Над полем битвы раздался барабанный бой – это дружина Волков выходила в левый фланг воинства Булуша. Мне удалось заранее выбрать место выхода рати на поле битвы, с небольшой возвышенностью. Вот на этот холм и выкатили сразу двадцать пушек, что было на момент выхода в поход, то и взяли.

- Картечью заряжай, огонь!

Применив обобщённые моим внутренним архивариусом Дражкой сведения, я скакнул сразу по нескольким эволюциям оружия. Коваль научился делать прочные стальные трубы и приваривать на них затворы. У меня получилась зарядка орудия с козны, очень удобно для будущих кораблей и стрельбы из крепости, не надо постоянно полностью откатывать для обслуживания. Налаженное производство бумаги, позволило создать гильзу цилиндр с нужным количеством пороха и такую же гильзу со стальной картечью. Пушкари открывали затвор, банили, запихивали упакованный заряд и орудие готово к бою.

Первый же залп произвёл больше ошеломляющий эффект на орду.

Булуш услышал барабанную дробь, на возвышенности показались многочисленные знамёна, затем выкатились блестящие диковины, а потом прогремел страшный гром и окутал дымами весь правый край поля. Большая часть от тысячи всадников нукеров, ещё недавно дразнивших киевско-черниговское войско и стоявших на правом фланге, была сметена неведомой силой, над полем битвы раздались крики раненых и громкий волчий вой с барабанной дробью.

Лично прицеливал одну из пушек по шатру Булуша, попал несомненно, потому что шатёр сорвало и разметало. Вместе с кортечным залпом, по навесной траектории в ордынцев полетели «Сбынькины бомбочки», сея ужас и панику среди ордынцев. Вторым залпом проредили лучников и пешая орда, лишённая своего солнцеликоего хана, побежала. Конница половцев с левого фланга, поступила смелее, почти закончив рубку и разметав остатки славянских всадников, ринулась на нас прямо через свою пехоту, подминая копытами замешкавшихся.

- Картечью заряжай, подпустить ближе, огонь!

Половина ханских всадников попадала, кто сам от картечи, а кого и раненый конь скинул.

Конная «Волчья стая» огибая слева, свою, выстроившуюся стену щитов, вышла перед пушкарями и арбалетчиками, врезалась стальным клином во фланг остатков конницы ордынцев. Пешие дружинники киевлян и черниговцев ударили в тыл нукерам, разя и скидывая их с сёдел копьями.

- Жаль не успели пары залпов сделать и драться не пришлось бы тогда. Картечи мало наделали.

Добили мы и разметали остатки воинства Булуша, забрали казну ханскую. Уже к утру следующего дня удалось определиться с результатами. Пали в рубке оба князя Владимир и Святослав с воеводой черниговским. От 50 тысячной дружины едва 10 тысяч набиралось живыми, из старших остался лишь воевода Ратибор, спасший вовремя пешцев, осаживая гридней переорал шум ристалища и построил вовремя в стену щитов, да пара сотников раненных. В дружине княжества Волков почти сотня убитыми, из конницы «Волчьей стаи», только они в рубку вступить успели и ещё столько же ранены.

Теперь ежели не взять ослабевший Киев под свою руку, туда кто угодно прийти может, хоть те же Византийцы или Хазары, и опять идти спасать народ славянский, а мне ведь и дальше, в Таврию, пути торговые проложить надобно.

Я очень хотел домой в Волков, разобраться с записями и рисунками Проши, более вдумчиво, а то с этими сборами дружины на войну и недосуг было. Политика прежде всего, надо правильно всё сделать и договориться, чтобы потом не пришлось завоёвывать, тратя жизни своих людей и ресурсы.

На горе киевской собрал вече боярское и объявил новый уклад. Будет так теперь, земли все от Киева до Новгорода, станут называть государством Руссов, а меня величайте государем Андреем Любомировичем Волковым, все кто в землях моим словом говорить или править станет, будет человеком только мной назначенным. Мои слова были убедительны, а ещё убедительней тысяча гридней волковских оставляемых для порядка. Купечество давно желало мои законы, в делах торговых и налог один божеский, смердам было всё равно на кого спину гнуть. Одни бояре поартачились, но не долго. С Черниговым всё было в точности так, может проще чуть. Взамен своей гридни, забирал с собой местные остатки дружинные на обучение и чтоб в смуте возможной не потворствовали. После битвы с Булушем от дружины черниговской и брать некого было. Тепереча Константинополь точно захочет к горлу моему ближе подобраться, уж больно огромное и набирающее силу государство под боком его образуется.

Глава 33 Рига

Деян, как только получил под свою руку пять десятков конными, собрал обоз смердов тысячный и двинул к Сновиду оповестить, что правит тот теперь городом Рига, ещё вёз при себе в карете, аки боярыню, матушку Проши ремесленника. Хельгу привез её с посольством киевским и вестями о грядущей битве.

По укатанному тракту, новая экспедиция Деяна, двигалась с небывалой скоростью. После Смоленска и Полоцка, дружина выросла до 1000 клинков, сам обоз стал в две тысячи смердов ремесленных и тремя ладьями прирос гружёными инструментом с оружием. Как и велено было, через день пути вставали на стоянку и всем миром обустраивали место селища новой общины, что должна тракт строить. Поля жгли под посев и распахивали, лес свозили для строительства срубов и сторожевой башни, чтоб за дорогой и рекой досмотр был, печи для обжига складывали. В каждую, отряжал Деян, старшего гридня десятником с дружинниками, смердов и скот для прожития. Обязательно трактир ставился с лошадьми подменными, чтобы важного гостя обиходить и не задерживать коль торопиться. Отдельно пришлось общину селить под волок ладей через порог речной. Продвигались после Полоцка не спешно, почти пробивая путь для большой экспедиции сквозь тропинки лесные, малохоженые.

Причалили к мосткам общины Неждана сразу три ладьи, заняв её всю разом, затем потянулся обоз длинный, сильно растянувшийся по пути. Неспешно гарцуя на скакуне и в кафтане дорогом, появился в центре неприветливого селища сотник Деян. По его приказу приволокли побитыми, голову селища с двумя мужичками подпевалами, что посмеивались ещё три седмицы назад над ними, людьми княжьими.

- Что Смерд, дождался обоз со скотом и бабами? Ты позволил себе, на добро ответить дерзостью, обещания твои лживые, за то словом князя отправляешься в полон с двумя своими дружками, скот твой в уплату вергельда идет новому главе общины.

Как не молили охальники, не приклонен был Деян, пусть другие смерды видят слово княжье твёрдо, а человек его неприкасаем.