Максим Иванов – Орк Норд. Возрождение легенды (страница 1)

Максим Иванов

Орк Норд. Возрождение легенды

Максим Борисович Иванов

Орк Норд

Возрождение легенды

(Очерк о родословной и судьбе Нордика Оркнейчика)

2026

Глава 1. Мира творение

В самом сердце Оркнейских островов¹, где Северное море разбивается о суровые скалы, а древние камни шепчут секреты ветру, зародилась уникальная родословная. Это рассказ о северных Оркнейских островах, нордическом оркнейском орке и его необыкновенном путешествии сквозь века.

Давным-давно, до того, как всё началось, был только Логос (Дао или Мемра)². Космический Логос – основа и суть того мира – сохранял гармоничный и целостный законопорядок, внутри которого корпускулы и волны, вещи и субстанции перетекали друг в друга, согласно ритмам взаимопереходов, при этом сам Логос не изменял себе и сохранял стабильность и гармонию. Но он был не одинок в тогдашнем мире, его окружали множества междометий, которые так важничали, так преувеличивали собственную значимость, так надувались и пыжились, что неминуемо в конце концов лопнули, произведя Большой взрыв³. И возникли стихии в расширяющейся и разлетающейся во все стороны Вселенной, и пришли они в движение и конкуренцию составлять друг другу стали, сталкиваясь и производя хаос и сплошное беззаконие.

Тут, как говорится:

«…Покатились яйца в воду,

В волны вод они упали,

На куски разбились в море

И обломками распались…»⁴

Вновь пришлось вмешаться Логосу и переформатировать, и перенастроить тонкую материю эфирно-огненной души космоса, включить в настройки пространственно-временную гармонию прошлого-настоящего-будущего и придать всему совокупность формо-образо-создающих потенций. И получилось, что среди стихий бушующих сути воды, огня, земли и воздуха, но смешанных и враждебно раздираемых внутренними противоречиями, стал Логос творить новый порядок вещей. И сотворил Он небо и землю, свет отделил от тьмы, произвёл твердь посреди воды, и стала отделять она воду от воды. В общем, создал вполне устойчивую систему разделения полномочий и зон ответственности стихий. Логос установил строгие, но справедливые законы межстихийного взаимодействия и дал им волю к творению.

И пошли стихии эти на Земле творить созданья, хоть бездушные, но всё же не лишённые, что правда, красоты и обаяния.

Так, вода в порыве страсти:

«…Начала творить творенья,

Создавать созданья стала

На хребте прозрачном моря,

На равнинах вод открытых.

Только руку простирала –

Мыс за мысом воздвигался…»⁴

Помогал, конечно, ветер – плод стихии он воздушной. И огонь, конечно, вторил. Лишь земная твердь покорно подчинялась их причудам. Так, вода с поддержкой ветра:

«…Где земли касалась боком –

Ровный берег появлялся…», а

«…куда главой склонялась –

Бухты малые возникли.

Отплыла от суши дальше,

На волнах остановилась –

Созидала скалы в море

И подводные утёсы…», ну и дальше

продолжала там, где

«…созданы утёсы,

Скалы в море основались,

Уж столбы ветров воздвиглись,

Создались земные страны,

Камни ярко запестрели,

Встали в трещинах утёсы…»⁴

Начинались плит движенья и воды размывы суши, вулканические взрывы, лавы томное теченье, всё вокруг преображалось в геологии процессов, окружавший мир наполнив мириадами ландшафтов. На поверхность выходили нам представлены породы прочих всех эонов⁵ время, начиналось всё с архея⁶. И повсюду мощь стихии, под себя организуя, растерзали ткань пространства, ну и времени, конечно. Здесь огонь, вода и ветер твердь земную разверзали. И летело быстро время, на эпохи разделяясь, часть периодов открылось: Докембрийский был период, мрак Архейского эона, дальше шли-чередовались их научные названья, приведём примеры тут их: Протерозойский период, Палеозойская эра, Кембрийский период, Ордовикский период, Силурийский период, Девонский период, Каменноугольный период, Пермский был период тоже, Мезозойская эра, Триасовый период, Юрский период, Меловой период, Кайнозойская эра, Палеогеновый период, Период неогена, Эпохи миоцена и плиоцена, Четвертичный период, Эпоха плейстоцена. Тут эпоха Голоцена начала соревнованье, и в него включилась тоже Орогенная эпоха. Множились, чередовались, кто кого переиграет, изменяя лик планеты. Череда оледенений и вмешательство стихии повлияло, безусловно, на живого видов образ и на всё разнообразье жизни нашей на планете. И вот стали появляться полулюди, полузвери…

Так возникли человекообразные и людямподобные существа – гоминиды всяческие, разумные, в меру разумные, не очень разумные и совсем неразумные, от которых человеки пошли. Селились, мигрировали, плодились и размножались.

Глава 2. Происхождение видов путём влияния стихий

Появлялись виды, расы и народов населенье. Но чудесное влиянье не ослабло ни на йоту. Их тела и, точно, души подвергались измененьям, на которые влияла та стихия, чьё значенье в данном месте преимущественно было. Так метаморфические твари возникали повсеместно. Где вода, земля и воздух – там возникли эльфов стаи, леший к ним в придачу тоже. Где огонь, земля и воздух – гномов жизни зародились. Водяные и русалки, да кикимор всяких куча – то воды творенье только, чуть землистое влиянье. Домовыми часто орки от безделья становились.

Рассказать должны мы также про героя появленье.

Орки жили в небольших однокомнатных пещерах, встроенных в склон холма или вырубленных в скале, с каменной мебелью внутри, камином, водной и даже канализационной системами.

Однажды, когда небеса над скалистыми берегами в туманных землях Оркнейских островов осветились заполыхавшей с невиданной силой и красотой Авророй, в одной из таких пещер появился на свет молодой орк по имени Нордик Оркнейский. Он родился с кожей цвета бурного моря, глазами, похожими на осколки ледникового льда, и волосами тёмными, как ночное небо над островами. Знамением свыше считали родители рождение шестипалого орка, и старейшины предрекли ему великое будущее… С юных лет он чувствовал притяжение прошлого, шёпот его предков-пиктов разносился по ветру. Нордик каким-то образом знал, что он другой, что он несёт в себе наследие. Молодой орк происходил из древнего рода гордых предков, связанных с увлекательной историей островов. Его семья вела свои корни от пиктов, древних стражей, которые хранили секретный рецепт Верескового мёда⁷. Легенда гласит, что, когда пикты пали в битве, их тела и души были брошены в море, превращены стихийной яростью воды и ветра в свирепых орков Оркнейских островов – могущественных существ, тесно связанных с землёй и морем.

Будучи молодым орком, Нордик был сильнее и быстрее своих сверстников. Он мог плавать по коварным течениям, окружавшим острова, с лёгкостью взбираться на самые высокие скалы и чувствовать переменчивую погоду задолго до её прихода. Нордик был ловким и умелым, но не только физическое мастерство отличало его. Он обладал острым умом и жаждой знаний. И эти черты проходили через всю его семью. Оркнейчик поглощал истории, поведанные старейшинами, рассказы о битвах и героях, о магии и тайнах.

В детстве, отрочестве и юности Нордик часто слушал сказания своей бабушки, мудрой женщины с серебристыми волосами и яркими, мерцающими глазами. Она сидела у камина в пещере и рассказывала удивительные истории об их предках, которые когда-то служили королю Артуру и его рыцарям, сражаясь за честь и славу. Мать Нордика Оркнейчика была быстрым воином. Отец – мудрым вождём. Малыш гордился своим происхождением и мечтал продолжить наследие семьи.

Говорила бабка также, что, когда рождались орки, на земле творился хаос, и в тяжёлый век железный на Оркнейские острова оказывали влияние Римская империя и кельтская Дал Риада⁸, а в середине первого тысячелетия новой эры острова входили в состав пиктского королевства. Вот тогда напали скотты из Шотландии, конечно, (прибывшие из Ирландии в V веке н. э. и постепенно завоевавшие пиктов), перебили славных пиктов, их рецептов не добившись. Скотты острова забрали и к Шотландии примкнули. Тогда и родились орки из стихий воды и ветра, силой камня напитались. В легендах упоминалось, что нордические орки служили королю Лоту I Оркнейскому, участнику Круглого стола рыцарей и личному другу короля бриттов Артура⁹, женатому на его сестре Анне. Впоследствии сын короля Лота I и его наследник сэр Гавейн признал сюзереном¹⁰ своего дядю, короля Артура Пендрагона, и присоединил острова к королевству бриттов, а орки последовали за ним.

Нордик внимательно слушал, его сердце билось от гордости. Он мечтал о подвигах и рыцарстве, но зов приключений также тянул его, смешиваясь с историями об охоте за сокровищами.

Когда Нордик Оркнейчик бродил по некоторым из самых замечательных в мире неолитических руин и стоячих каменных кругов, которые старше Стоунхенджа¹¹ и со сказочным прибрежным окружением, свирепые ветры, которые дуют над отдалёнными Оркнейскими островами, несли ему шёпот древних обитателей этих мест. Трудно передать чувство благоговения, которое Нордику внушали эти замечательные камни.

Мир менялся, скандинавские боги оказались сильнее, и викинги пришли на Оркнейские острова. Они – свирепые воины, искусные моряки, жаждущие богатства. Скандинавы принесли на эти острова как возможности, так и опасности.

Проходили дни, наполненные радостью жизни молодого орка и историями мудрых. Однажды ночью, когда Нордик бродил по изрезанной береговой линии, следуя изгибам литорали, наслаждаясь прохладой и любуясь яркими созвездиями, он заметил на горизонте корабль. Море было спокойным, но горизонт таил в себе неведомые испытания. Это был драккар викингов – Русов, паруса которых развевались в лунном свете. Корабль подошёл ближе, и орк почувствовал смесь страха и любопытства.