Максим Гордеев – Герой моего романа (страница 27)

– Никита Фёдорович? – спросил он почему-то с удивлением.

– Да. А что, вы кому-то другому звонили?

– Нет – нет, я звонил именно вам. – Созон откинулся на кресле и, подняв руку, расслабил галстук на шее. – Просто не ожидал, что вы ответите так скоро.

– Я ждал вашего звонка. – солгал я. На данный момент для меня был более важен разговор с совсем другим человеком.

– Отлично. Как у вас вообще дела? – Созон поставил локти на стол и сложил пальцы ладоней в замок.

– Хорошо. Спасибо, что спросили. – я отвернулся.

– Вопрос с вашим чинушей с администрации ещё не решили?

Нормальный поворот! И с чего это вдруг ему стало так это интересно? Я понимал, что он обо мне знает гораздо больше, чем хотелось бы мне самому, однако, обсуждать с ним свои проблемы я был не намерен.

– Яков Витальевич, я думаю, что вы деловой человек. Мы с вами имеем одно общее дело, вот и давайте говорить о нём. А со своими проблемами я разберусь сам.

Созон наклонил голову и добродушно рассмеялся.

– Конечно, Никита Фёдорович. Ваши проблемы – это ваши проблемы, я понимаю, и лезть в них не собираюсь. Но я очень надеюсь, что это не помешает вам сделать свою работу. Поэтому и спросил.

– Можете быть спокойны. Мне это абсолютно не помешает.

– Вы уверены? – Созон вопросительно повернул вбок голову.

– Конечно. – я утвердительно покачал головой. – Не сомневайтесь в этом.

Созон какое-то время ещё посмотрел на меня, затем отвёл взгляд и взял в руки небольшую папку.

– Ну, хорошо. Я ознакомился с вашим фрагментом. Обычно, это занимает у меня немного больше времени, но в этот раз я решил ускорить дело. – Он поднял папку и показал её мне. – Вы знаете, что это такое?

Папка не была подписана. Простая жёлтая пластиковая обложка с несколькими листами А4 внутри.

– Видимо, это мой фрагмент.

– Нет. – Созон положил папку обратно на стол. – Во-первых, это не ваш фрагмент, а НАШ (он особенно выделил это слово) сценарий. И знаете, что я хочу вам сказать?

Я не знал. Но жизнь меня научила в первую очередь готовиться к худшему. Продюсер продолжил.

– Мы на правильном пути, твою мать! – Созон радостно хлопнул ладонью по столу. – Да, это именно то, что мне нужно, Никита. Честно говоря, я в тебе немного сомневался. Но ты всё же показал себя и развеял все мои сомнения!

– Очень рад слышать! – меня немного смутил тот факт, что продюсер внезапно начал называть меня на «ты». Видимо, так он дал понять, что именно сейчас настал новый этап нашего с ним сотрудничества.

– У нас всё получиться. Теперь я в этом уверен!

– То есть, ничего менять мы не будем? Вас всё устраивает и действия будет идти именно так, как я и описал? – спросил я на всякий случай.

– В общем плане – да. Мне нравиться твоя идея. Но кое-что, всё же, подправить тебе придётся. Совсем немного, не переживай, на основной сюжет это не повлияет. Я приготовил список изменений, скоро ты его получишь.

– Здорово. Неплохо было бы ещё и аванс заодно получить!

Я прищурился, глядя на Созона. Тот улыбнулся и снова откинулся на спинку стула.

– Твой аванс уже в пути. Только наличные, я правильно понял?

Я покивал головой.

– К тебе заедет Костя. Ты с ним уже знаком, он вёз вас с Алексеем в Москву, в тот день, когда мы подписали контракт. Он тебе позвонит, как приедет в Акуманск.

– Очень хорошо. И какой же размер моей первой, так сказать, зарплаты?

Я ожидал от продюсера очередной закидон, типа «ты будешь доволен» или «я не обижу», однако, тот решил назвать мне вполне конкретную сумму.

– Двести тысяч рублей.

Я присвистнул и покачал головой.

– И это всё? Я ожидал немного большего. – сказал я не без сарказма.

– Сумма твоих авансов будет расти последовательно по мере сдачи мне готового материала. Посмотри свой экземпляр контракта. Там в пункте 16, кажется, всё указано, сколько ты будешь получать за последующие отрывки сценария. В момент сдачи последнего фрагмента твой общий гонорар составит два миллиона. Ещё два ты получишь уже после последних изменений и утверждения сценария. Это обычная практика в кинематографе. Ты должен был об этом знать.

Я понимающе покивал головой. Хотя, конечно, стоит признать тот факт, что о существовании такого способа оплаты я слышал впервые. Не приходилось мне пока с этим сталкиваться, хоть я и очень часто вокруг всего этого крутился.

– Да, конечно. Когда мне ждать Костю?

– Ближе к вечеру. Он только что выехал.

– Вы что-то хотите сказать ещё по поводу сценария? Я, если признаться честно, сейчас немного занят. – сказал я. На самом деле, мне хотелось поскорее закончить этот разговор. Меня всегда утомляло общение с подобными «шишками». Даже, работая в редакции, я старался на всевозможные интервью и пресс-конференции с большими начальниками и знаменитостями отправить кого-то из своих подчинённых, а не самому слушать эти красивые, но зачастую бестолковые потоки дерьма, которые они называют мыслями.

– Понимаю. Не терпится поскорее сесть за сценарий! – Созон добродушно улыбнулся.

– Конечно! – я тоже улыбнулся в ответ.

– В таком случае, вопросов у меня больше нет. Все правки тебе передаст Костя.

– Отлично. Тогда, до свидания.

– Всего доброго, Никита. И, кстати. – Продюсер замер в экране дисплея. – Если вам что-то понадобиться лично от меня – звоните на этот номер. Удачи вам.

Созон сбросил звонок. Я ещё раз проверил телефон на предмет пропущенных звонков, но снова был разочарован. Никаких действий девушка, судя по всему, предпринимать не планировала. Я решил подождать ещё немного, но особой надежды на звонок Марии у меня уже не было.

Я лёг на диван и решил проанализировать только что состоявшийся разговор с продюсером. За всё время нашего диалога Созон ни одним словом даже не намекнул на содержание сценария. Если бы он действительно всерьёз занялся этим проектом, у него в любом случае должны были быть вопросы, которые он захотел бы задать мне лично. Мы в начале пути, будущее героев сценария ещё очень размыто – и тут не просто нужно об этом разговаривать, это нужно обсуждать и об этом спорить, ведь только так можно получить именно то, что действительно хотелось бы получить. Но ничего этого не случилось. Видимо, Алексей был абсолютно прав насчёт Созона – финансовая сторона вопроса интересовала его гораздо больше, чем эстетическая составляющая. Я с самых первых фраз разговора уже догадался, что продюсер едва ли зашёл в прочтении дальше заголовка, оставив это дело своим преданным редакторам. Но, однако, этот факт меня практически никак не задел – я расценивал этот сценарий лишь как временную работу, за которую можно получить хорошие деньги, и не более того. Пусть этим сценарием занимается хоть целый отдел, пока мне платят – я буду писать.

16. Признание

К трём часам дня моё терпение лопнуло окончательно. Я до последнего надеялся, что Маша решиться мне позвонить, однако, этого до сих пор так и не произошло. Может, она ждала вечера, чтобы сделать звонок, только я ждать уже не мог – стали сдавать нервы. Для меня это было уже слишком, и мне пришлось опять действовать решительно. Первым делом я позвонил Литвиненко и спросил разрешения попользоваться машиной ещё пару дней. Тот, немного подумав, согласился, сказав, что я могу оставить её себе даже на неделю, за что я был ему чрезмерно благодарен. Тачка была не совсем в моём вкусе, однако, это было всяко лучше, чем вообще ничего.

Спустя пятнадцать минут я был возле Истока. Припарковав машину почти возле самого входа, я на какое-то время задержался на водительском сидении, решив проработать мой дальнейший план действий. Он был такой: раз уж я являлся постоянным посетителем этого кафе, нет ничего подозрительного в том, что я каждый день буду приходить сюда выпить чашечку кофе. Раз девушка не идёт на прямой разговор и даже немного меня побаивается (не зря же ведь она попросила Влада поговорить со мной), я решил брать её измором. Наступит время, и она в конце концов сдастся, поняв, что от меня ей уже не убежать. Да и моё постоянное появление в кафе должно её успокоить, ну, по крайней мере, она ко мне немного привыкнет.

Я толкнул дверь и вошёл в кафе. Внутри, как и обычно в такое время, было немноголюдно. Лёгкая музыка доносилась из больших колонок у дальней стены и на импровизированной сцене несколько человек что-то собирали из длинных белых трубок. Я загляделся на них, пытаясь понять, что же именно они задумали, и не заметил, как чуть не врезался в женщину, которая направлялась к выходу и отошла в сторону в самый последний момент.

– Простите! – я великодушно наклонил голову.

– Аккуратнее, молодой человек! Смотреть надо, куда идёте!

Женщина махнула в мою сторону рукой, и что-то бубня себе под нос, пошла дальше. Я подошёл к барной стойке. Вместо несменяемого Серёги за прилавком стояла тучная женщина средних лет в забавном, как мне показалось, поварском колпаке. Она, как и подобает приличному бармену, не обратила на меня никакого внимания.

– День добрый! – отчеканил я и улыбнулся.

– Здравствуйте. – она посмотрела на меня. – А, Никита, привет. Давненько тебя не видела!

Эта женщина – бармен тоже была мне знакома, однако не настолько хорошо, чтобы я запомнил её имя. Про себя я отметил, что подобной фразой меня уже встречал Сергей две недели назад. Видимо, у всех барменов Истока это было фирменной фишкой.