Максим Гордеев – Герой моего романа (страница 20)

– Хорошо. Только пообещай, что не расскажешь об этом ни одной живой душе.

Лиза глубоко вздохнула.

– Да чтобы я провалилась на этом месте!

Я усмехнулся. Рука девушки тем временем медленно, но верно приближалась к моему животу.

– Этот рассказ о девушке, неприметной на первый взгляд. Она сбежала от своей семьи, мужа и детей в другой город и пытается начать новую жизнь, делая всё, чтобы её не разоблачили.

– Разоблачили? И в чём же, интересно?

Лиза неспешно начала поглаживать рукой моё тело.

– Как в чём? В том, что она беглянка. Она бросила семью, детей, перечеркнула всю свою прошлую жизнь, только ради свободы.

– Ну, пока не понятно. А не к любовнику это она, часом, сбежала?

– Нет. Ей просто всё надоело. Захотелось всё начать сначала.

Девушка нарастила темп и интенсивность своих движений. Она была очень настойчива.

– Всё равно не понимаю. Её что-то не устраивало? Муж бил или изменял? Или с детьми что-то не то? Просто так от счастливой семейной жизни девушки обычно не бегут.

– Да. Не бегут. И ты права, тайна у неё всё-таки есть. Только вся изюминка в том, что она её не помнит.

Лиза остановилась и вопросительно посмотрела на меня. Она сжала свою ладонь, и я в тот момент как никто другой понимал, как именно девушки манипулируют мужчинами.

– Это как?

– Она забыла это. Стёрла из памяти так, как будто ничего и не было.

– А чего не было-то?

– А вот этого я тебе уже не расскажу. Для зрителя, кстати говоря, это тоже будет оставаться загадкой на протяжении всего фильма. И это всё, что я тебе пока могу рассказать.

Лиза улыбнулась и заработала рукой более интенсивно.

– Ладно. Спасибо и на этом.

– Э, нет, дорогая! Простым «спасибо» тут не отделаешься!

Я перевернул девушку на спину.

Компьютер был отремонтирован через два дня, как мне и обещали сотрудники сервисного центра. На месте проверив технику, я оплатил ремонт, который, сказать прямо, влетел мне в копеечку и пошёл домой, планируя сразу же сесть за сценарий.

11. Не первая встреча

Работа продвигалась неплохо. За полторы недели я хорошо продвинулся в написании и уже практически ввёл основных действующих персонажей. Совместно с написанием, я выполнял небольшие поручения от Литвиненко. Один раз взял интервью у мелкого предпринимателя за городом, после этого делал фоторепортаж одного не очень большого мероприятия. За всё это получил всего пять тысяч – сущие копейки, но другого варианта заработка у меня всё равно пока не было. Однако, и этот скромный доход не смог перекрыть убытки – в четверг, ровно через неделю после нашей первой встречи, стоившей мне нескольких зубов и сломанного носа, мне позвонил Дамир с просьбой подкинуть ему немного «на пивко». От души пожелав ему скорейшего ухода в царство Аида, я скинул ему десятку, беспокоясь при этом скорее о безопасности своей любовницы, чем о своей собственной. Как бы вычурно это не звучало, но на себя мне было уже плевать, а вот Лизе ломать жизнь я не хотел.

Моя Мария – главное действующее лицо, уже обрела вполне себе естественную форму, и я уже свободно мог её увидеть, стоило мне только закрыть глаза. Да, она была беглянкой от собственной судьбы, немного сумасшедшей, как это могло показаться на первый взгляд, но, тем не менее, невероятно милой и в душе несчастной. Ей можно было сочувствовать – её жизнь не была похожа на сладкий сон, скорее, это был бессмысленный кошмар; её можно было осуждать – ведь какая мать могла оставить своих детей на произвол судьбы. Но, остаться к ней равнодушным, было точно невозможно. В принципе, хорошего в ней было больше, чем плохого. По моей задумке, вся эта история с брошенными детьми, в конце концов окажется не такой уж однозначной, как может показаться на первый взгляд. Да и её побег из дома окажется и вовсе не побегом. Не буду убивать интригу – скажу одно: сценарий должен получиться потрясающим, скучно точно не будет!

По мере того, как моя Мария приобретала более или менее человеческий облик, она всё больше начинала мне самому нравиться. Я даже решил, что, если такая женщина встретиться мне в реальной жизни – я в любом случае найду с ней общий язык и попытаюсь подружиться, насколько это будет возможно.

Что же, в ближайшее время мне предстоит на собственной шкуре убедиться, что с желаниями действительно нужно быть аккуратнее, ведь они на самом деле имеют свойство исполняться.

В понедельник, десятого октября, спустя две недели после начала моей работы, я закончил вступительную часть своего произведения. Нет, я не разбивал его на главы, части или ещё каким-то образом, но, в принципе, то, что уже было мною написано, неофициально можно было назвать именно вступлением, после которого и пойдёт развиваться основная сюжетная линия. Будет ещё очень много правок, изменений, что-то я буду добавлять, что-то, наоборот, убирать, но, самое главное, старт дан, и я понял, что мне под силу уложиться в отведённое мне время. Я не стал сообщать это ни Литвиненко, ни Созону, хоть последний уже периодически стал мне названивать, требуя продемонстрировать ему фрагмент сценария, для того чтобы он убедился, что я выполняю свои обязанности, и чтобы было за что заплатить мне первый аванс. Не дожидаясь следующего звонка, сегодня я сам вышел с ним на связь, и сообщил, что через три дня ознакомительный фрагмент будет отправлен на его электронную почту. Тот категорически отказался, сказав, что не доверяет интернету, и фрагмент я могу передать только через Алексея или ему лично в руки. Сам для себя я с сожалением отметил, что, показав Шефу, да ещё и, скорее всего, Литвиненко, часть своего произведения, я могу разбиться о свой же личный принцип и закончить написание, едва его начав. Однако, я решил, что, если сравнивать мои предыдущие работы в редакции и теперешний сценарий – сейчас такой риск был оправдан. Да и, глядя правде в глаза, можно было сказать точно: ни за одну, даже самую грандиозную работу в издательстве я не смог получить сразу несколько миллионов рублей чистой прибыли, поэтому, моим принципам придётся немного посторониться и не мешать. Эту работу я однозначно закончу, несмотря ни на что.

Ближе к вечеру, закончив работу над форматированием текста и небольшими правками, я решил немного развеяться и сходить куда-нибудь поужинать. Логично было, что это я сделаю не один, а возьму с собой Лизу, однако девушка ответила мне отказом, так как она находилась сейчас в гостях у своей матери за городом. Делать было нечего, но менять своих планов я не намеревался. Одев более-менее свежие, слегка суженные чёрные джинсы брючного покроя и парадный свитер, я накинул ветровку и направился в Исток. По дороге, однако, я пожалел о своём опрометчивом решении в отношении одежды. Погода стояла самая что ни на есть осенняя, ветер буквально продувал меня насквозь, и совсем нелишним было бы сегодня облачиться в более тёплые штаны и осеннюю куртку. Я не стал возвращаться, решив потерпеть до кафе, а обратно уже можно было вызвать такси.

Отряхнув ноги от налипшей на ботинки грязи, я зачем-то посмотрел по сторонам и зашёл внутрь. Как я и ожидал, зал был почти пустой. Из всех столиков было занято только три, всего семь человек, и на большее количество посетителей в понедельник тут рассчитывать не приходилось. Это было мне на руку – раз у меня сорвался романтический вечер, то я мог рассчитывать хотя бы на спокойный одинокий ужин. Я подошёл к барной стойке, за которой мой бессменный бармен Серёга усталым взглядом просматривал пустоту зала.

– Вечер добрый, Серёга.

– Привет, Никита. – парень протянул мне руку для приветствия. – Ты к Владу? Он сегодня не работает.

– Нет, я не к нему. Я скорее к тебе.

Серёга, не меняя своего унылого выражения лица, посмотрел на меня.

– Да расслабься ты! Поужинать я пришёл. – я улыбнулся.

– А. Ну, тогда ко мне.

– Ты чего уже такой невесёлый?

Я расстегнул куртку и опёрся о барную стойку.

– Скучно, Никитос! Ненавижу понедельники, никакого движения нет!

– А тебе движение нужно?

– Конечно! У меня, чем больше посетителей, тем больше навар. Зарплата напрямую от прибыли зависит. А сегодня, можно сказать, бесплатно до полуночи тут торчать придётся!

Я понимающе вздохнул.

– Отдохнёшь хоть. А то каждый день, как белка в колесе крутишься. Ну, если это тебя успокоит, я тебе чаевые хорошие оставлю!

Сергей покачал головой и ехидно улыбнулся.

– Ну, уж, спасибо! Хоть кто-то обо мне заботиться! А ты что, деньгами разжился? Работу, никак, новую нашёл?

– Нет, не нашёл пока. Так, подработками перебиваюсь.

– Ясно.

– Ну что, обслужит меня кто-нибудь? – я поднял ладони вверх.

– Да. Иди, присаживайся. Сейчас я Машку к тебе пришлю.

Я сел за ближайший свободный столик, повесил куртку на соседний стул и стал ждать. Маша, официантка, явилась ко мне через минуту. Она была новенькой, так как я видел её здесь только второй раз. Первая наша встреча с ней произошла две недели назад, когда я приходил сюда после разговора с Литвиненко. Ещё месяц назад она тут точно не работала, так как в это время я ещё был завсегдатаем данного заведения.

Я запомнил лишь тот презренный взгляд, которым она одарила меня, когда я прервал их с Сергеем, видимо, откровенный разговор. Но сейчас, когда я рассмотрел её более детально, у меня, почему-то, сложилось впечатление, что я знаю эту девушку уже давно. Мне казалось, что я её раньше либо очень часто где-то видел, либо мы вообще с ней даже общались, или, чего греха таить, делили одну кровать. Когда она подошла к моему столику и мило улыбнулась, у меня сердце упало в пятки. Нет, это была не любовь с первого взгляда, хотя она и была очень симпатичной, я не вспомнил в ней свою дальнюю родственницу или одноклассницу, но я почувствовал нечто очень схожее с чувствами, которые возникают при таких событиях. Ни слова не говоря, я внимательно рассмотрел девушку. Невысокого роста, слегка плотная, но не полная, с хорошо выделяющейся талией и двумя бугорками небольшой, но очень упругой и аккуратной груди. Нелепый тёмно-серый фирменный фартук смотрелся красиво, хотя был немного мал по размеру. Чёрные удобные балетки гармонично сливались с такими же чёрными леггинсами, плавно переходящими на талии в коричневую водолазку с высоким воротником, который был поднят до самого подбородка. Длинные русые волосы пышно струились по плечам и почти доходили до груди, и ей, видимо, частенько приходилось их поправлять ладонью, чтобы они не закрывали лицо. Само лицо было достойно большего, чем просто слово «красивое», но это, если судить исключительно по моему вкусу. Пышные, аккуратные губки, слегка намазанные неяркой красной помадой, немного пухленький носик и ярко-голубые глаза, которые пристально смотрели на меня – в ней всё было потрясающим. Но дело было не в этом. Я всё это раньше уже видел.