Максим Гаусс – Спасти ЧАЭС: 1985. Книга 5 (страница 6)

Тот в изумлении уставился на мою щурящуюся от света физиономию.

Затем усмехнулся, повернул голову влево и спросил:

– Федор, а ты когда багажник проверял последний раз?

– Не помню, а что? – с той же стороны показалась еще одна голова. Принадлежала она тому самому мужику, который ранее в спортивном костюме бегал в гастроном. Стало быть, это и есть водитель.

Глаза у него расширились в изумлении.

– Э-э-э…

– Федя, я, вообще-то, просил непринужденно понаблюдать за Алексеем, а не везти его сюда! – спокойно, но с обвинительными нотками в голосе, произнес Андрей.

– Да я э-э… Как-то… Ты как сюда попал, э?

– Машину бросай чаще без присмотра, еще и мыши тут заведутся! – пробурчал я.

– Чего-о? – обиженно произнес Федя.

– Ничего страшного. Теперь не придется ехать к нему, кучу времени сэкономим, – весело ухмыльнулся Петров, протягивая мне руку. – Ну, вылезай, раз приехал!

Описывать момент, насколько у меня затекли мышцы, и особенно спина, я не буду. Скажу только, что когда я все-таки выбрался из злополучного багажника, разогнулся с большим трудом.

– Не скажу, что сильно рад тебя видеть… – произнес Андрей, глядя на меня выразительным взглядом. – Но не могу не признать, эта встреча очень кстати.

– Слушай, Андрюха! – Федя смотрел на меня с нескрываемым подозрением. – Это ж тот, кого ты преследовал тогда?

– Верно. Он самый, – кивнул Петров. – Леха, знакомься, это капитан Погодин. Активный участник нашей межведомственной группы. Я тебе рассказывал.

Я внимательно посмотрел на Федора – пухловатый, простой. Со спортом у него явно дела обстоят на уровне «удовлетворительно». Если бы тогда я столкнулся не с Петровым, а с Погодиным – сбежал бы в легкую. Несмотря на звание, он почему-то не производил должного впечатления. Даже на обычного участкового не был похож.

Я протянул ему ладонь.

– Здравия желаю, товарищ капитан!

– Угу, и тебе привет, – несколько скептически произнес он, отвечая на рукопожатие. – Что, из местной милиции?

Я скользнул растерянным взглядом по Петрову. Тот едва заметно кивнул.

– Так точно. Из РОВД. Лейтенант Савельев.

– Давайте без этой служебной ерунды! – Андрей тут же стер ту грань, которая мешает нормальному обсуждению между людьми в погонах разных званий. Так проще. – Предлагаю перейти сразу на «ты».

Я и Погодин кивнули одновременно.

– Ну и зачем ты ко мне в багажник залез?

– А ты зачем за мной следил? – ответил я вопросом на вопрос. – Я, между прочим, тоже на службе. Думаешь, просто сидеть в той дыре? Изображать из себя отшельника – то ещё удовольствие.

– Откуда ж я знал?

– Я еще вчера попросил Федора приглядеть, чтобы никто посторонний не совался по той дороге. Вот он остаток дня и всю ночь и просидел.

– Ну и что, заезжал кто? – с надеждой спросил я.

– Был, – кивнул Погодин. – УАЗ заезжал. Черного цвета, где-то в одиннадцать вечера.

– Черного цвета? – удивленно переспросил я. – Может, как у военных, темно-зеленого?

– Нет, не думаю. В темноте видно было плохо, но цвет точно был черный.

Я на мгновение задумался – либо Федя что-то путает, и УАЗ все-таки был типичного военного цвета, либо он прав. Вот только в восьмидесятые годы Ульяновский автомобильный завод не красил «четыреста шестьдесят девятые» в черный цвет. В принципе.

Очень любопытно.

– А как быстро машина уехала? – уточнил я.

– Да минут через десять, а то и меньше.

– Сколько там было человек?

– Не знаю, не считал. За зарослями не видно. Я только фиксировал, время ровно одиннадцать.

Я задумчиво кивнул.

Получается какая-то бессмыслица.

– Мы можем пройтись, поговорить наедине? – я без увиливаний спросил у Петрова напрямую. Федя сделал вид, что не расслышал.

– Конечно, – кивнул Андрей. – Федор, ты поезжай к Никите Егоровичу, а я своим ходом доберусь. Хорошо?

– Дело твое! – капитан Погодин явно обиделся, хотя пытался не подавать виду. Актер из него неважный.

Он наконец-то закрыл багажник.

– Кстати, у тебя там масло где-то разлито, – вдруг вспомнил я. – Воняет просто ужасно.

Но тот только рукой махнул, мол, нормально все.

Я быстро осмотрелся и понял, что мы находимся недалеко от комбината бытового обслуживания, которое носило имя «Юбилейный».

Дождавшись, пока Погодин уедет, я спросил напрямую:

– Андрюха, что-то я не понял. Ты мне не доверяешь?

Ответил Петров не сразу.

– А сам-то как думаешь? – вместо ответа поинтересовался он. По глазам видно, мой вопрос его не только не обескуражил, наоборот, заинтересовал.

– Вижу, что не доверяешь.

– Есть такое дело, – с готовностью ответил тот. – Уж извини, работа следаком накладывает свои отпечатки. Тот факт, что ты из двадцатого года я под сомнение не ставлю. Тут все понятно. А вот твои истории про участкового и про то, что случайно оказался на месте убийства гражданки Цветаевой, немного напрягают. Что ты вообще делал в Новошепеличах?

– Искал убежище, – честно ответил я. – Там у меня знакомый прапорщик жил, которому мы на срочке баню строили. За ним должок, в общем. Прапорщика я не нашел, спился тот. Вместо него наткнулся на участкового Рогова, тот документы попросил. Ну а какие документы у дезертира? Все, что было, осталось в расположении части или в машине военной комендатуры, которая везла меня в управление. Точно не скажу. В общем, пришлось импровизировать. Ты бы так же поступил, окажись на моем месте.

Петров кивнул.

– Андрей, а ты зачем мое письмо взял? – задал я следующий вопрос.

– Какое письмо? – не понял тот. По глазам было видно, что не врет. Хотя, черт его знает, может, талант у него врать и при этом не краснеть.

– Обычное письмо, было в моей штормовке, когда мы бухали. Собственно, из-за него я вообще в город тогда и полез. Иначе мы с тобой вообще не встретились бы у того гастронома.

– Понятия не имею, о каком письме ты говоришь, – Андрей то ли реально не понимал, о чем речь, то ли просто пытался вывести меня на эмоции.

Про себя повторно отметил, что мутный он какой-то.

Возможно, может показаться, что мы два таких крутых попаданца, узнав друг о друге, тут же должны стать лучшими друзьями… Вот только в жизни все оказалось не так. Не по канону.

– Ты хочешь сказать, что ничего не брал? – еще раз уточнил я.

– Еще раз десять спроси, получишь комплимент, – чуть нахмурившись, ответил Петров. – Не брал я ничего. Я по чужим вещам роюсь только с разрешения вышестоящего начальника. Вру, конечно – не только по его команде, часто импровизирую. Но смысл мне лазить по чужим карманам?

– Мля, тогда кто? – судорожно выдохнул я.

– В письме что-то серьезное? – уточнил Андрей.

– Можно сказать, что в некотором роде компромат. На тему будущей аварии. Если попадет не в те руки, последствия будут неприятными. Придется долго и тщательно разъяснять, откуда мне известно про дефекты чернобыльского реактора и вообще об аварии в целом.