Максим Гаусс – Мл. сержант. Назад в СССР. Книга 3 (страница 4)

По мне тоже стреляли, но как-то вяло. Благо, укрытий было полно. Все строения жались друг к другу, что оставляло место для маневров.

Ветер слегка поменял направление, отчего часть кишлака заволокло дымом и пылью. Корпусом выбив дверь с другой стороны сарая, я вывалился на стог соломы. Рванул левее, оббежал забор. Почти сразу наткнулся на раненого разведчика. Тот лежал у стены, зажимая ладонями раны на обеих ногах. Видать, хорошо ему прилетело, раз самостоятельно не может отползти в более сносное укрытие.

— Эй… Помоги! — тяжко произнес он, морщась от боли.

— Держись, братишка! — я бросился к нему, ухватил за верхние лямки бронежилета и волоком потащил под стену ближайшего дувала. Затем вытащил из его разгрузки аптечку, торопливо оказал раненому первую помощь. На все ушло не более трех минут. Оказалось, что у него еще и правая кисть повреждена осколком. Вряд ли он сможет воспользоваться автоматом.

Стрельба все еще гремела, но слабо и хаотично. То тут, то там. И не поймешь, где враг, а где свои. Я с подобным уже сталкивался в Пальмире, когда не всегда понимаешь, где и чья территория. Единого фронта попросту нет, враг повсюду.

— Тебя как звать? — спросил я, плотно затягивая рану бинтом.

— Никита.

— Ты вот что, Никита, полежи здесь, — заканчивая, сказал я. Одновременно осмотрелся по сторонам. — Так лучше будет. А я позову кого-нибудь на помощь, одному мне тебя не вытащить. Не возражаешь, если я автомат твой возьму? Из тебя сейчас стрелок не очень.

— Бери! — кивнул тот, напряженно всматриваясь в мое лицо. — Только не бросай!

— Не брошу!

— Слушай, а это ж вроде ты тот самый Громов, который из плена сбежал?

— Ну! — кивнул я, проверяя магазин.

— Спасибо тебе… — тот протянул мне пару запасных магазинов. — И за помощь оказанную и вообще. Сашка Шарапов мой друг. Если б не ты, так бы и не нашли его. Без вести пропавшим был.

— Не вопрос! — отозвался я, проверяя магазин. — За такое спасибо не говорят. Сегодня я помог, завтра мне помогут. Война одна для всех.

Где-то рядом натужно взревел движок бронетранспортера. Послышался громкий треск, хруст и грохот. Мехвод одной из машин повел «броню» напролом через кишлак. Благо двенадцать тонн веса и столько же дури сносили хрупкую сухую глину на раз-два. Прорвавшись через пару домов, машина замерла на открытой площадке. Снова оглушительно заработал КПВТ. Краем глаза увидел, что чуть поодаль прорывается второй БТР, но тот уже дымился. Наверняка, его умудрились зацепить чем-то мощным.

Заметил как башня первого БТР крутанулась влево, пулеметчик навёл ствол орудия на цель. Раздалась длинная очередь. Из ствола вырвалась струя сизого дыма — очередь крупнокалиберных пуль разворотила целое гнездо на одном из склонов ближайшей гряды. Я осмотрелся — чисто. Одновременно из открытого люка показался кто-то из членов экипажа.

— Мужики, сюда! — заорал он, вертя головой по сторонам. — Нужно сваливать! Мы прикроем огнем!

Где-то севернее еще стреляли, но это были лишь одиночные.

Тут три варианта, либо всех врагов уже перебили, либо наших не осталось, либо душманы уже спускаются с ранее занятых позиций, чтобы зачистить кишлак от тех, кому повезло уцелеть.

Временное затишье. Справа, короткими перебежками, пригнувшись, показался разведчик в звании сержанта, сразу за ним бежал еще кто-то. Оба намеревались добраться под прикрытие «коробочки».

— Эй, сюда! — крикнул я, обращая внимание на себя. — Здесь трехсотый!

Сверху раздалась очередь, почти сразу еще одна — защелкали пули по глиняным стенам. Оба разведчика сменили направление, едва не сбив меня с ног.

— Ты чего тут торчишь? — спросил первый. — Отступаем! Броня ждет! Времени мало!

— Раненого прихватите! — рьяно возразил я, указывая на Никиту. — Сам он не дойдет. А я не донесу, у меня нога прострелена.

Без лишних вопросов, тот, что был покрупнее, взвалил Никиту на плечи.

— Прикройте! Я пошел!

— Стой! — крикнул я. — Рано!

Выхватил из кармана зажигалку, вернулся к соломе, что была у сарая и быстро поджег ее. Это даст дым, который лишним не будет. Солома разгоралась очень быстро.

— Вот теперь можно!

— Молодец, толково придумал! — похвалил разведчик, глядя, как клубы дыма направляются примерно по тому же маршруту, где и была наша цель.

— Справа, на три часа! — вскинув автомат с подствольным гранатометом, сержант жахнул куда-то вправо, за пределом моей видимости. Гулко грохнуло.

— Можно, пошел!

Очередным порывом ветра сдуло часть дымовой завесы. Стало понятно, что с запада уже приближаются духи — по свободным одеждам темного цвета их видно издалека. Мы открыли по ним огонь, быстро рассеяв их в стороны, благо, расстояние небольшое, всего метров сорок.

Раненого успешно дотащили до «семидесятки», погрузили внутрь.

— Все! Пошли! — крикнул мне второй разведчик и рванул к машине, а вот я не успел. Справа раздался мощный взрыв и глиняная стена дома, внезапно покрывшись огромными трещинами, начала заваливаться прямо на меня. Я даже толком не успел сгруппироваться, когда меня завалило кусками глины и пылью. По голове прилетело что-то тяжелое, отчего я вырубился…

Очнулся я тут же.

Даже не знаю, сколько прошло времени. Глаза открыть не получилось — все лицо было засыпано сухой глиняной крошкой и пылью. Резко вдохнув, я закашлялся. Почувствовал, что из-за сокращений, с меня что-то посыпалось.

Все тело засыпало обломками стены дома, но видимо не сильно.

Попытался вылезти. Удалось, хотя и с большим трудом — все тело болело, будто по мне слон прошелся. Ну и неудивительно — толщина стен сантиметров тридцать-сорок, высота под два метра. Веса на меня рухнуло килограмм под сто пятьдесят, неудивительно, что голове хорошо досталось.

Распихав в стороны куски глины с торчавшей из них вразнобой соломы, я выбрался, сразу же спрятался под уцелевший фрагмент стены. Весь пыльный, грязный. Если в кишлаке враг, меня очень быстро найдут. И теперь вряд ли дело ограничиться зинданом.

У меня был автомат, пара магазинов. Ни бронежилета, ни каски, ни разгрузки. Из одежды только штаны, да бушлат «афганки», который сейчас был почти белым от пыли.

Выждав несколько секунд, я осмотрелся. Вроде никого.

В кишлаке было тихо, уже не стреляли. Неужели всех перебили? Да ну, не может такого быть.

Выглянув влево, увидел то место, где ранее стояла пара БТР-70, пробившихся в центр кишлака напролом. Сейчас их там не было, остались только следы от шин и кучи обломков.

Пригнувшись, я бросился к соседнему дому. Краем глаза увидел, что внизу, в самом конце прохода догорает остов бронетранспортера — наверное, одна из машин, сраженных гранатометом. Еще неизвестно, сколько техники уцелело и смогли ли наши отойти из этого каменного мешка…

Справа послышались голоса. Слева, только дальше — тоже. Я увидел пару душманов, что стояли спиной ко мне. Они что-то обсуждали, глядя на лежащее на земле тело кого-то из погибших разведчиков. Черт возьми, да тут духов полный кишлак. Меня не нашли только потому, что развалин слишком много и не везде можно пройти.

В таком виде мне тут нельзя находиться.

Я прополз дальше, увидел канаву, что вела к соседнему хану. На дари — хана, это тоже означает дом. Вроде бы. Памятку с минимумом знаний, что была у Игнатьева, я просмотрел лишь вскользь, что-то мог и перепутать.

Лег в канаву и пополз плашмя, толкая автомат перед собой. Хорошо, что дождя давно не было, а канализация в кишлаках напрочь отсутствовала, иначе мне пришлось бы несладко.

Есть, добрался. Выбрался. Рядом дверь, справа тоже послышались голоса. Выглянул и увидел около десятка душманов. Тут и там — одни носили оружие, другие просто стояли. Третьи сваливали в кучу тела наших бойцов. Их было немного, но все же. Зараза, плохо дело… Меня вот-вот заметят!

Моджахеды реально, были буквально повсюду. Чтобы выбраться из кишлака незаметно, нужно, разве что, стать невидимкой. Я сильно рискую, ползая тут. Если меня увидят, то схватят. А сражаться с одним автоматом на четыре стороны, совсем не вариант. Что я тут навоюю?

И все же, просто так сдаваться я не собирался. Мозг постоянно анализировал обстановку, перебирал в голове варианты возможных действий.

Вдруг, справа послышались шаги, ко мне кто-то приближался. Мне не оставалось ничего другого, как прошмыгнуть в дом, что я и сделал. Сердце колотилось, разгоняемое гормоном адреналина. Хоть я себя и контролировал, все равно было волнительно…

Внутри помещения царил полумрак, было тихо и пусто. Спартанский минимум мебели, ковры и циновки. Какие-то кувшины на полу, горшки, грубая керамическая посуда. А на кривом самодельном шкафу из типичного не убиваемого советского ДСП, стоял японский кассетный магнитофон. Ну и на хрена он этим чебурекам тут сдался, электричества же все равно нет… Тьфу!

К счастью, меня никто не заметил! Я торопливо осмотрелся, случайно заметил в углу традиционную афганскую одежду… Кажется, женскую. В голову пришла удачная и одновременно дерзкая мысль…

Глава 3

Импровизируй!

Управился я достаточно быстро.

Скинуть пыльный грязный бушлат и штаны заняло у меня от силы секунд сорок. Китель снимать не стал. Дольше всего я возился с расшнуровкой берец, но иначе их никак не снять — относительно новые, еще толком не разношенные.

Все зашвырнул куда-то в темный угол. Торопливо напялил на себя паранджу темного, практически черного цвета. В женской моде Средней Азии я не разбирался, от слова совсем, да и в мужской, если честно, тоже. Языками не владею, потому, может это и не паранджа была вовсе…