Максим Гаусс – Капитан. Назад в СССР. Книга 15. Часть 3 (страница 46)

Он молчал. Я видел, как он переваривает информацию.

Пакистанская армия — не банда дикарей. Там есть дисциплина, устав, ответственность. Да, все ощутимо проще, чем в советской армии. А страх перед начальством иногда сильнее страха перед пулей.

— Я понимаю, что в мои слова сложно поверить. И не требую вас предавать присягу, — сказал я тише. — Я прошу вас спасти невинных людей. Тех, кого вы не знаете. Женщин, детей. Они не враги вам и никогда ими не будут. Они просто хотят жить. Террорист Бен Ладен — это опухоль, поселившаяся на вашей земле. Пока еще ваше руководство этого не понимает, но время придет. Будьте увернны, он никому не принесет добра!

Офицер отвел взгляд. Растерянно посмотрел на своих подчиненных. Те тоже молчали, не зная, что делать.

Примерно секунд тридцать стояла тишина, только жужжала заблудившаяся муха. Потом он тяжело вздохнул.

— Вы понимаете, что с нами сделают потом? — спросил он.

— Ничего! — возразил я. — Ничего не сделают! Можно все представить так, что дивизион захватила группа боевиков, которая после запуска ушла в горы! Вас застали врасплох!

Тот заколебался. Видно было, что мои слова он понял. Может, как-то иначе, по-своему, но тем не менее.

Я подошел к карте, показал точку в долине Сват.

— Вот здесь. Крепость. В ней — Бен Ладен и его люди.

Офицер слегка побледнел.

— Запрещено вмешиваться в его дела. Он важная персона. Приказ ИСИ из Исламабада.

— Приказы меняются, — жестко отрезал я. — А он не персона, он жестокий и рассчетливый террорист и убийца. Вы в курсе, что по его указанию в Каспийском море были сожжены несколько нефтедобывающих платформ? А поезд, с инженерами, что должны был строить первую атомную электростанцию в Афганистане⁈ Его пустили под откос!

Офицер помрачнел еще больше. Заколебался.

— Если вы не сделаете то, что я говорю — придется разговаривать по-другому. Применить силу. Весь этот гарнизон может перестать существовать уже через минуту. Территория окружена снайперами и они нажмут на спуск, если что-то пойдет не так и мы отсюда не выйдем. Но я хочу, чтобы вы поняли — мы для вас не угроза и такой метод для меня это крайние меры. Сейчас, это просьба. Просьба содействовать, а не мешать. Я не враг вам. Я солдат, у меня тоже есть приказ. И я его выполню. С вами или без вас.

Он помолчал. Потом медленно кивнул.

— Хорошо. Но прошу отпустить моих людей.

— Исключено! — я отрицательно покачал головой. — Они поднимут шум, мои люди откроют огонь, многие погибнут просто так. Даже не понимая почему.

— Но как я…

— Придумаете что-нибудь. Вы же офицер, я вижу по вашим знакам.

Он снова засомневался. Еще бы, принимать такие решения чревато серьезными последствиями.

— У вас дети есть?

— Конечно. Пятеро. Но при чем тут это?

— Представьте, что совсем рядом, но тем не менее в недосягаемости сидит тот, кто им угрожает. Что вы сделаете, будь у вас возможность его остановить⁈ Остановите?

— Я бы уничтожил угрозу!

— Хорошо. Именно этим я и занимаюсь.

Он удивленно поднял бровь, но промолчал. Неуверенно кивнул. Решение было принято.

Мы подошли к пульту. Я встал за спиной оператора, по-прежнему держа ствол наготове.

Савельев остался у входной двери, контролируя вход. Офицер сам сел за пульт, отодвинув молодого парня — тот испуганно смотрел то на меня, то на Леху.

Пальцы командира забегали по кнопкам, экраны засветились, замигали огоньки.

— Контроль режима включен. Произвожу захват. Э-э… — тот обернулся к молодому пакистанцу. — Рамиль, помоги! Требуется подготовка цепей!

Оператор дернулся, но остановился. С опаской посмотрел на меня, ожидания разрешения.

— Работай! — кивнул я. Оператор приступил к процедуре.

Я прекрасно понимал, что этот комплекс требует сложной подготовки и это дело не двух минут. Больше.

И верно, прошло примерно минут семь. Они производили какие-то манипуляции, но я почти ничего не понимал.

— Координаты введены, — наконец доложил капитан. — Запуск возможен. Но точность низкая, ведь комплекс зенитный. Да, эти китайские ракеты могут бить по наземным целям, однако предельная дальность всего сорок километров. И мне нужно разрешение командира дивизиона. Без его кода ракеты не пойдут.

— А где он? — спросил я.

— Вон там, — офицер кивнул в сторону небольшого здания штаба. — В кабинете. Коды в сейфе. Он должен быть на месте. Но без связи с ним я ничего не сделаю.

Я выругался про себя. Еще один этап. Еще один риск.

— Позвони ему, — надавил я, прижав ствол ПБ-1С к затылку капитана. — Скажи, что нужна срочная проверка систем. Что-то с радарами. Что без его кода ты не можешь провести диагностику.

— Он не поверит.

— Поверит, если ты будешь убедителен. Или мне самому сходить к нему? — я посмотрел на офицера. — Думаешь, я не справлюсь?

Он покачал головой.

— Нет. Я сделаю. Но вы должны понимать: если что-то пойдет не так…

— Все, — решительно перебил я. — Звони.

Офицер взял трубку внутренней связи, набрал номер. Говорил спокойно, даже лениво. На том конце что-то спросили, он ответил. Потом назвал цифры — видимо, свой код. Еще что-то. Положил трубку.

— Идет, — сказал он. — Через минуту будет здесь.

Я кивнул Савельеву. Тот напрягся, пистолет в руке смотрел в сторону двери.

Командир дивизиона оказался грузным мужчиной лет пятидесяти, с седыми висками, густой бородой и тяжелым взглядом. Савельев вжался в стену, пропуская его внутрь. Он вошел в фургон, не ожидая подвоха, и замер, увидев меня с пистолетом. Рука дернулась к кобуре, но Леха уже был рядом, быстро и ловко приставив ствол к его виску.

— Тихо, — отчетливо и тихо сказал я. — Ни звука. Мы не хотим причинять вам вред. Мы хотим, чтобы вы сделали одну вещь.

— Вы русские? — спросил он, не повышая голоса.

Да что же такое? Чуть что, сразу русские! Не зря они нас опасаются, понимают, что сами провоцируют, сами же и получат за это.

— Неважно, — ответил я. — Важно то, что в тридцати километрах отсюда — крепость террориста, который готовит удар по плотине в Советском Союзе. Если он это сделает, погибнут тысячи. Вы можете остановить это. Сейчас. Своими руками.

— Я не могу стрелять по своей земле без приказа.

— Плевать! — уверенно возразил я, затем чуть смягчился. — Я не прошу вас воевать против своей страны. Я прошу вас уничтожить врага, который прячется в ваших горах и плетет сети против соседа. Потом он придет и к вам. Вы это знаете. Вы не хуже меня понимаете, чем кончают те, кто кормит змею за пазухой.

Он молчал. Я видел, как он взвешивает. Офицерская честь. Страх. И что-то еще — может быть, смутное понимание. Потому что он кивнул.

— Код, — сказал он оператору.

Тот ввел цифры.

Савельев отстранил седого офицера в закуток, где отдыхал экипаж. Тот, что храпел, так и не проснулся.

Экран загорелся зеленым. Снаружи раздалась беготня, крики, шум. Вероятно, пусковые пришли в движение. К счастью, ракеты были наведены почти в ту же сторону, где сейчас прятался террорист. Манипуляций минимум.

Прошла минута. Кто-то решительно постучался в дверь.

— Позже! — рявкнул Савельев так, что с той стороны сразу раздались торопливые удаляющиеся шаги.

Командир повернулся ко мне. Весь бледный, лоб в поту.

— Цель наведена. Ракеты готовы. В пусковых установках их шесть. Предварительная подготовка проведена, но нужна окончательная, с докладом.

— Обойдемся без проверок! — осек его я. — Все готово?