Максим Гаусс – «Астра-1» (страница 65)
– Да, даже так. О чем вы думали, разрабатывая его? Это же был Советский Союз! Вы хотели нажиться разработками
Пока я рассказывал, лицо полковника сначала побледнело, затем покраснело, а после начало зеленеть от злости. В конце моего рассказа, его все-таки прорвало.
– Ты щенок! Ты понятия не имеешь, что тут творилось, – вскричал Зимин. – Какие эксперименты проводились и что тут испытывалось. Какие тяжелые задачи перед нами ставились. Ежедневные ужасы, бесчеловечные эксперименты. Все диктовала гонка вооружений с проклятыми американцами. Наше правительство словно сошло с ума. Первоначальные задачи комплекса отошли на задний план. Да ты, ты же ничего не знаешь. Здесь все шло совсем не так как ты думаешь!
– О! Эксперименты? – переспросил я. – Да, уж. Видели мы один из них. В виде дождевого червя. Восьмиметрового. Он живьем сожрал Черепанова. Ты же помнишь кто это?
– Начальник узла связи, – почти не думая, отозвался Зимин. – Он отправил то сообщение, после которого сюда спустился Штрасс со своей группой.
– А что ты с ним сделал, напомнить?
Зимин промолчал. Лишь злобно сверкнул глазами и шумно выдохнул.
– Ну? Давай, полковник. Теперь твоя очередь.
– Что тут говорить… Я смотрю, вы и так все знаете.
– Ну, расскажи например, что ты хотел найти в комплексе
Полковник обескуражено посмотрел на него. Этого вопроса он явно не ожидал.
– Какая теперь разница?
– Действительно. Теперь – никакой. Елена Андреевна погибла, а о местонахождении документов, с описанием расположения комплекса лабораторий ее мужа, только она знала. Ваш план уже никак не реализовать. Картавин погиб в бойне. Лаптев – тоже. Шевченко, земля ему пухом – аналогично. Остались вы со Штрассом. Ты ещё ищешь лабораторию, но зачем? Не важно, не отвечай. Штрасс, все ещё боится сунуться сюда. Ведь он понимает, что если все, что произошло здесь по вашей вине – всплывет, ему достанется по полной. И поэтому, он хитро решил проверить, а вдруг здесь, внизу, уже все благополучно передохли? Его выбор пал на нас. Если так, то можно спуститься и стереть все следы. Хотя, конечно, все это безнадежно запоздало. Лет так на двадцать пять.
Полковник молчал, продолжая злобно сверкать глазами.
– Да, а кстати! Звание полковника ты сам себе присвоил? – спросил Андрей.
Зимин проигнорировал этот вопрос, удостоив парня лишь колючим взглядом.
– Все это время ты так и не докопался до истины полковник. А скажи, для чего ты решил отправить Шульгина, устроить саботаж запасного реакторного зала?
– Ненавижу… – злобно процедил он. Похоже, вопрос был задан правильно.
– Взаимно. Но я продолжу. Для того чтобы придуманная тобой легенда о диверсантах, снова ожила. Верно? Страх, всему виной страх. Страх, все это время точил тебя словно червь, не давая покоя!
Он молчал. Лишь шумно дышал.
– Твои разведчики приносили ложные, сфабрикованные заранее сведения о действиях диверсантов. Ты обманывал своих людей. И скорее всего, если бы тебе удалось найти тот комплекс лабораторий, ты бы все-таки вывел технику на поверхность, так? А сам бы под шумок свалил бы из страны, да?
– Занятно… – недовольно хмыкнул полковник, как-то странно закопошившись здоровой рукой под платформой.
– За что же ты нас так возненавидел? – продолжил я, уже не сдерживаясь. – Ты наклеил на всех нас свою, придуманную модель о диверсантах. О предательстве. А почему?
– Это секретный объект! Я обязан его защищать. И я это сделаю! – вдруг вскрикнул он.
Под обломками дрезины вдруг что-то зажужжало. Часть платформы пошатнулась. Зимин, неожиданно зарычав, ухватил ее здоровой рукой и, приложив титаническое усилие, приподнял и столкнул в сторону. Высвободив одну ногу, а затем и вторую, Зимин поднялся в полный рост. Его комбинезон оказался полноценным экзоскелетом. Инновационная разработка, позволяющая добавить человеку столько силы и энергии, что, фактически он превращался в живого робота. Именно он позволил ему нечеловеческим усилием сдвинуть платформу и освободиться. Израненная нога, сломанная рука – эти ранения хоть и были весьма болезненны, но экзоскелет успешно компенсировал эти физические нюансы. А ещё, в левом бедре полковника торчали несколько шприцев. Похоже, обезболивающие, экспериментальные стимуляторы и бог весть что ещё привело его в состояние бесчувственного киборга.
Я, так и не договорив, просто ошарашено смотрел на то, как этот маньяк невозмутимо вылезал из-под обломков, злобно сверля меня глазами.
– Я закончу то, что начал! – прорычал Зимин. Человеческого в его взгляде осталось мало. Что, черт возьми, он себе вколол?!
Прихрамывая, он сделал шаг ко мне. Ещё шаг. Сервоприводы шумно жужжали. Полковник, несмотря на раны, с упорством безумного носорога, медленно шагал ко мне.
Я поднял пистолет, собираясь выстрелить, но ничего не получилось. Затвор сухо клацнул.
– Что, патроны закончились? – хрипло рассмеялся Зимин, упорно продолжая идти. – Жалкий щенок!
Андрей, кривясь от боли, отыскал среди обломков автомат, вскинул его и дал короткую очередь в спину полковнику. После четвертого выстрела патроны закончились. Почти все пули срикошетили.
– Автомат тут не поможет! – прорычал Зимин, обернувшись. – Этот прототип бронежилета не пробить.
Павел, ухватив стальной уголок, бросился с ним на полковника, но оступился. Удар получился слабым, не причинившим этому живому танку никакого вреда. Ударом руки Зимин отбросил парня в сторону.
Полковник нагнулся, подхватил с земли увесистую деталь, собираясь метнуть ее в меня…
Эпилог
Вдруг, откуда-то справа раздался громкий выстрел. Затем ещё один. Ещё один. Ещё. Из темноты уверенно вышел человек в военной форме, с противогазом на лице. В руках он держал внушительный дробовик неизвестной модели и стрелял он по полковнику. Следом за первым, из темноты показался ещё один, с автоматом в руках.
– Говоришь, пули тебе не страшны? Пробить, да, невозможно! А продавить, очень даже легко. В голову даже стрелять не буду, хотя следовало бы… – раздался невнятный голос из-под противогаза. – Чтобы наверняка!
Стрелял тот явно не дробью. Я буквально увидел, как бронежилет продавило внутрь. Изо рта полковника брызнула кровь. Действие стимуляторов было настолько сильным, что даже в этом случае, он простонал не сразу, да и рухнул сначала на колени, а затем, долго покачиваясь, все-таки завалился лицом в кучу песка.
– Ну, вот и все! Дело сделано, – произнес человек в противогазе, подходя к нам, но, не опуская оружия. – Зимин больше не проблема!
– Кто вы? – спросил я, прерывающимся от волнения голосом.
– Разве ещё не догадались? – при этих словах он перехватил ствол другой рукой, и стащил противогаз с головы.
Это был профессор Вильгельм Штрасс. Хотя, какой же он профессор? Такой же коварный преступник, как и Зимин.
– Вы?
– Удивлены? Я знал, что рано или поздно вы появитесь здесь. Я знал, что ваше появление на данном объекте заставит Зимина действовать. И не прогадал. Как только открылись гермоворота – я понял, пора действовать. Добраться сюда не составило труда, тем более, что мы постоянно находились рядом.
Где-то справа что-то лязгнуло. Хрустнуло. Но Штрасс даже не обратил внимания.
– Вы же заперли нас здесь! – крикнул я. – Зачем?
– Это было необходимо, – совершенно невозмутимо, холодным голосом произнес Штрасс. – Уж извините!
– Извинить? – меня посетила мысль о том, что профессор спустился сюда уже в конце нашего разговора, и не слышал той его части, где я упоминал о коварном плане этих людей. Значит, если это действительно так, профессор не догадывается о том, что мы уже все знаем.
Однако следующие его слова, меня обескуражили.
Слева, снова что-то хрустнуло. Но Штрасс снова не отреагировал. Тот, кто стоял за ним, лишь чуть повернул голову на шум, но этим все и ограничилось.
– Да! Впрочем, мои извинения вам, скорее всего уже не понадобятся. Видите ли, раз этот военный, научно-исследовательский объект все ещё функционирует, то так тому и быть. А вот то, что вы выманили оттуда эту сволочь… – он ткнул стволом в лежащего на земле полковника. – Большая удача! Убив его, я закончу начатое много лет назад дело. Про
Штрасс поднял дробовик.
Уже собираясь спустить курок, он вдруг обернулся к своему напарнику, собираясь что-то сказать. Лицо неизвестного было скрыто под маской. Как и тогда, в ракетном комплексе.
И в этот момент, со стороны горящей дрезины раздался отчетливый звук заряжаемого оружия. Все мгновенно обернулись на звук. А уже через секунду раздалась пулеметная очередь.
Более двух десятков пуль двенадцатого калибра изрешетили и профессора Штрасса и его таинственного спутника, оставив позади них, на бетонной стене несколько крупных отверстий.
Оба окровавленных тела безжизненно упали на землю.