Максим Гаусс – «Астра-1» (страница 22)
– Не знаю. Не хочу и все.
– Ладно, ладно, не нервничай. Это просто пар, – мне вдруг стало смешно, но я не подал виду. – Идем дальше!
Метров через триста мы добрались до пересечения двух туннелей. Здесь были все те же стены из идентичных друг другу бетонных тюбингов, те же рельсы и деревянные, хорошо промасленные шпалы. Это однообразие уже начинало потихоньку утомлять. Здесь, на перекрестке, он разделялся на два идентичных друг другу направления. Один вел на север, другой продолжал вести на восток. Если, конечно, компас не врал.
– Приплыли. Куда дальше?
– Гляди, на стене есть указатель, – заметил Дима. – О, как! Смотри, налево –
– Депо? Ну, да! Раз есть депо, значит это точно метрополитен.!
– Не обязательно. Что бы это за место ни было, у него может быть собственное депо.
– Это ещё для чего?
– Ну, хотя бы для грузовой техники или ремонтной. Или наоборот, использоваться как отстойник для устаревшего транспорта. Или как могильник!
– Ладно. Ну и куда мы пойдем?
– Если мы хотим найти Андрея, то нам, наверное, к насосной станции, да?
– Это не лишено смысла, так как, скорее всего, все дренажные системы, а они тут , само собой есть, сходятся именно там. Да и вентиляционные тоже. И если это действительно так, то и наш друг, по всей вероятности, окажется там.
– Живой?
– Разумеется. И ты уже задавала этот вопрос. Кать, с чего это ты стала такой мнительной в последнее время?
– Чушь!
– Нет, не чушь, – вдруг поддержал меня Дмитрий. – Ты и вправду, стала слишком эмоциональной. Где та Катюха, что сама, без страховки, лазила по туннелям метро? Где та самоуверенная девчонка, что почти неделю провела на старом химическом заводе, рядом с трупом собаки? А Маяковская? Ее помнишь?
– Ну, там все было иначе, – замялась девушка, вспоминая наши прошлые приключения. – И к тому же, не с чем сравнивать. В такие ситуации мы ещё не попадали! Макс, ты что, тоже так считаешь?
Я кивнул. Мне почему-то ужасно хотелось об этом поговорить.
– Серьезно?
– Это место так на тебя влияет? – спросил Дима, загадочно улыбаясь. Его тоже, по неизвестной причине, так и подмывало чем-нибудь задеть девушку.
– И началось все с того момента, как этот чертов профессор бросил нас здесь, – добавил я, наблюдая за взвинченной Катюхой. – И после того, как мы нашли первый скелет, там у лифта.
– Не знаю, может быть, – отмахнулась девушка, презрительно фыркнув. – Да и знаете, что… Прежде мы друзей не теряли. Сначала Андрей, потом Серега.
– Кстати о Сереге. Ты в курсе, что ты ему нравилась?
– Да, а что?
– А то, что когда ты ушла искать вентиляционный проход, ему вдруг, сорвало башню!
– И что? Я-то тут причем?
Возникла пауза.
Действительно, она-то тут причем?
Творилось что-то странное.
– Просто ты нетипично себя ведешь! – Дмитрий как-то неумело сбавил обороты.
– Согласен. Может быть, уже пойдем? – я неожиданно осознал, что больше не хочу продолжать этот разговор. Просто раз – и это желание словно выключилось!
– О, господи, да что на вас нашло? Что вы накинулись на меня? Что за предрассудки, а? Что за допрос, что за обвинения? – теперь Катю прорвало и понесло в атаку.
– Да ничего, просто, – пробормотал я, кое-как подобрав слова. В голове мысли путались.
– Просто? Нет, так не пойдет! Какого черта, а?
– Нет никаких обвинений! Хватит уже!
Этот странный, напряженный диалог начался и закончился настолько спонтанно, и неожиданно, что никто даже не успел понять его смысл.
– Хватит трепаться! Идем к насосной станции!
– Да уж пора бы! – недовольно бросила девушка и первой направилась в левый туннель.
Дальше мы шли молча.
Каждый наверняка думал о том, что произошло. Что явилось причиной столь дерзкого и абсолютно безрезультатного разговора? Неужели и правда, это место так действовало на психику?
Туннель снова, довольно круто, начал сворачивать на восток. Здесь, вроде бы, даже воздух был чище. Или же мы настолько привыкли к затхлому подземному воздуху, что перестали замечать перемены.
Дмитрий шел первым, слегка обогнав девушку. Та недовольно косилась на нас обоих, но упорно молчала.
– Перекусить бы не мешало, – произнес я, сбрасывая рюкзак с плеча. – Идти вперед мы можем сколько угодно, но голод ещё никто не отменял!
И действительно. Только Дмитрий в вентиляционном туннеле успел приговорить банку тушенки, а вот у меня и Катюхи желудок уже давно воспроизводил утробные монотонные звуки. И почему мы не пообедали, когда ждали результата работы паровой машины? Наверное, из-за нахлынувших эмоций.
– Кать? Ты как?
– Согласна! – кивнула девушка, слегка смягчившись.
– Что, прямо здесь? – Дима осмотрелся по сторонам. – На рельсах?
– А почему нет? Сомневаюсь, что тут поезда ходят!
– Может быть, хотя бы какую-нибудь платформу найдем? А то прямо так, на рельсах…
– Ничего, нормально! Что тебя смущает?
– А там ещё что такое? – вдруг напрягся Дима, услышав шум в туннеле.
К ним что-то приближалось…
Пройдя вперед около трехсот метров, парень остановился. Яркий луч света натолкнулся на стоящую прямо в центре темного туннеля старую, явно кустарного производства дрезину. Она представляла собой железную платформу с бортами, поставленную на шасси. Сзади висел двигатель, с большим алюминиевым бензобаком. В центре платформы стояли деревянные ящики, наполненные песком. Позади, на закрепленном деревянном брусе висела лампа в стеклянном плафоне.
– Ага! Вот так находка. Значит, все-таки это метро?
Андрей обошел транспорт по кругу, осмотрел его. Затем забрался внутрь, разглядывая грузовое отделение.
– Похоже, двигатель рабочий. Ещё было бы топливо. – Андрей проверил бак и разочарованно хмыкнул. – Ага, как же!
Но, осветив дрезину фонарем ещё раз, он, вдруг, обнаружил подвешенные снизу, под днищем, три небольшие канистры в ряд. Две из них оказались пробиты, зато третья, почти доверху была наполнена керосином. А ещё, прямо под транспортом, на рельсах, Андрюха обнаружил скелет человека. Судя по характеру повреждений, бедолагу просто переехали на той же дрезине.
– Так! И тут скелет! – ухмыльнулся он, а затем, обратился к человеческим останкам. – Прости парень, но мне придется воспользоваться твоей маршруткой!
Тот, разумеется, был не против.
Отсоединив канистру, парень убедился, что в ней действительно было топливо. Открутив крышку бензобака, Андрей вылил половину содержимого в бак, после чего дернул рычаг. Двигатель сначала фыркал и чихал, не желая заводиться, но после все-таки затарахтел. Из прицепленной сбоку выхлопной трубы громко выстрелило облако сизого дыма. Затем, ещё одно.
– Эй! Тише, тише! – ласково пробормотал Андрей, забираясь в транспорт и устраиваясь поудобнее. – Чего ты? Нормально же общались!
И тут, почти сразу же, вспыхнул мощный фонарь, прикрепленный прямо под рамой. Он был напрямую соединен с двигателем. Сразу за ним загорелась и подвешенная на брусе лампа. Андрей удовлетворенно присвистнул и выключив свой фонарь, сунул его в карман.
Выжав ручку дросселя, он почувствовал, как дрезина вздрогнула, а затем, протяжно скрипнув, медленно покатилась вперед, постепенно набирая скорость. Он уселся в самодельное кресло на носу, достал из рюкзака бутылку воды и, открутив крышку, сделал несколько больших глотков.
– Жить можно!
Десять минут спустя, разогнавшись до довольно приличной скорости, Андрюха заметил, что туннель пошел под уклон, постепенно уходя на восток. Компас работал с переменным успехом, постоянно сбиваясь и забывая, где юг, а где север. Похоже, что-то мешало его работе. Может быть, где-то в толще стен есть прослойки магнитной руды?