Максим Дегтярев – Моролинги (страница 5)

Сейчас лучше бы он меня не отвлекал. Разумеется, я заметил, как Вейлинг попытался открыть крышку своего комлога, но его босс быстро пододвинул комлог к себе, потом сделал вид, будто передумал смотреть, закрыл крышку и оставил комлог лежать перед собой, словно он у них один на двоих.

«Осторожный, черт!» – прокомментировал Шеф, которому не дали подсмотреть в чужой комлог через одну из вмонтированных в стену камер наблюдения.

Недрогнувшим голосом Ларсон выдал:

– Мы готовы с удовольствием выслушать суть вашего дела. То, как вы объяснили ваш выбор, избавляет нас от необходимости лишний раз заверять вас: что бы вы нам не поручили, все будет сделано быстро и, разумеется, хорошо.

Во дает, думаю.

«Хм», – хмыкнул Шеф на экране. Заговорил Вейлинг.

– Суть дела такова. Как вы знаете, наша компания поставляет на рынок программную продукцию развлекательного характера – компьютерные игры, одним… эээ… двумя словами… Последняя наша новинка – игра «ШДТ» – пользуется большой популярность среди любителей так называемых интеллектуальных игр.

– Простите, о какой игре, вы говорите, идет речь? – вмешался я, рискуя не быть причисленным к интеллектуалам.

– "ШДТ" – «Шесть дней творения». Я скажу о ней несколько слов, хотя, по настоящему, содержание игры к делу не относится. Игра «ШДТ», не больше не меньше, как симуляция развития Вселенной начиная с Большого взрыва и кончая появлением в ней… Появлением в ней того, кого игрок сумеет создать. В этом и заключается цель игры. То есть игрок выступает в роли виртуального Господа Бога, но, разумеется, рекламируя игру, мы таким сравнением не пользуемся. В игре шесть уровней. Каждый уровень соответствует одному дню творения, но соответствие не является полным, поскольку строгое соответствие первоисточнику, в силу известных нам причин, невозможно. Тем не менее, в самой игре уровни названы днями. В первый день игроку необходимо создать подходящую галактику. Она может быть похожа на наш Млечный Путь, а может оказаться и совсем иной. В конце концов, свойства галактики не слишком влияют на возможность возникновения в ней жизни. Другое дело – планетная система. Ее игрок создает на второй день. Точнее, он выбирает из тех планетных систем, что начали зарождаться сами собой по законам космической эволюции. Что-то он, конечно, в состоянии подправить по ходу дела, иначе, сами понимаете, было бы неинтересно. Второй день – или второй уровень, заканчивается созданием первичных органических соединений – строительных элементов будущей жизни. На третий день игрок создает первичные формы жизни. Если проводить аналогию с развитием жизни на Земле, то результатом третьего дня творения должны стать беспозвоночные. Следуя той же аналогии, на четвертый день игрок создает позвоночных вплоть до млекопитающих. На пятый день – высших млекопитающих, из которых на шестой день он должен сотворить человека – или вроде того… – не совсем уверенно Вейлинг завершил описание игры.

– Понятно, – коротко отреагировал Ларсон.

Я ждал, что появится на экране, но Шеф притих.

– А как осуществляется, так сказать, созидательный процесс? – спросил мой коллега.

Краузли улыбнулся широченной улыбкой и вымолвил:

– Создавая нас, природа играла в орла и решку. В игре «Шесть дней творения» игрок сам указывает монетке, какой стороной упасть. Впрочем, игрок может и ошибиться. Поэтому задача игры довольно непроста, но, в конце концов, – разрешима. Более того, умный игрок должен во столько раз опередить природу, во сколько раз «Шесть дней творения» сложнее «орла и решки».

– То есть, например, для управления ходом эволюции жизни игрок сам вызывает те или иные мутации? – спросил Ларсон.

– Именно так, – кивнул Вейлинг.

Я не вытерпел:

– Эээ, а что требуется от нас?

– Да, что же требуется от вас…– растягивая слова повторил за мной Краузли. – Для игрока, сумевшего преодолеть пятый уровень, мы назначили приз – довольно крупную сумму. Некоторое время назад мы получили достоверное свидетельство, что кто-то из игроков справился с заданием. Но за выигрышем он не пришел. Более того, нам даже не удалось с ним связаться. Поэтому мы просим вас его найти. Вот, собственно, и всё.

«Спроси, сколько…», – дал указание Шеф еще до того, как Краузли замолчал.

А то бы я сам не догадался.

– Какова сумма выигрыша?

– Это, естественно, не секрет. Один миллион.

Я чуть было не спросил, миллион чего. Понятно, чего. Конечно, это не та сумма, чтобы класть из-за нее голову, но, простите, где, говорите, эту игру можно купить? Черт, забыл, что победитель уже есть. Но кто, собственно, сказал, что он найдется? Ведь в конечном итоге искать-то придется мне, а не Ларсону.

«Двадцать процентов нас устроит», – вылез на экране Шеф.

Бедный Шеф, он постоянно должен думать о том, как прокормить себя, Отдел и всю эту ораву из прочих отделов, включая совсем больших боссов. Но он перегнул. Одно дело, запросить с клиента двадцать процентов от его будущей прибыли, а тут, вроде, клиент ни на какие барыши и не рассчитывает – даже наоборот. И тут до меня дошло: Шеф планирует взять деньги с победителя за то, что мы его найдем и силой заставим взять выигрыш, если он, такой упрямец, не желает брать деньги добровольно.

– Когда игра поступила в продажу? – спросил Ларсон.

– В прошлом году, – ответил Вейлинг.

– Если можно, точнее…

– В конце ноября.

– А когда вы получили вышеупомянутые свидетельства?

У клиентов произошла какая-то заминка. Вейлинг метнул взгляд на своего босса.

– Месяц назад, – сказал Краузли.

Шеф: «Заметил?».

Ничего я не заметил.

– Сейчас у нас начало июля, – вслух размышлял Ларсон, – стало быть, с момента выхода игры прошло семь месяцев. Как вы считаете, полгода это разумный срок, чтобы дойти до шестого уровня?

– Раз кто-то до него дошел, следовательно, разумный, – отбрил Ларсона Краузли.

Я спросил:

– Вы сказали, что вы получили доказательство того, что некто выполнил условие конкурса. Доказательство какого рода?

– По ходу игры ведется подсчет очков. Результат записывается в специальный файл. Этот файл и был нам прислан.

­– Файл может быть подделан?

– Маловероятно. К тому же, нет смысла подделывать только файл с результатом. Мы бы проверили все состояние игры. Всю позицию, так сказать. А подделка позиции по сложности сопоставима с честным выигрышем… – Краузли задумался. – Я бы сказал, эквивалентна, – добавил он немного спустя.

– Тогда могло произойти следующее, – подхватил мою мысль Ларсон, – Игрок прислал вам подделанный файл с результатом. Потом он сообразил, что для получения выигрыша этого не достаточно и предпочел не рисковать.

– Такое возможно, – согласился с ним Краузли, – Но существа дела это не меняет. Если файл подделан, то мы имеем дело с попыткой мошенничества. И чтобы впредь такого не допустить, мошенник должен быть найден.

Его позиция была мне понятна, за исключением одного маленького момента.

– Поиски могут потребовать больших затрат. Стоит ли в таком случае возиться?

– Затраты нас не интересуют, – отрезал он, – следовательно, они не должны интересовать и вас.

Мне такого ответа было достаточно, но Ларсону, вероятно, нет. Он сказал:

– Я полностью с вами согласен. Хочу только прояснить ситуацию. Полагаю, я не ошибусь, если предположу, что сами вы в попытку мошенничества не слишком верите. Если мы найдем победителя, и он не окажется мошенником, вы будете вынуждены расстаться с миллионом. Не спорю, вероятно, у вашей компании их достаточно. Таким образом, ваша цель – найти победителя вне зависимости от того, честный он игрок или мошенник. Я вас правильно понял?

– Абсолютно! – уверенно подтвердил президент «Виртуальных Игр».

– Прекрасно, – обрадовался Ларсон, но я заметил, как он слегка вздрогнул, взглянув на свой экран. – Кроме присланного файла, вы еще располагаете чем нибудь, что помогло бы нам найти победителя?

– Только файл, – огорчил Ларсона Вейлинг.

– Жаль… Разумеется, он нам потребуется.

Ответ Краузли меня удивил:

– Пока мы можем предоставить вам только оболочку с обратным адресом. Сам выигрышный файл вам ничем не поможет. Расшифровать его способны только наши специалисты. Содержание – оно у вас будет. Сейчас я оставляю вам вот это, – он выложил на стол кристалл памяти.

– И игру тоже хотелось бы иметь, – вставил я.

Клиенты с улыбкой переглянулись. Вейлинг достал красочную упаковку.

– Наслаждайтесь, – сказал он мне.

Я поблагодарил.

На этом беседа с клиентами завершилась. Мы вышли в коридор. Там нас уже поджидала Яна. Клиенты были переданы ей с рук на руки, и они ушли оформлять контракт. Мы с Ларсоном облегченно вздохнули.

«Через пять минут ко мне», – раздалось из громкоговорителя в переговорной.

– Как раз достаточно, чтобы приготовить и не выпить кофе, – буркнул Ларсон.

– Пойдем попробуем? – предложил я.

– Сам пробуй, – и он пошел в сторону лаборатории, где день и ночь трудился на наше общее благо.

Как и предсказывал Ларсон, сварить кофе я успел. Но не выпить. Шеф благосклонно позволил сделать это у него в кабинете.