Максим Дегтярев – Моролинги (страница 10)

– С добрым утром! – поздоровалась она с экрана, затмив собою сообщение про упавших в Воронку туристов.

– С добрым. Ты в такую рань уже на работе?

– Ничего себе рань! По-твоему, сколько сейчас времени?

– Девять, без пятнадцати, – отвечаю я, а сам жду подвоха.

– Угу, без пятнадцати, но десять. В этом году решили на зимнее время не переходить, чтоб ты знал.

– Скажи тоже самое, но моему компьютеру, – попросил я. – А что, Шеф уже рвет и мечет?

– Пока только рвет. Мечет Ларсон – одну галактику за другой. Он всю ночь играл в ШДТ, создал галактику и планетную систему, но не учел эффект черной материи, и все планеты разбежались через пять витков. А звезда превратилась в красного гиганта и, кажется, собирается расти и дальше. Ларсон разбил мануалку, Шеф дал другую и сказал, что больше не даст. Ларсон теперь не знает, что дальше делать – то ли убирать черную материю, то ли новую звезду создавать. Сроки его сильно поджимают – с момента Большого Взрыва десять миллиардов лет прошло.

– Подумаешь! У Бога дней много.

– Не скажи! Он что-то там напутал с космологической постоянной, Вселенная получилась у него как мячик, и вот-вот начнет сдуваться. Если сдуется, начинай все сначала. А это худшее, что может произойти в игре, сразу минус тысяча очков.

– Ну и ладно – не будет зазнаваться. А вообще-то я там нужен?

– Нужен даже очень, потому и звоню. Про Корно слыхал?

– Даже видал!

– Вчерашние клиенты вот-вот пожалуют. Ты бы пришелся очень кстати, а то Ларсон сейчас невменяем, к клиентам его допускать нельзя.

– Все понял, вылетаю. А ты иди и помоги Ларсону.

– Ларсон заперся в лаборатории и никого не пускает. По-моему, сейчас и интерком отключил. Ладно, скажу Шефу, что ты скоро будешь. Пока.

На экране вновь появился новостийный канал. Вселенские новости кончились, настал черед местных фаонских новостей. Так я добрался и до убийства. Агентство криминальных новостей «O tempora! O mores!» било тревогу:

Срочное сообщение!

Как нам только что стало известно, вчера в собственном доме был убит Чарльз Корно, ведущий программист компании «Виртуальные Игры»– известного производителя означенного в названии компании продукта. Полиция наотрез отказалась что-либо комментировать, но, тем не менее, наши корреспонденты выяснили, что по подозрению в убийстве арестован другой сотрудник «Виртуальных Игр» – некто Рауль Амирес, проживавший вместе с жертвой. Их отношения выходили далеко за рамки чисто служебных, поэтому полиция активно прорабатывает версию убийства на бытовой почве.

Семья, живущая по соседству, неоднократно являлась свидетелем бурных семейный сцен между Корно и Амиресом. Однако они и предположить не могли, что обычный семейный скандал закончится столь трагично.

Наше агентство будет внимательно следить за ходом расследования, и обо всех новых подробностях этого страшного преступления наши зрители будут извещены первыми. Мы верим: убийца не уйдет безнаказанным, а жертва – неотомщенной!

Хм, жертва уже никуда не уйдет, а клиенты «вот-вот пожалуют»…

Представляю себе, заходит Краузли, за ним – малыш Вейлинг, перепачканный кровью. Заходят они и говорят, что в наших услугах больше нет необходимости, поскольку они уже нашли и Счастливчика, и его сообщника Корно. Нашли, судили и казнили. Мы спрашиваем, каким образом они сумели проникнуть в дом. Они отвечают, что это профессиональная тайна.

Лично мне наплевать, как они там разделались со своими внутренними врагами, мне интересно, зачем Корно вышел в тамбур и почему дверь на улицу оказалась открытой…

Кусок засохшей тянучки выскользнул из пальцев и упал в кофе.

Почему тянучки тонут?

Я поскреб вилкой по дну. Тянучка расползлась и теперь требовалась ложка. Брр, ну и гадость. Я выплеснул кофейно-тянучную гадость в раковину, сполоснул чашку и пошел собираться на работу.

Шеф был не в духе. Он хмуро посмотрел на меня и с ударением на слове «день» произнес:

– Добрый день.

По моим понятиям, половина одиннадцатого – это утро.

– Только не говорите, что я проспал убийство. Корно убили вчера, а проспал я сегодня.

Шеф хлестнул проволочкой о край стола.

– Все, молчу, молчу.

Он, оказывается, разговаривал с Виттенгером по видеофону, и я ему мешал.

– Спросите у Амиреса, где он был перед тем, как услышал звонок посыльного.

На том конце произошел какой-то диалог, затем Виттенгер ответил:

– В кабинете.

– Черт, это понятно! Я имею в виду, перед тем, как оказаться в кабинете.

Снова шебаршение на том конце.

– Он говорит, в ванной.

– Там есть монитор камеры слежения?

Проконсультировавшись с подозреваемым, Виттенгер ответил, что монитора в ванной нет. Шеф сказал, что ему все ясно и попрощался.

– Что нового у Виттенгера? – спросил я.

– Шокер из тамбура не принадлежал Корно. Модель, правда, та же самая, но заводской номер другой. Второй шокер, зарегистрированный на Корно, нашли в доме при повторном обыске. Маловероятно, что Корно приобрел два шокера.

– А следы?

– Принадлежат Корно, но убийца мог приложить шокер к его руке уже после убийства.

– Думаю, Амирес Корно не убивал, – заявил я. – Ставлю на посыльного Джима. Он вызывает подозрение уж тем, что выполняет работу мальчика на побегушках. И это в его-то годы! Я подрабатывал посыльным, когда учился в школе.

– А ты учился в школе? – удивился Шеф. – Ты мне об этом никогда не рассказывал. Эта новость стоит прибавки к жалованию. Разумеется, Амирес не убийца. Чарльза Корно убил тот, кто пришел сразу после Джима.

– Как это?

Шеф недоверчиво покосился.

– Ты правда учился в школе? Что-то я сомневаюсь. Все очень просто. Посыльному Джиму открыл Корно, а не Амирес, поэтому Корно сам пошел забирать упаковку. Он сделал это сразу после ухода посыльного. Когда он вышел в тамбур ко входной двери подошел кто-то, кого Амирес принял за посыльного. Амирес открыл внешнюю дверь, не зная, что Корн находится в тамбуре, и Корно оказался нос к носу со своим убийцей. Убежать в дом он не мог, поскольку открытая входная дверь заблокировала вторую дверь – ту, что из тамбура в холл. Сомнительно, чтобы убийца рассчитывал на такое стечение обстоятельств, но он не растерялся. Вернее, немного он все-таки растерялся, иначе удар шокера был бы смертельным. Впрочем, Корно это не помогло. А убийца беспрепятственно удалился.

– Гениально! – воскликнул я. – Осталось только установить имя убийцы. Хотя, к чему это нам. Мы ведь дело об убийстве не расследуем. Мы Счастливчика ищем.

– И много ты таких нашел?

– Во-первых Амирес. Он разрабатывал игру вместе с Корно, и к тому же он действительно счастливчик – так отвертеться от обвинения в убийстве.

– Пока еще не отвертелся. Кто «во-вторых»?

– Думаю, Ларсон. Говорят, он делает успехи. Кстати, как дела у наших клиентов? Корно могли убить и они. Предположим, они установили его связь со Счастливчиком и решили сами наказать предателя. Амиреса они просто подставили. Убийство произошло в час дня, а от нас клиенты уехали в двенадцать. На подготовку у них был целый час. Рауль, сам того не ведая, им помог. Но я бы клиентов не сдавал так сразу, пусть хотя бы аванс заплатят.

– Уже заплатили, – успокоил меня Шеф. – Кончай молоть чепуху. Надо бы покопаться в компьютере Корно. Виттенгер уже туда наверняка слазил. Но есть надежда, что полицейские хакеры слабее наших. В противном случае они не работали бы на полицию. Попроси Яну залезть в почту Корно. А я попрошу Виттенгера показать нам файлы, которые он сумел унести с собой.

– А он согласится?

– Не за просто так, разумеется. Вероятно, потребует показать ему клиента.

– Господа Краузли и Вейлинг ждут вас в переговорной комнате, – оповестила нас Яна.

– Не пойду, – Шеф уперся, прежде чем я спросил его, кто будет замещать Ларсона.

– Воля ваша! – констатировал я и без того очевидный факт.

Когда я вошел в переговорную комнату, Яна щебетала что-то про погоду, про природу и про «ШДТ», мол, какая замечательная игра, эти ваши «ШДТ». Краузли и его помощник сидели с каменными лицами – убийство их ведущего сотрудника подпортило им настроение. Клиенты нетерпеливо пожали мне руку, а сами оглядывались на дверь, ожидая начальника, то есть Ларсона.

– Господин Ларсон задерживается, поэтому мы начнем без него, – сказал я. – А, вот и он! – пришлось мне тут же добавить.

Ларсон, на ходу приглаживая растрепанные вихры, буркнул «добрдень» и в нерешительности остановился: его вчерашнее место теперь занимал я, а на моем сидела Яна. Перед третьим креслом с нашей стороны стола терминала не было.

– С вашего позволения, я вас оставлю, – улыбнулась клиентам Яна и освободила Ласону место.