Рывок удался на славу, Нинка свалилась на спину в конечном итоге. И падение ее сопровождалось громким грохотом откуда сверху из кухни…
В зависшей тишине, в тот миг когда Нинка переворачивалась на живот, дабы затем встать на четвереньки, из кухни раздался знакомый голос: «Вооо! Отлично! Ты, что бы десять раз в подполье не лазить, маленько в сторону большой комнаты проползи, там еще один провод есть! Дергай за него и тогда телевизор уронишь! А то, что это такое – всего лишь радиоприемник расхреначила!»
Нинка вскочила на ноги, словно пружина, больно ударилась головой обо что то и молча кинулась к лазу. Выскакивая, как черт из табакерки на поверхность кухни она заорала: «Ааа! Кто здесь?! А ну покажись! Вы меня с ума не сведете! Я свое дело сделаю и только тогда уеду! Где ты? А ну выходи, я тебе всю морду разобью гадина! Пугаешь ходишь, козел!»
Она вновь носилась по дому, на ходу отдирая липкую паутину с лица. А в доме было вновь тихо… Это было уже не смешно и Нинка решила действовать радикально. Весь сумбур ушел из ее головы, она понимала, что кто то пытается над ней шутить или запугивать ее, но это было уже все объяснимо и понятно. Потому и план родился вполне действенный…
Подойдя к зеркалу и оценив себя на неуд, Нинка спокойно переоделась, демонстративно перемещаясь при этом из комнаты в комнату, вновь посмотрелась в зеркало и оставшись довольной собой, пошагала в кладовую, где видела намедни несколько баллончиков дихлофоса. Взяв в каждую руку по баллону она начала распылять вонючую жидкость с самой дальней комнаты, проговаривая при этом: «Ну вот, посмотрим теперь шутничок, если ты здесь прячешься, то сколько ты этот дезодорант нюхать сможешь…»
Вылив все, из обеих баллонов без остатка, Нинка кашляя и плюясь, как тот верблюд, выбежала на улицу. Она включила камеру на телефоне и приготовилась снимать позорное бегство того, кто так жестоко шутил с ней. Телефон несколько раз уходил в режим автоблокировки и Нинка матерясь, трясущимися пальцами вновь оживляла его, готовясь к съемке.
Прошло примерно полчаса, но никто так и не выскочил из дома…
Нинке становилось вновь страшно, ни одно живое существо не сможет высидеть в таком аромате и пяти минут, а тут полчаса…
Из потока мыслей ее вырвал зазвонивший телефон, который она чуть с перепугу не выронила. Заикаясь, она кое как ответила. Звонили по поводу осмотра дома, Нинка на автомате отвечала на вопросы, а когда разговор был окончен она поняла, что не помнит о чем только что говорила…
Нужно было, что то делать и что бы хоть как то отвлечься, она решила вновь нанести визит автомобильных дед мастеру, в надежде на то, что сегодня он не отлучался в поисках электродов…
На полном автомате она прошла дом Светки, свернула к магазину и очнулась уже когда проходила Старые сады. Здесь ей захотелось немного перевести дух и она уселась прямо на траву, под ближайшую, раскидистую яблоню. Прислонившись к потрескавшемуся, старому стволу она запрокинула голову и закрыла глаза. В голове крутилась одна, единственная мысль: «А может и впрямь, плюнуть на все это? Ну если так тяжело идет, может и не нужны ей эти экодома то, а? Ну ведь реально же какая то чертовщина творится здесь!»
Но не долго она позволила слабине брать верх над собой, открыла глаза потрясла головой и вслух ответила сама себе: «Ну уж хренушки! Я так больше жить не хочу! Если есть шанс, я его использую!» С этим она вскочила на ноги, отряхнула джинсы и двинула дальше по дороге.
У развилка она остановилась. Справа виднелись заросли полыни вокруг дома деда Сомона, а поворот налево вел к ближайшему к селу озеру, которое звалось Круглым, из за своей почти идеальной формы. Ей вдруг нестерпимо захотелось пойти к этому озеру и утопиться… От мысли этой, ее бросило в жар и она почти бегом кинулась направо.
Машин у Володькиного дом казалось прибавилось, а может и просто показалось, Нинка делала эти выводы совершенно машинально, продираясь меж замершими в очереди на прием к специалисту автомобилями. Ситуация повторялась по вчерашнему сценарию, никто и не думал открывать дверь, ни в дом, ни в гараж… Это вызвало новую волну отчаяния и страха. Ну вот, что делать то в такой ситуации? «Сейчас я выйду на дорогу и меня встретит дед Сомон и опять будет пичкать своими байками, а потом скажет уезжать! А как уезжать то?!» – думала Нинка пробираясь меж авто назад, на улицу.
Но, как ни странно деда тоже не было и Нинка вопреки собственным ожиданиям даже расстроилась этому факту. Дед конечно был явно «того», но шло от него какое то тепло и спокойствие, что ли…
Немного постояв посреди улицы Нинка решила, что таки нужно вернуться к Светке и договорить, а то как то неловко они расстались, да и возвращаться в провонявший дихлофосом дом, просто не хотелось…
Свороток к озеру она миновала почти бегом, так же быстрым шагом прошла сады и вышла к магазину. У крыльца, как всегда толпился народ и на Нинку не обращал никакого внимания. Видимо к ее персоне, местные сплетницы уже охладели. Она шла мимо столпившихся бабок и теток, шла и не даже не смотрела на них, но вот то, что она услышала краем уха, заставило ее сбавить шаг и начать слушать уже внимательно.
Речь шла про Володьку и какую то огромную свинью, которая довела местного «Кулибина» практически до инфаркта. Если упустить все размытые и очень фантастические подробности, то получалось буквально следующее – вчера, в пору сумерек, пошел Володька к своему закадыке Витьку, что слыл на всю деревню первым самогонщиком. Цель визита была вполне ясна, но вот что случилось далее… Это то и стало причиной «стихийного митинга» на пятачке у магазина. Володька, приобрел живительную влагу и двинул домой, дабы вернуться в исходное состояние нирваны, но немного не дойдя до Старых садов (по дороге, что ведет с Выселок, места крайне непочитаемого в народе) решил, что можно начать дегустацию первосортного пойла. Уселся он прямо на обочине и уже почти откупорил бутыль, но принять внутрь не успел ни капли, ибо услышал, что за ним кто то идет…
Далее следовали голые эмоции и догадки… По существу же получалось буквально следующее – Володька встретил просто нереальных размеров свинью, предположительно породы «крупная белая» и не просто встретил, а имел честь разговаривать с ней…
Половина собравшихся сходилась во мнении, что Володька разговаривал не со свиньей, а с «белочкой», вторая же половина верила в железное здоровье местного автослесаря и дружно утверждала, что свинья эта появлялась уже не раз и не два, потому как даже уставший от возлияний Володька, умудрился рассмотреть одну отличительную особенность – у свиньи, на правом глазу имелось бельмо…
Нинку же привлек, не этот бред про видения алкоголика, а то что многие женщины упоминали полушепотом имя Агны и мелко крестились при этом…
Поняв для себя главное, что Володька теперь лежит в ФАПе под капельницей и машину ее никто не починит, Нинка пошла дальше…
Светка встретила ее на удивление радушно, словно и не помня неприятных слов в свой адрес, она вновь пригласила подругу за стол под яблонями и видя, что гостья находится в гораздо меньшем возбуждении налила в большие, расписные кружки ароматного чая, словно давая понять, что разговор может затянуться.
Они сидели не глядя друг на друга и молчали, лишь изредка прикладываясь губами к кружкам. Первой не выдержала Нинка: «Свет! Ну вот скажи только без вашей, местной эзотерики – что здесь вообще происходит? Ну бред же какой то! У меня в доме кто то прикалывается! Дед несет дичь страшную, бабка эта… Теперь еще про свинью какую то байки все село травит! Ты кстати прости меня, что я тут пошумела, думала на тебя с дуру…»
Извиниться толком, Нинка просто не успела, на словах про свинью Светка просто подскочила и стала ходить от стола, до угла дома, словно матерый писатель, вынашивающий очередной шедевр. Этот факт крайне напугал Нинку, она даже сжалась в комок, глядя на поведение подруги. Вдруг Светка резко остановилась и вернулась за стол, взяла кружку обеими руками, поднесла ко рту, но пить не стала… Она вдруг пристально посмотрела на Нинку, от чего у последний пошли по спине мурашки, размером с кулак.
«Слушай, вот ты говоришь объяснить тебе все без мистики. Я сейчас подумала и даже не знаю, как это сделать то! Ну хорошо. Повторю, что сказала тебе по утру – собирайся и вали отсюда, как можно быстрее и как можно дальше! Вернешься через неделю или лучше дней десять и не нужно будет ни про какую эзотерику разговаривать!» – крайне резко и доходчиво проговорила Светка.
Теперь была очередь Нинки, мерить шагами бетонную дорожку. Она не стала давать волю эмоциям, для чего даже сжала кулаки и прикусила нижнюю губу. Собравшись с мыслями она так же спокойно ответила: «А если я не уеду?»
И как ни странно получила практически моментальный ответ: «Ну хорошо, не уезжай, но я как подруга позволю таки себе, дать тебе несколько советов, постараюсь максимально без мистики, а простым, доступным языком. Если не уедешь, будет тебе очень страшно скорее всего, а может и даже испугаться не успеешь… Так вот – слушай простые жизненные советы! Голосов в избе не бойся, не ходи на озеро, не ходи на Выселки, не ходи к заброшенной церкви и уж тем более в сторону кладбища! А если вдруг захочешь увидеть истину, то повернись к ней спиной, наклонись и взгляни через низ подола! С наступления сумерек из дома ни ногой! Дверь не открывать ни кому, даже мне! Вот видишь, не очень то получается давать тебе советы без эзотерики! И повторю еще раз – вали ка ты подруга в город, я искренне тебе это советую! Больше я ничего добавить не могу. Явно сочтешь меня за слабоумную…»
