Максим Бахарев – Подсолнухи. ПоZVони мне (страница 3)

– Мотор, поднимайся! Пять малых, машину на выезд, с собой двух бойцов захвати.

Мотор перевернулся на бок, подняв правую руку вверх. Буркнул в ответ что-то нечленораздельное и переместил своё тело в положение сидя. Долговязый, не дожидаясь, пока водитель закончит свои движения и поднимется, развернулся и направился на выход, обронив дневальному пару фраз с просьбой проконтролировать подъём Мотора.

Тёмно-зелёная буханка выскочила на окраину села М. и погасила наружную иллюминацию. Водитель снизил скорость, приблизился к лобовому стеклу и навис над баранкой, вглядываясь в темноту. Ночь накрыла собой ландшафт, сделав практически неразличимыми полотна пересекающихся грунтовых дорог.

– Товарищ капитан, что там стряслось? – не меня положения тела, водитель задал вопрос пассажиру справа от себя, не забывая сохранять бдительность и маневрировать по ходу движения.

– Мотор, я сколько раз тебе говорил – не называй моего звания, – отозвался пассажир.

– Извините, това… – Мотор осёкся, замер на долю секунды и, как ни в чём не бывало, продолжил: – Риддик, там что-то серьёзное?

– Пока не знаю, доложили, что от взрыва сложилась мазанка.

– Точно кто-то наводит, уже не первый прилёт туда оформлен.

– Следаки разбираются. И разберутся, у нас другая задача.

Риддик развернулся в сторону салона буханки, чтобы дать указание своим помощникам:

– Рост, тебе пройтись по линии разрушенного дома, опросить соседей справа и слева. Куст, тебе на противоположной стороне от прилёта, также прочесать соседей.

Оба бойца откликнулись, принимая указание, утвердительным согласием:

– Есть, принял.

Если посмотреть на село Н. с высоты птичьего полёта, то в плане его расположения хорошо просматривалась буква «Т», где в центре пересечения двух отрезков располагалась площадь перед Домом культуры. Двумя неделями ранее именно на этой площади произошёл взрыв, по предварительной версии от 122-миллиметрового снаряда, от которого осталась на память приличная воронка.

Риддик приказал оставить машину рядом с площадью и выдвинуться к месту очередного взрыва пешком, благо расстояние исчислялось в пределах двухсот метров.

Село не освещалось в ночное время, поэтому догорающая мазанка была видна от самой площади. Пожарную бригаду никто не вызывал, поскольку возгорание было локальным, не выходящим за пределы пострадавшего участка. В основном горела солома внутри мазанки, которая вспыхнула и быстро прогорела, передав местами огонь деревянным окнам. Больше гореть было нечему. А когда стены постройки сложились внутрь карточным способом, возгорание практически угасло в считанные минуты.

На улице, в тот момент когда Риддик с бойцами подошёл к пострадавшему объекту, находились двое военных, оба из следственного отдела. Во всех соседних домах зияла полная темнота в окнах, и на улице ни одного гражданского человека не было.

– Здорово, мужики! – подойдя к военным, поздоровался Риддик.

– Здорова, Риддик! – отозвались военные.

Оба были похожего сложения. Одеты в уставную форму. Отличие было лишь в занимаемых должностях: начальник и заместитель – Капа и Пыж. На участке рядом с догорающей мазанкой суетились ещё двое из следственного отдела, рядовые, собирающие данные по взрыву. Они что-то там замеряли рулеткой и время от времени записывали в блокнот.

– Тебя-то зачем сюда вызвали? – спросил Капа Риддика.

– Ребя, за работу, – прежде чем ответить Капе, скомандовал Риддик бойцам за своей спиной.

Те повиновались и разошлись по той установке, которая была доведена в машине.

– Папа лично связался, просил помочь вам, ссылаясь на вашу перегруженность и нехватку лички, – его подчинённые отошли на некоторое расстояние, и Риддик продолжил беседу со следаком.

– Пыж, пройди к нашим, посмотри, что успели нарыть там, – Капа перевёл внимание на своего зама, который без лишних слов кивнул и ушёл на участок.

Будто сговорившись, начальники закурили. Не больше минуты наблюдали за догоравшей мазанкой, а за тем вернулись к разговору.

– Нужно покопать у гражданского населения, по соседям, – Капа начал прямо, без подготовки. – Странно, подряд несколько прилётов и практически в один квадрат.

– ПВО работала?

– В том случае с ДК, да, две на подлёте сбили, третью не успели.

– А этот?

– Похоже на миномётный, странно, что такое точное попадание…

– Миномётный, получается, где-то рядом…

– Совершенно точно, из какой-то ближайшей лесополосы был залп. О чем это говорит?

– Доброжелатели из числа мирного населения.

– Вероятно. Предстоит разобраться. Знаю, у тебя есть паренёк, на гражданке следаком работал, дёрни его, пусть понюхает тут кругом… – Капа прервал свои слова, словно хотел продолжить, но не стал.

– Да, есть такой, позывной Дед, – Риддик бросил окурок и растоптал берцем.

– Скажем так, это факультатив, вне школьного времени, внеурочная деятельность, – Капа растянул уголки губ в улыбку.

– Да, я понял, принял. Как раз бойцы вернулись, поеду тогда. Давай, удачи!

Начальники обменялись рукопожатиями, и каждый направился по своим делам. Риддик с бойцами – к машине, чтобы вернуться в свое расположение в селе М. Капа – к мазанке.

Вернувшись в своё расположение, в село М., Риддик нашёл Деда.

– Задача такая, Дед, – Риддик сидел за столом с чашкой кофе, напротив него, также с кофе, внимательно слушая – Дед. – Это не относится к нашим прямым обязанностям, это просьба о помощи от следаков. Тем более у тебя был такой опыт на гражданке. Нужно будет покататься, съездить в село Н. Машина Мотора под тобой, пока на неделю. Если управишься, очень хорошо, если нет, там уже будем думать. Есть предварительная версия, что кто-то из местных…

Глава 3

Мазанка дышала на ладан. Послевоенная постройка размером пять на пять метров, собранная из глины и сена, рассыпалась по швам, рискуя развалиться, не дождавшись планируемого сноса.

Последние две недели не переставая лил дождь. Позиции, на которых стояла мотострелковая рота, окопы и блиндажи затопило полностью. Приказ перебраться в ближайшее село и найти временное жилье прозвучал как ласковые, но с ноткой строгости слова мамы, которая обращается к ребёнку, стоящему в углу за шалость, разрешая покинуть место наказания.

Бойцы немного поскитались по селу, делая с темноты и до рассвета перерывы на ночлег – под открытом небом в спальных мешках в поле неподалёку. На исходе вторых суток им удалось договориться и снять на неопределённый срок ветхую лачугу.

Подшаманили окна и двери, настелили на пол в большую комнату сена и организовали спальню. Выторговали газовую горелку у той же соседки, от которой таскали тюки соломы. Также позаимствовали кабель и лампочки. В итоге пятеро солдат устроились довольно неплохо, как оказалось впоследствии – светло, тепло и уютно. Военные дела отступили на второй план, мужчины погрузились в быт, наслаждаясь пусть и временным, но всё же комфортом.

Который по счету день проживали в новом жилье, бойцы не считали, однако именно этот вечер обещал быть самым лучшим из тех, что были в этом месяце. Накануне Саньке с позывным Море пришла гуманитарка. На дне коробки средних размеров обнаружился коньяк в пластиковой бутылке. Леха, позывной Санчес, забубенил в казане рис с тушёнкой а-ля плов и салат из огурцов с помидорами. Командир этой пятёрки, он же комвзвода, с позывным ИКС7, сидел на табурете в шаге от стола, на котором собиралось пиршество. С неподдельным удовольствием он курил уставные сигареты, густо выпуская изо рта струю дыма и наблюдая за суетой подопечных. Серёга Мох нарезал колбасу и хлеб. Дэн с позывным Рука настраивал радиоволну на приём новостей.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.