Макс Зорин – Колыбель (страница 3)

— Так и есть, — Лина смотрела на приближающуюся каплю, и в её глазах горел восторг, смешанный с ужасом. — Это не снаряд. Это зонд. Их зонд. Они послали его к нам, как мы послали свой к ним.

— Чего они хотят? — прошептал Итан.

— Контакта, — ответила Лина. — Они тоже хотят контакта. Только… только я не уверена, что их понимание контакта совпадает с нашим.

Капля приближалась. До столкновения оставалось восемь минут.

Глава 3. Грамматика бездны

Объект, которому Лина тут же присвоила кодовое имя «Семя», не стал таранить «Парадокс». Вместо этого он остановился — если можно применить слово «остановился» к чему-то, что двигалось, игнорируя инерцию, — в двух километрах от корпуса корабля. И завис. Абсолютно неподвижно, не проявляя ни малейших признаков активности. Чёрная, идеально круглая сфера диаметром около трёх метров висела в пустоте, словно была нарисована на бархате космоса.

— Оно что, просто ждёт? — спросил Маркус, вглядываясь в показания сенсоров. Его пальцы всё ещё лежали на панели управления, готовые в любую секунду дать команду на экстренное уклонение.

— Не знаю, — честно ответила Лина. Она смотрела на Семя сквозь камеры внешнего обзора, и её зрачки были расширены, как у человека, принявшего сильный стимулятор. — Оно не излучает. Вообще ничего. Ни в одном диапазоне. Но оно здесь, и оно держится на месте. А это значит, что оно компенсирует гравитационное притяжение. И у него и у нас масса в миллионы тонн. Мы должны притягиваться друг к другу. А оно стоит. Как приклеенное.

— Может, это просто… контейнер? — предположил Маркус. — Посылка. Нам её доставили, а теперь ждут, пока мы откроем.

— Отличная идея, — Итан развернулся к нему. — Давай откроем неизвестный объект неизвестного происхождения, который игнорирует законы физики. Что может пойти не так?

В его голосе сквозила горечь. Он вдруг поймал себя на мысли, что ему всё равно. Он устал бояться, устал контролировать каждую мелочь. Ему было пятьдесят два года. Его жена погибла при обрушении жилого купола на Марсе двенадцать лет назад, а дочь — семью годами позже, в экспедиции к Европе, когда отказал компенсатор давления. Обеих он пережил, и обеих не уберёг. С тех пор его жизнь была чередой протоколов и проверок — он пытался компенсировать ту, главную ошибку, когда доверился автоматике, и она подвела. Но теперь, глядя на Семя, он чувствовал только пустоту. Всё его мастерство инженера, вся его дотошность были бессильны перед объектом, который не подчинялся даже фундаментальным законам.

— Нужно изучить его дистанционно, — сказал он, подавив эмоции. — Лина, запускай сканирование. Всё, что у нас есть: лидар, радар, гравитометрию, нейтринные детекторы. Мы должны понять, из чего оно состоит.

— Уже, — отозвалась она. — И знаешь, что? Ничего. Лидар не отражается. Радар не отражается. Оно чёрное в КАЖДОМ диапазоне. Абсолютно чёрное тело с температурой, близкой к абсолютному нулю. Но масса есть, и гравитационное поле есть. А значит…

— Это вещество в состоянии, близком к Бозе-конденсату, — закончил за неё Итан. — Но как удерживается форма? При такой массе и размере оно должно было схлопнуться в микрокаплю. Квантовые эффекты…

— Не работают, — Лина покачала головой. — Здесь работают ДРУГИЕ эффекты. Предтечи переписали физику. Или создали локальную область, где действуют иные законы. Это Семя — не объект. Это… патч. Заплатка с чужой реальностью.

Она говорила всё быстрее, и её руки чертили в воздухе невидимые узоры, словно она пыталась ухватить ускользающую мысль. Вдруг она замерла, и её глаза широко распахнулись.

— Слушайте. Смотрите на данные гравитометрии. Частота колебаний Семени модулирована. Она меняется. Вот, смотрите: сначала была последовательность импульсов — короткий, длинный, два коротких. Потом пауза. Потом — длинный, длинный, короткий. Это не случайный шум. Это…

— Сигнал, — прошептал Маркус. — Я же говорил. Морзянка.

— Не морзянка, — Лина вдруг рассмеялась — коротким, лающим смехом. — Это грамматика. Они послали нам грамматику.

Итан непонимающе смотрел на неё. Лина, видя его замешательство, торопливо начала объяснять, размахивая руками. Она указала на экран, где пульсировали графики гравитационных колебаний.

— Смотри. Любой язык строится на комбинации элементов. У нас есть фонемы. У них — кванты гравитационного излучения, минимальные колебания метрики. Разные по длительности и амплитуде. Из этих квантов строятся блоки — эквиваленты слов. А блоки комбинируются по определённым правилам — это синтаксис. Сейчас я вижу комбинацию из пяти блоков. Два повторяются. Три — уникальны. Если бы это было случайным шумом, распределение было бы равномерным. А тут — явная структура.

— Ты можешь это расшифровать? — спросил Маркус, подавшись вперёд. Его страх никуда не делся, он всё ещё жил где-то в глубине, но профессиональное любопытство брало верх. Он был пилотом, но ещё и инженером-связистом, и идея инопланетного языка пьянила его не хуже гравитационных аномалий.

— Расшифровать? — Лина покачала головой. — Нет. Но я могу попытаться найти закономерности. Синтаксическое дерево. Правила, по которым строятся сообщения. Мы не поймём, ЧТО они говорят, но поймём, КАК они это говорят. А это — первый шаг к диалогу.

— Ты предлагаешь ответить? — Итан напрягся. — Послать им сигнал?

— А что ещё нам остаётся? Сидеть и ждать, пока они начнут действовать первыми? — Лина посмотрела на него с вызовом. — Мы — исследовательская миссия. Наша задача — установить контакт. И вот он, контакт, сам пришёл к нам. Неужели мы испугаемся?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.