Макс Волхв – Дневник желаний (страница 5)

– Смотри не обосися, – продолжил он, заливаясь язвительным смехом. – Драться-то будем или передумаешь?

– Будем, – выпалил рыжий парень, стоявший позади Ромы. – Сёма – настоящий пацан, а пацаны слов на ветер не бросают, – добавил он, слегка подтолкнув Романа вперёд.

«Кто ж тебя за язык тянул? – мысленно обругал Рома своего «союзника», поднимая кулаки для предстоящей схватки». В голове мгновенно созрел план: Вова начнёт атаку справа, он ловко уклонится и нанесёт встречный удар под дых. Затем останется только добить противника. Но, как оказалось, Вова был левшой. Наклоняясь, Рома подставил своё лицо под сокрушительный удар, и сила столкновения отправила его в полёт. Он приземлился на живот, чувствуя, дикую боль в правой стороне лица, а во рту металлический привкус крови. Со всех сторон раздался звонкий смех школьников, усиливая чувство унижения.

Внутри Романа кипела ярость, вытесняя страх и любое сомнение. Враг стоял перед ним, и его следовало уничтожить. Одним резким движением он поднялся на ноги и ударил в ответ. Вова, предвкушавший лёгкую победу, не ожидал столь быстрого контрудара и получил прямой в свою пухлую физиономию. Рома, поддавшись азарту, продолжал атаковать, забыв о собственной защите. Но его эйфория оборвалась, когда тяжёлый кулак врезался прямо в лоб, и он снова оказался на земле. Смех толпы сменился возбуждёнными криками зрителей, наслаждающихся разворачивающимся спектаклем насилия. Рома, сидя на корточках, жадно глотал воздух, стараясь прийти в себя. В этот момент перед его глазами возникли сцены из фильма, о котором рыжий упоминал перед боем. Герой, так же как и он, стоял на четвереньках, тяжело дышал, вспоминая уроки мастерства от своего наставника. Внутренний голос прошептал: «Ты можешь! Вставай и сделай это!»

Резко поднявшись, Рома нанёс мощный удар ногой в живот Вована. Его ступня врезалась в мягкое пузо, выбивая воздух из лёгких противника. Не успев увернуться, Вован полетел назад и ударился головой о кирпичную стену школы. Потеряв сознание, он медленно сползал вниз, оставляя на ней кровавый след.

– А-а-а! – испуганно закричали девочки.

– Бежим отсюда! – скомандовал кто-то из мальчишек, и толпа мгновенно рассеялась.

Рома остался стоять на месте, охваченный ужасом. «Я что, убил его? – подумал парень, осознавая масштабы содеянного. – Лишил жизни ребёнка, у которого всё ещё было только впереди». Слёзы сами покатились по щекам. Резкая боль в боку отвлекла его от самокопания. «А вдруг мальчик жив?» – промелькнула слабая надежда, несмотря на явные следы крови на стене. Подойдя ближе, Рома взял его руку и попытался нащупать пульс. Под пальцами прослеживался слабый, но отчётливый ритм. Облегчение охватило его, сменившись новой задачей: «Что теперь делать?» Взглянув по сторонам, он понял, что помощи ждать неоткуда. Решив отнести пострадавшего в школу, Рома попытался поднять его, но тот оказался слишком тяжёлым.

– Кабан ты, а не Вован, – грустно сказал парень и осторожно пошёл в сторону главных ворот школы за помощью.

Почувствовал, как мир вокруг начал медленно вращаться. Перед глазами всплыли чёрные пятна, будто тени, жадно поглощающие свет, оставляя лишь мрак. Тьма сгущалась, становясь плотной и тягучей, затягивая сознание в бездну. Из этой кромешной пустоты, словно вспышки молнии, начали появляться белые буквы. Они мелькали, разлетались в разные стороны, но постепенно стали складываться в строки, образуя осмысленные предложения.

Неожиданно всё перевернулось: белый превратился в чёрный, а чёрный – в белый. Мир вспыхнул яркостью, и Рома ощутил себя снова в своём теле. Он держал в руках дневник, страницы которого были наполнены строками, полными загадок и тайн. Сердце забилось быстрее и парень продолжил читать текст. Его охватило любопытство: чем же закончится эта история?

«В школе меня встретила вахтёрша, она же и уборщица. Не помню, как её звали. Она сбегала за медсестрой, та уже вызвала машину скорой помощи, и Вову увезли в больницу. В результате он выжил, только вот его мучали постоянные головные боли, головокружения и временная потеря памяти. Его сломанная судьба – это мой груз на сердце, который мне нести до конца моих дней. Меня поставили на учёт в качестве неблагополучного несовершеннолетнего. Даже приходили обследовать, где я жил, и проводили беседы с родителями, но это всё неважно. Вова в итоге не получил хорошего образования, спился. Сейчас уже его тело лежит на кладбище. Тебе, дневник, нужны эмоции? Тогда я испытал их целую палитру: страх, боль, гнев, ужас, а в завершение и вину за его испорченную жизнь. Я никогда не узнаю, как бы повернулась его судьба, если бы не эта драка, но назад дороги нет и мне с этим жить».

Роман медленно закрыл дневник, едва сдерживая дрожь в руках. Его сердце всё ещё отчаянно стучало, словно пытаясь вырваться наружу. Резкая боль пронзила рёбра – именно там, куда его в облике Семёна ударил тот самый мальчик. Эта история захватила его целиком, заставив почувствовать каждую эмоцию героя, каждый страх и каждое мгновение боли.

«Хотел жизненного сюжета, вот и получил», – подумал Роман, стараясь успокоиться. Он поднял взгляд на старые настенные часы рядом с монитором. Прошло всего десять минут, но в голове пронеслись события целого часа, возможно, даже больше. Время в дневнике текло иначе, словно само пространство вокруг деформировалось, затягивая его глубже и глубже в историю.

Парень встал и направился в раздевалку, где находился умывальник. Холодная вода была необходима, чтобы остудить лихорадочный пульс. Подставляя руки под струю, он вдруг заметил своё отражение в зеркале. Лицо выглядело бледным, но глаза горели странным блеском – знакомым, словно принадлежащим кому-то другому. Роман взглянул вверх и замер. В углу комнаты, возле шкафчика, стоял тот самый мужчина, которого он видел раньше на улице. Смуглая кожа, тёмные глаза, внимательно следящие за каждым движением парня. В этот раз лицо мужчины казалось ближе, чётче. Оно излучало спокойствие, но вместе с тем – скрытую силу. Никакой угрозы, но и никакого доброго намерения тоже.

Роман почувствовал, как холод пробежал по спине. Мужчина молчал, но его присутствие ощущалось почти физически. Появилось чувство, что он не просто стоит там, а следит за каждым вздохом, каждой мыслью. Парень решил заговорить первым:

– Кто ты? Что тебе нужно?

Мужчина лишь слегка улыбнулся уголком губ, но ничего не ответил. Роман повернул голову в сторону шкафчиков, но там уже никого не было. Лишь лёгкий шорох раздался откуда-то издалека.

– Кто он такой? – растерянно прошептал парень. – Может, он и есть дневник… Или его создатель? А если, он следит за мной, чтобы узнать, какую историю показать мне следующей?

Роман понимал, что дневник – нечто большее, чем просто сборник чужих воспоминаний. Это портал, ведущий в другой мир, полный загадок и опасностей. Если он действительно хочет пройти этот путь до конца, то должен быть готов ко всему. Вопросов становилось всё больше, но искать ответы методом догадок было бесполезно. Оставалось одно – продолжать чтение.

Вернувшись в комнату наблюдения, Роман обнаружил, что Иваныч всё так же скучал, глядя на пустые дороги рынка. Парень уселся поудобнее на диване, глубоко вдохнул и вновь открыл дневник. Рука дрогнула, когда он перевернул страницу. История Семёна продолжалась, и Роман знал, что теперь она будет ещё сложнее и страшнее.

«Вот я и рассказал тебе свою первую историю. Странно, конечно, всё это. Но после того, как я излил свою душу на твои страницы, мне действительно стало легче. Может, ты и вправду волшебный. Тогда сними с меня ещё один груз вины. То, о чём я жалею до сих пор, но эту историю знают только двое: я и мой друг Витька. Нам тогда было по шестнадцать. Наконец-то наступили долгожданные летние каникулы. Компьютеров у нас не было, а значит, и повода сидеть целыми днями дома тоже. Ежедневно мы с ребятами собирались и играли в футбол. Выбрали ровное место в поле, там же и сделали самодельные ворота. В ста метрах протекала река, и прямо после матча мы всей компанией шли купаться. Уже во время водных процедур ко мне подплыл Витька».

К этому моменту Роман погрузился в атмосферу повествования настолько, что реальные ощущения начали смешиваться с теми, что описывал Семён. Он ощутил внезапную головную боль, которая окутала его разум, заставляя закрыть глаза. Холод поглотил его тело, и парень почувствовал, как вода соприкасается с его кожей. От осознания, что не может вдохнуть, началась настоящая паника. Вода вокруг стала густой, плотной и тянула его вниз. Дышать было невозможно, лёгкие сжались, готовые лопнуть от нехватки воздуха.

Открыл глаза и увидел свет, мерцающий где-то вдали, который стал единственным ориентиром. Роман изо всех сил толкнулся руками вперёд, пытаясь достичь поверхности. Каждый гребок давался с трудом, мышцы ныли от напряжения. Наконец, его голова вырвалась из воды, и он жадно вдохнул ртом воздух, чувствуя, как возвращается жизнь. Но тут же несколько капель попали в горло, вызвав новый приступ кашля. Сложно было удержать равновесие и не уйти под воду снова. Постепенно кашель стих, и Роман смог выровнять дыхание.

– Парень, всё хорошо? – спросил мужчина с густыми, пышными усами, плывущего неподалёку.