Макс Вальтер – Жажда. Max (страница 44)

Если рвануть через Кауровку до Булгаково, далее, через три километра, обнаружится съезд на грунтовку, которая в свою очередь приведёт в посёлок Дво́йново, а уже из него, по асфальтированной дороге можно попасть в И́лькино и там спокойно встать на трассу до Мурома. В теории всё вязалось отлично и, наконец, выждав подходящий момент, Макс приступил к действию.

Он выскочил перед дозорными, словно чёртик из табакерки. Здесь машина как раз замедляла ход, в то время как второй дозор уже хвастал габаритными огнями. Ближайшего, пешего бойца, который едва успел спрыгнуть с порога, Макс вывел из игры точным броском. Нож вошёл ему в шею, и о его сопротивлении можно было спокойно забыть, несмотря на то, что он какое-то время ещё будет жив. Следующей целью стал водитель, ему тяжёлый клинок пробил висок, а парень в этот момент продолжал сокращать дистанцию. Третьим умер стоящий позади, в салоне, но уже не от ножа.

Водитель умер мгновенно, и в момент смерти он как раз давил в педаль тормоза. Когда жизнь покинула его тело, ноги резко распрямились, от чего УАЗ замер как вкопанный. Естественно, что инерции при таком торможении оказалось достаточно, чтобы стоящий позади клюнул носом и завалился на передние сиденья. А Макс как раз подоспел к замершей машине, с разбегу запрыгнул в неё и походя рубанул по шее мечом упавшего. Перенёс вес на правую ногу, оттолкнулся и уже сверху обрушился на последнего пешего, который только-только начал соображать, что дело неладное. Меч развалил его голову на две части, остроты клинка и силы удара, помноженной на вес Макса в падении, хватило с достатком.

— Бегом ко мне! — крикнул пацан, и Анфиса сорвалась с места.

Слепая девчонка дважды упала, прежде чем смогла выскочить на дорогу, а тем временем Макс освободил место водителя.

— Правее! — подсказал он девушке, которая едва не проскочила мимо, и она со всего разгона врезалась в машину.

Её трясло, но она справилась, нащупала ручку на двери, рванула её на себя и ввалилась в салон. Макс к тому моменту уже запустил двигатель и, не дожидаясь, пока Анфиса захлопнет за собой дверь, сорвался с места.

Перекрёсток он проехал как можно медленнее, каким-то невероятным усилием воли придерживая ногу на педали газа. Нервы находились в таком напряжении, что хватило бы одного чиха, чтобы он утопил её в пол. Однако, пока всё шло по плану и третий, что едва показался на перекрёстке, моргнул машине фарами вслед, но скорость не прибавил. Макс не зря так долго за ними наблюдал, а потому уверенно вдавил клавишу аварийного сигнала, выждал, пока тот отработает трижды, и отключил.

Сердце бешено стучало в груди, а пацан считал каждую секунду, одновременно ожидая оклика в спину или рёва двигателя.

— Десять, девять… — одними губами шевелил он, высчитывая момент, когда машина уверенно пропадёт из поля зрения, как вдруг позади, словно гром среди ясного неба, тишину разорвал сигнал клаксона.

Всё, об осторожности можно забыть, уже понятно, что манёвр раскрыт и теперь остаётся лишь вжимать тапок в пол, что Макс и сделал. УАЗ рванул вперёд. Хотя как рванул, ускорился, но не так, чтобы с визгом покрышек и дымом от них позади. Однако фора пока оставалась за ними, и парень сосредоточенно гнал машину вперёд, внимательно всматриваясь в дорогу. В голове, словно проблесковый маячок, сигналила единственная мысль: «Главное — не пропустить съезд на грунтовку». И едва машина проскочила Кауровку, парень взял под контроль панель приборов. Его интересовал именно счётчик одометра, потому как похожих съездов в лес может быть несколько десятков, а ему необходим лишь один. И самый верный способ в него попасть — это рассчитать расстояние.

Как оказалось, зря переживал. Нужный съезд представлял собой перекрёсток. Макс притормозил, бросил руль вправо и машину нещадно затрясло на ухабах. Вот только сейчас не до вальяжной езды, позади уже давно слышен рёв моторов преследователей. Но Макс и не надеялся таким образом скрыться от них, а вот увести подальше от подкрепления, как раз в планы входило. Примерно через четыре километра дикой тряски, парень приметил ещё одно ответвление на просёлок. Он резко вдавил в тормоза и бросил машину прямо посреди дороги, проехав немногим дальше этого съезда.

— Вылезай! — приказал он Анфисе.

— Да, блядь, где она⁈ — трясущимися рука та попыталась нащупать неудобную ручку.

— Бля! — психанул Макс, распахнул дверь и бесцеремонно, за шкирку, выволок девушку наружу.

Та не кричала, не сопротивлялась, понимала, что в данных обстоятельствах, такое обращение с ней необходимо. Он помог ей подняться, и они поспешили скрыться в лесу. Макс не планировал ввязывать Анфису в бой, он просто хотел её спрятать. А потому, как только подвернулось подходящее место, он приказал ей лечь, после чего быстро мечом нарубил веток и замаскировал лёжку.

Не забыл парень прихватить и автомат, который остался на покойнике, что исполнял роль дозорного в салоне. Его труп он так и не выкинул — лень было ворочать, да и времени заняло бы слишком много. Зато теперь он при оружии и сможет неслабо потрепать противника, а он, к слову, уже прибыл на рандеву́.

И снова всё сработало ровно так, как и спланировал пацан. Психология преследователей работает по прямому сценарию: его боятся, от него убегают. А потому, завидев брошенный УАЗ, загонщики остановились и выскочили наружу, дабы бурно обсудить, куда в страхе рванула их жертва.

Макс не любил огнестрел, хотя умел им пользоваться. Возможно, не так профессионально, как того требовала ситуация, но на его стороне был эффект неожиданности. Им парень и воспользовался в полной мере. Он выскочил на линию прямого огня и вдавил спуск, предварительно переключив автомат в режим очереди. Магазин опустел быстро, но как минимум трое выбыли из боя сразу, ещё пара точно заработала ранение. И несмотря на то, что ствол автомата плясал как сумасшедший и о прицельном огне речи быть не могло, расстояние было плёвым, и своего Макс добился.

Люди в панике бросились на землю и даже попытались спрятаться за тонким железом автомобиля. Последние как раз и заработали ранения. Едва прозвучал сухой щелчок, и оружие перестало трясти, парень отбросил автомат в сторону и вытянул ножи. Старый набор наконец-то пригодился. Да, он заточен под другой стиль бросков и не имеет серебряных вставок. Вот только они сейчас и не нужны, ведь воевать приходится с людьми, а это в разы проще. Максу даже не нужно их видеть, он знает, где засел и залёг каждый из них, ему доступно слышать их сердцебиение и доподлинно известно, когда и кто вступит в схватку.

Первый дёрнулся слева. Он прятался за колесом, а теперь решил проявить инициативу, возможно, даже приказ получил. Боец лишь слегка высунулся, но Макс увидел движение задолго до того, как тот его совершил, и бросок парень тоже произвёл немного заранее. Клинок сделал полтора оборота и по самую рукоять вошёл бойцу в глазницу, и в этот момент пацан метнул следующий нож, который настиг второго смельчака. Тот поднял голову из-за капота, но даже прицелиться как следует не успел. Тем не менее очередь прозвучала, правда, пули ушли в небо, а за кузовами машин снова началась суета.

Макс не стал дожидаться, когда люди окончательно придут в себя и станут действовать слаженно, собственно, и способных к сопротивлению осталось не так уж много. А точнее, всего трое, двое из которых имеют ранение. Парень рванул к машинам и как тогда, на трассе, влетел на капот одной из них и обрушился на противника с мечом в руках.

Первым умер один раненых. Его привалили спиной к переднему колесу, правой рукой он прижимал плотный тампон к плечу и имел довольно бледный вид. Похоже, пуля разорвала ему артерию. В этой позе его и настигла смерть. Второй, тоже имеющий ранение, но в живот, попытался направить на Макса пистолет, но спуск надавить не успел. Меч со свистом рассёк воздух и на пожухлую листву упала кисть, продолжающая держать оружие. Человек открыл рот, чтобы огласить окрестность криком боли, но кончик отточенной стали вошёл точно ему в пасть, заставив замолкнуть навеки.

А вот здоровый член отряда решил не участвовать в драке, он возомнил себя спринтером. И надо отдать ему должное, успел отбежать на довольно приличное расстояние. Здесь его оборотной техникой не взять, но это и не проблема, ведь на груди остались три новеньких клинка, один из которых и отправился в полёт. Макс не метил в голову или шею, ведь гораздо проще попасть в силуэт спины. А торчащий из неё нож ну никак не способствует побитию рекорда на стометровку.

Боец предсказуемо рухнул на землю, но инстинкт самосохранения продолжал гнать его вперёд. Он попытался подняться и сбежать от смерти на четвереньках, вот только Макс не позволил. Меч в очередной раз спел песнь смерти, и на пыльную дорогу упала отсечённая голова.

Макс вернулся к Анфисе, помог ей выбраться, поправил сбившуюся куртку на голове и направился к УАЗу. Больше всего он боялся, что машина пострадает, но обошлось. Впрочем, не просто так он атаковал с фланга, как раз для того, чтобы не задеть свой транспорт.

Преследователей больше нет, но парень всё равно спешил. Рано или поздно они догадаются, что за манёвр он задумал и могут попытаться перехватить подростков. Анфису он усадил вперёд, на пассажирское место, а сам быстро обошёл покойников и собрал необходимые трофеи. Заодно пустил каждому по серебряной пуле в затылок на случай, если кто-нибудь из них успел воспользоваться чёрным сердцем. Оставлять живого врага за спиной — самое последнее дело. Затем слил с их машин топливо и заправил свою под пробку. По идее должно было хватить и того, что есть, но как говорится, запас карман не тянет.