Макс Вальтер – Жажда. Max (страница 40)

Один из мордоворотов молча кивнул и вышел за дверь, чтобы вскоре вернуться с пакетом немалых размеров. Водрузил его на кухонный стол, после чего вновь вышел в прихожую и с каменным лицом замер у двери. Макс уже в который раз просканировал территорию и убедился, что ситуация совершенно не в их пользу, мало того, она успела неслабо измениться. Двое у двери внутри, ещё двое снаружи, тройка в соседнем доме и столько же засело в жилище через дорогу, плюс у забора, где дежурит машина, у которой так же тройка сопровождения. Ну и по мелочи, парами и одиночками рассыпано по округе. Ещё неизвестно, сколько их может находиться за пределами восприятия.

Была надежда, что скоро рассвет и некое преимущество окажется на стороне Макса. Правда, тогда пришлось бы бросить Анфису, на что он пойти не готов, и старик это прекрасно понимает. Вот только не всё так просто, сердцебиение бойцов оцепления уже принадлежит людям. Похоже, они успели подмениться, пока парень отвлёкся на старика. На всё у парня ушло буквально пару секунд, и за это время он принял пока единственно верное решение.

— Вы знаете Морзе? — он сменил тон, переключил обращение на «Вы» и сел за стол.

— Ещё бы, — улыбнулся тот. — Всё, что ты здесь видишь, сделано его руками.

Макс вдруг совершенно по-новому взглянул на старика и обвёл взглядом кухню. Анфиса уже вовсю хлопотала, нарезала бутерброды и овощи, раскладывала по вазам фрукты и печенье с конфетами, которые тут же выставляла на стол.

— Голодный небось? — продолжая добро улыбаться, спросил Николай Иванович и кивнул на угощения: — Ты налетай, не стесняйся.

— Чай подожду, спасибо, — отрицательно покачал головой тот. — А когда вы его последний раз видели?

— Так она тебе не рассказала? — хитро прищурился старик и кивнул в сторону девушки.

Та сразу замерла, а Макс даже со спины увидел, что её лицо покраснело.

— Макс, прости, но я не могла…

— После поговорите, — перебил её хозяин дома. — До недавнего времени он был у нас.

— А сейчас?

— Сбежал, — пожал плечами старик.

— Но как? Почему?

— Я, мил человек, не совсем тебя понимаю, — снова эта добродушная улыбка на лице, от которой Максу в очередной раз захотелось вогнать деду нож в висок. — Почему он сбежал?

— Нет, с этим как раз всё ясно. Как так получилось, что он всё это время был у вас и никто об этом не знал? Зачем он вам? Я ничего не понимаю…

— А тебе оно и не нужно. Послание на карточке нашёл?

— Вы, я так понимаю, тоже его видели.

— Видел и даже нашего общего друга проведать успел. Совсем плохой стал, одичал…

— Он жив?

— Живой, что с ним станется, — отмахнулся старик, а затем всмотрелся в лицо Макса и расхохотался. — Ах, ты об этом, ха-ха-ха, нет, я его не убивал, и никто из моих людей тоже. Мы вообще против насилия.

— Тогда зачем вам столько охраны, если вы такой добрый?

— Ну, я-то, может, и добрый, а вот окружают меня злые. П-хах, забавно вышло, не находишь? Вы ведь именно так нас называете?

— Как ведёте себя, так и называем, — снова огрызнулся пацан.

— Это уже не совсем справедливо, потому как ситуация сильно изменилась. Анфиска ведь тебе всё рассказала, так, дочь?

— Рассказала, даже показала, — тут же подтвердила та.

— Она и, вправду, ваша дочь? — вдруг поинтересовался Макс.

— Нет, что ты, это я так, фигура речи, — всё с той же приторной улыбкой беззаботно отмахнулся старик. — Нам ведь помощь твоя нужна.

— Что вам Штык рассказал?

— Много чего. Он ведь в основном пустоту всякую мелет. А вот могилку Марины показал и историю любви поведал. Жаль Морзе, видимо, поэтому он стал таким.

— Каким?

— Холодным внутри.

— Где он сейчас?

— Без понятия.

— А в могиле что было?

— Вот, — старик бросил на стол кольцо с красным камнем.

— И всё? — удивлённо уставился на деда тот.

— И всё, — спокойно кивнул тот.

На столе появился чай, и на некоторое время в доме воцарилась тишина. Таких яств Макс не ел уже очень давно. Ветчина просто таяла во рту, свежий хлеб, словно пару часов, как покинул печь и настоящее сливочное масло. Сыр он вообще не видел со времён апокалипсиса, как, впрочем, и настоящий, ароматный чай. Хотя по последнему тот несильно скучал, травяной ему нравился гораздо больше. Персик, так и вообще влетел незаметно, парень и предположить не мог, что они бывают настолько вкусными. Однако переедать он не стал, придерживая в голове момент, что в любую секунду может начаться схватка, а на полный живот особо не побегаешь. Даже ногой под столом Анфису пнул, когда та потянула руку за третьим бутербродом.

— Откуда у вас всё это? — насытившись, поинтересовался пацан.

— Старые запасы. Очень много добра наше правительство сложило под землёй, так сказать, на чёрный день.

— И персики?

— Ха-ха-ха, конечно, нет, их мне привезли с юга Турции. Сейчас там как раз сезон. Так, — старик прихлопнул ладонью по столу, — все правила приличия соблюдены, настало время серьёзного разговора. Ты, дочь, пока здесь порядок наведи, а мы спокойно пообщаемся за стеночкой.

Анфиса кивнула и принялась собирать чашки, а Макс снова окинул её недовольным взглядом и вместе с хозяином перебрался в соседнюю, общую залу. Старик указал ему ладонью на кресло, сам занял точно такое же напротив и внимательно уставился на пацана.

— Что? — первым не выдержал Макс.

— Ты ведь понимаешь, насколько ты ценный? — ответил старик и теперь на его лице не было той сладкой улыбки. — Нам нужна твоя помощь.

— Вы говорили.

— И?

— Вынужден отказаться.

— Нечто подобное я и ожидал, — промолвил старик и вдруг пригнулся, чтобы вытянуть с полки, что имелась в журнальном столике, ноутбук.

Под любопытным взглядом Макса он запустил его, выудил из кармана флешку, которую тут же вставил в приёмник, пару раз щёлкнул клавишей не тачпаде и развернул компьютер, давая возможность пацану рассмотреть происходящее на экране. Старик всё прекрасно продумал и с кем-то другим этот номер, скорее всего, прошёл бы на ура. Вот только не с Максом. Очень уж он молод, чтобы уметь держать себя в руках, а уж о том, что вначале лучше подумать, а затем переходить к действию и говорить нечего.

На экране ноутбука, привязанная к стулу, сидела его мама и кричала. Общий посыл звучал примерно так: «Макс ни на что не соглашайся, беги, а мол, с ней, якобы, всё будет хорошо». Но несмотря на ранний возраст, парень понимал — не будет. Они нашли его слабое место и обязательно продолжат с его помощью манипулировать пацаном. Честно говоря, парень в этот момент вообще ни о чём не думал. Макс начал действовать раньше, чем мозг осознал: он уже натворил непоправимое.

Глава 16

Побег

Макс пребывал в ярости. Буквально пары секунд просмотра видео хватило, чтобы совершить непоправимое и контролировать себя в этот момент он не мог. Внутри проснулся тот самый зверь, который появлялся лишь в моменты невыносимой жажды.

Ещё в заброшенной деревне, когда он перебирал рюкзак, положил серебряную монету в карман и теперь постоянно теребил её, пока общался с Николаем Ивановичем. Это успокаивало, заставляло мысли бежать ровнее. Однако увидев мать в плену, связанную, с разбитым лицом, его нервы окончательно сдали. Он выхватил тяжёлый, серебряный рубль и что было силы метнул им в лицо главы Лиги. Раздался щелчок, голова старика дёрнулась, и он, несколько раз взбрыкнув ногами, обмяк в кресле. Возле носа, чуть ниже глаза, осталась тонкая кровавая полоска, а лицо выражало крайнее удивление.

Убив старика, Макс осознал последствия, которые наверняка ожидают его маму, но сделать уже ничего не мог. Глава Лиги мёртв и обратно его не вернуть. Да, он выпустил злость, но последствия…

На дверях двое уродов, а дом оцеплен. Если начать действовать прямо сейчас, есть небольшой шанс вырваться, вот только рыжеволосая… На улице рассвело, о чём свидетельствует тонкая полоска света, что пробивается сквозь плотные шторы, а значит, на улицу путь закрыт. По крайней мере, вот так, с открытым лицом и руками, а значит, девушка вновь превратится в балласт. Но стоп, тогда как собирался уходить старик со своими? Наверняка в доме должен находиться запасной выход, или он точно так же собирался завязать себе лицо какой-нибудь тряпкой? Нет, в этом Макс сильно сомневался.

Мысли промелькнули в голове за мгновение, и при этом пацан не сидел на месте. Его рюкзак, метательные ножи и меч остались на кухне, где продолжала греметь посудой Анфиса. Убийство старика, похоже, осталось незамеченным, его скрыл шум воды, а может, и крики мамы, которые всё ещё доносились из динамиков ноутбука. Макс спокойно вышел из залы, завернул на кухню, бросив мимолётный взгляд на двоих быков, чем, по-видимому, себя и выдал.

— Эй, а ну, стой! — рявкнул один из них и сделал шаг в сторону пацана.

Но Макс успел прошмыгнуть в кухню и подхватить ножны на шесть клинков, которые спокойно лежали поверх рюкзака. Телохранитель едва успел переступить порог, когда парень совершил бросок. Колышек чётко вошёл уроду прямо в глазницу, после чего тело мешком вывалилось в прихожую.

— Ты чего…? — с полным недоумением бросила на парня взгляд Анфиса, но тот не ответил, продолжая действовать.

Однако второй охранник поступил несколько иначе. Вместо того, чтобы броситься в кухню, он подхватил рацию и закричал в неё: «Нападение! Шеф мёртв! Код…». Договорить он не успел, клинок пробил рацию и вошёл ему прямо в пасть, показав острый кончик с противоположной стороны. Он не умер сразу, взвыл, схватился за рану и даже попытался вытянуть нож, а потому Макс добавил, загнал следующий прямо в глаз. Расстояние всего каких-то пару метров, и в точности бросков парень не сомневался.