Макс Вальтер – Жажда. Max (страница 32)

— Ты дурак, что ли, совсем? — откровенно возмутился Татарин. — Я, по-твоему, кто? С друзей денег не беру. Ладно, сядь вон в кресло, успокойся для начала.

Макс воспользовался советом старшего и опустил зад на продавленную подушку, а Рустам натянул гарнитуру, щёлкнул несколько тумблеров на панели и что-то подкрутил. Затем принялся бормотать позывные, выдерживая небольшие паузы, когда дожидался ответа.

— Ты мне попизди там ещё, — вдруг выругался связист. — Надо значит, раз вызываю. Бизон далеко? В смысле нет, а где он? У вас там артель или чёрт-те что⁈ Развели бардак, бля! Всё, не ори, давай, конец связи.

Татарин стянул наушники и уже серьёзно, с крайне озабоченным и задумчивым видом посмотрел на Макса.

— Ну, чё там?

— Нет его, уже дней десять как, — ответил Рустам.

— А я что говорил⁈

— Ну, ты знаешь, это всё равно пока ещё ничего не доказывает. Обух, твой, мог легко обознаться.

— Во-первых, он не мой, а во-вторых, я думаю, он действительно видел Морзе.

— Дела-а-а, — наконец вспомнил свою коронную фразу Татарин и снова потянулся к фляжке.

— Ещё какие. Что думаешь делать?

— Да хрен его знает, — пожал плечами тот, а потом вдруг встрепенулся: — Хотя постой, ща…

Татарин вновь натянул на голову гарнитуру и защёлкал тумблерами на панели.

— Здорова, Куркуль, дело есть на двадцать баксов, ха-ха-ха. Да не, я серьёзно, дай журнал посмотреть. А чё сразу охуевший, я ж не бесплатно… Ну надо мне. Я тебя хоть раз обманывал? Это не считается, я тогда пьяный был. Сейчас нет, нормальный. Всё, кончай базарить, занеси на десять минут, не обижу. Ты нормальный, нет, мне до тебя на костылях скакать, а у тебя ноги молодые. Давай кабанчиком, всё, конец связи. — Татарин скинул наушники и посмотрел на Макса. — Серебро есть с собой?

— Да, — согласно кивнул пацан. — Сколько надо?

— Ой, да ему можно вообще не платить, это я так, для порядку, ты лучше сгоняй пока до Мяты, пару сисек пивка захвати. Если будут выёбываться, скажи, от Татарина, а то знаю я их, сейчас начнут ныть, что тары нет.

— А «сиська» — это сколько?

— Они знают, давай, мухой только, одна нога здесь, другая там. А я тут покалякаю пока.

— Понял, сейчас всё будет, — подскочил из кресла Макс.

— Чумодан-то свой здесь оставь, присмотрю я, не украдут, не ссы.

— Ага, — коротко кивнул пацан, скинул рюкзак и выскочил за дверь.

Не прошло и пяти минут, как Макс уже стоял под дверью, с двумя полторашками пива в руках и вслушивался в тихое бормотание за ней. Однако звукоизоляция не давала возможности разобрать ни слова, хотя люди там особо и не таились. Татарин хорошо постарался, чтоб никакие посторонние звуки не мешали сеансам радиосвязи. Парень сделал глубокий вдох и потянул на себя дверь.

— Ну наконец-то, тебя как за смертью посылать, давай сюда.

Макс молча отдал пиво, после чего его снова вытолкали за дверь, под предлогом серьёзного разговора. Он снова приложил ухо к двери, но тут же отскочил, потому как кто-то вышел из соседней. Впрочем, женщина прекрасно всё поняла и осуждающим тоном произнесла, мол, подслушивать нехорошо. А как здесь удержаться, когда такое дело? Нервы у парня и без того на пределе, жажда ещё постоянно донимает, того и гляди сорвётся на ком-нибудь.

Чтобы хоть как-то скоротать бесконечное ожидание, он принялся выхаживать по коридору взад-вперёд, заложив руки за спину. В принципе он понимал: даже если вся информация подтвердится и окажется, что отец действительно посещал крепость десять дней назад — это ничего не изменит. Ему по-прежнему неизвестно, где он сейчас и что делает. Хотя, теперь он будет на сто процентов уверен — Морзе жив, а значит, поиски не напрасны. Он его найдёт, обязательно.

Интересно, что заставило его так поступить? Почему он бросил их с мамой? Наверняка для этого имеются веские причины. Может быть, та же Лига? Не исключено.

Почему-то парень не желал думать, что Морзе ушёл просто так, без уважительной причины. Он не хотел этого принимать, хотя именно такой расклад напрашивался в самую первую очередь. В основном, конечно, у знакомых и соседей. Даже Машка, с которой жил Грог, была уверена, что Морзе их просто бросил. Но Макс был с ними не согласен. Он знал, что отец не мог так поступить, в первую очередь потому, что любил маму. Да, в их последнюю встречу он это видел, чувствовал, словно сканер какой. А значит, всё не просто так…

— Эй, парень! — громкий оклик заставил Макса вздрогнуть. — Иди, тебя Татарин зовёт.

— Ага, спасибо, — кивнул тот и быстрым шагом направился в комнату связи.

Рустам с гостем уже опустошили одну полоторашку с пивом, и сейчас он как раз приканчивал вторую. Как только последние капли жидкости скрылись в его бездонной утробе, он мощно отрыгнул, завинтил крышку и отшвырнул пустую тару в угол.

— Не в службу, а в дружбу, занеси после бутылки в Мяту, а то они больше хрен дадут чего, лады?

— Хорошо, — отмахнулся пацан. — Чё там с Морзе?

— Экий ты быстрый…

— Бля, дядь Рустам!

— Ладно, не ори, ща расскажу. В общем, прав ты оказался, приходил он.

— Когда?

— Десять дней назад, в самую утрешнюю смену.

— Ну и?

— Чё, ну и? Его не узнал никто, на КПП новенькие сидели, а фамилию при входе никто не спрашивает.

— А тогда как узнали, что это он?

— Ща, — с довольной рожей повернулся к компу Татарин и развернул фотографию отца на весь экран. — Каждый, кто входит в крепость, фиксируется на камеру, затем фото в архив утекают. Своих просто удаляют — чё на знакомые рожи постоянно смотреть. А гостей хранят некоторое время, примерно месяц, может два, на всякий случай, для отчёту. Вот такие вот дела.

— Блин, как же так-то? И ведь никто его не видел. А когда ушёл, не понять?

— Выход у нас через общую калитку, а там уже всем по херу, сам знаешь. Важна только внутренняя безопасность.

— Дела-а-а, — теперь уже Макс произнёс коронную фразу связиста.

— А я чё говорю! — назидательно поднял палец вверх тот. — Ну, теперь мы хоть знаем, что он жив, а это уже считай много.

— Его два года найти не могут, а он свободно у нас под самым носом гуляет.

— Раз вылез из тени, значит, найдём, не ссы. Видать, дела у него важные.

— Ладно, пойду я, мне ещё заказ забирать и до Касимова к закату успеть.

— А чего там?

— Пока не знаю, подсказку проверить хочу, на площадь Ленина заглянуть. Ты по возможности не говори никому, что отец здесь был, ладно?

— Обижаешь, — даже поморщился Татарин. — Всё, вали давай, не отвлекай, что-то меня разморило. Пожалуй, вздремну часок-другой. И бутылки в Мяту занести не забудь!

— Ага, — подтвердил, что услышал связиста, Макс схватил две пустые, пластиковые, мутные от времени полторашки и выскочил за дверь.

Крепость он покинул около шести часов вечера. Пока пробегал с ножами, опять же, обещал к маме перед уходом заглянуть, а та, естественно, не собиралась отпускать сына голодным. Собиралась ещё и на ночь оставить, но не смогла сломить сопротивление. Летом темнеет поздно, так что до Ермолово парень шёл не спеша. По пути обдумывал всё то, что удалось узнать, а день выдался очень продуктивным.

По сему выходило, что отец всё-таки жив и явно что-то задумал. Он забрал из крепости двоих самых близких людей, тех, кому мог доверять. И, похоже, что главным показателем в выборе было отсутствие ксивы девятого отдела. Потому как к Татарину он даже не заглянул, да и Грог ни сном ни духом. За крепостью он, скорее всего, наблюдал, потому как точно знал, когда нужно войти и когда выйти, чтоб его никто не узнал. Но вот незадача, попался на глаза Обуху. Единственное, что Макс так и не выяснил наверняка — кто сдал его головорезам. Хотя оно, скорее всего, уже не столь важно, или…

Может, это был такой хитрый ход со стороны отца? С него станется. Раз Макс никак не реагирует на подсказки, он решил подтолкнуть его несколько иначе. Нет. Вряд ли. Всё же это больше похоже на чистую случайность, разве что охотники за головами в теорию никак не вписываются. А вот в специальный ход — запросто.

Осталось разобраться с Лигой. Посмотреть на то, как уживаются твари с людьми. А ещё нужно что-то решать с Анфисой, вот только в отношении девчонки у Макса всё сложно. Он уже понял, что прикипел к ней, даже сейчас, гоняя в голове мысли об отце, постоянно предвкушает их встречу. Юношеское сердце каждый раз бьётся чаще, когда он видит её, покрытое озорными веснушками лицо и огненно рыжие волосы, что густой волной спадают на плечи. И как же дико его это бесит! А всё по одной простой причине: она не человек, а значит, у них нет будущего. Они никогда не смогут жить в крепости, никогда не смогут выйти к людям. Ещё неизвестно, как всё это воспримет мама. Отец, так тот вообще ненавидит тварей всей душой.

— М-да, та ещё задачка, — пробормотал с ухмылкой пацан. — Ладно, разберёмся, бывало и хуже.

Глава 13

Лига

— Ну, ты как здесь?

— Хреново.

— Извини, раньше вырваться не получилось.

— Угу.

— Да что с тобой не так?

— С чего ты взял? Со мной всё нормально.

— Ладно.