Макс Вальтер – Жажда. Max (страница 28)

— Предлагаешь пойти к ним?

— А почему нет? Ты хотя бы увидишь, что мир не делится на чёрное и белое, сможешь понять то, за что мы сражаемся.

— А тебя там не грохнут за предательство?

— Сложности наверняка будут, но я всё расскажу, и ты мне в этом поможешь.

Макс замолчал. Он сомневался в целесообразности подобного хода. В первую очередь потому, что это кардинально расходилось с его изначальными планами. Парня насильно втянули в интригу, принимать участие в которой не возникало никакого желания. С другой стороны, его подталкивало любопытство. Всё же посмотреть, как живут те, кого он немалую часть жизни считал врагом — дело довольно интересное. К тому же Анфиса утверждает, будто среди тварей совершенно спокойно разгуливают люди. Таких номеров Максу видеть ещё не доводилось, и он совершенно не хотел упускать данную возможность. Может, действительно, не всё так плохо в этой их Лиге.

— Ладно, пойдём к твоим, — всё же решился пацан, — но только после того, как я посещу крепость. Не очень-то хочется идти к вам совершенно безоружным.

— Да пожалуйста, — спокойно пожала плечами та, и Макс окончательно уверился, что обязательно посетит эту самую «ячейку Лиги».

Они дождались, когда ночь полностью вступит в свои права, и двинули в сторону Елатьмы. И чем ближе подходили к посёлку, тем больше Макса охватывало некое волнение. Дома он отсутствовал несколько месяцев и больше всего переживал, как на это отреагирует мама. Нет, он не боялся, что она его больше никуда не отпустит, напротив, почему-то был уверен в обратном. И тем не менее эмоции переполняли.

Плюс ко всему он собирался проведать Клея. Те охотники, которых он прижал в доме биологического отца, сказали: что это он сдал им Макса, вот только парень почему-то сомневался. Ведь Грог в Касимов прилетел, встретился с ним. Выходит, Клей передал информацию Татарину, но тогда зачем после этого пошёл предавать? Нет, не стыкуется поведение. Ровно по этой причине Макс умолчал о произошедшем, не рассказал Грогу о «крысином» поступке старого товарища. Между ними и без того натянутые отношения, ни к чему дополнительно подливать масла в огонь. Да он и сам в состоянии разобраться с Клеем, если тот действительно предатель, но для этого вначале стоит в том убедиться. И нет лучшего способа, чем задать прямой вопрос. Если тот действительно виновен, пацан попросту считает его физиологию, будто полиграф.

Рассвет застал их в деревне под названием Ермолово. До крепости отсюда оставалось ещё порядка десяти километров. Здесь не было войны, по крайней мере в том виде, которая оставила после себя руины. Люди попросту покинули дома, которые в большинстве своём всё так же крепки. Да, всё полезное здесь давно вынесли, даже посуды не найти, но мест, где осталась возможность укрыться от солнца — полно. А Анфисе ничего другого пока и не требуется.

Сельская администрация подходила для данного мероприятия как нельзя лучше. Обширный подвал с полным отсутствием окон. Есть, конечно, пара слуховых, что служат для вентиляции, дабы полы от влажности не сгнили, но то такое, можно без проблем тряпками заткнуть. Этим как раз Макс и занялся после того, как они с рыжеволосой вошли внутрь.

— Здесь ты будешь в безопасности, а к закату я уже вернусь за тобой, — произнёс тот.

— Вот просто так возьмёшь и уйдёшь? Не боишься, что сбегу?

— Куда? Через полчаса взойдёт солнце, тебя уже ультрафиолет жжёт.

— Ладно, иди, — отмахнулась та, как показалось Максу, немного расстроившись.

— Да в чём дело-то?

— Нет, ничего, всё нормально. Ты вроде спешил…

— Да постой ты. Чё не так?

— Всё, отвали, я сказала: всё нормально.

— Ну я же вижу…

— Хреново, значит, видишь.

— Анфис.

— Что? Чего ты прицепился ко мне? Иди в свою крепость, никуда я не денусь.

— Ладно.

— Ладно.

Макс выбрался наружу и бросил взгляд на восход. Солнце уже окрасило горизонт в розовые тона, а значит, до его полного появления осталось всего ничего. Анфиса точно никуда не денется. Тогда почему он так взволновался? Почему стучит сердце, будто он чем-то обидел её и теперь рискует явиться к пустому подвалу? Всё же она странная, совершенно непонятная. Он не раз слышал различные фразы от взрослых на тему женщин, что, мол, их невозможно понять. А теперь вот сам оказался в непростой ситуации. Нет, будь она человеком, он бы давно попытался затащить её в постель, а так…

Макс отмерял ногами километр за километром, с каждым часом приближаясь к Елатьме. Осталось буквально пройти по прямой, преодолеть затяжной поворот и впереди уже замаячит стела, обозначающая начало населённого пункта. А там ещё минут тридцать и отстойник. Мимо как раз проехало несколько одиноких машин, правда, все они двигались в противоположном направлении, а потому никто даже не подумал подбросить одинокого пешехода. Люди постепенно разбредаются по заработкам, а значит, в крепости уже вовсю кипит жизнь.

Отстойник Макс преодолел без каких-либо проблем. Никто не на него не набросился, не стал предъявлять обвинений, впрочем, и других встречающих тоже не было. Войдя внутрь, он остановился и некоторое время решал, куда отправиться в первую очередь, а затем махнул рукой и свернул вправо. Здесь, буквально в соседнем подъезде, на третьем этаже находилась их квартира. Когда-то она принадлежала отцу, то есть Морзе, но после того, как он исчез, никто не посмел выгнать их с мамой. И Грог сыграл в том не последнюю роль.

Судя по времени, мама, скорее всего, уже на работе, но, как говорится, чем чёрт не шутит. В общем, первым делом пацан решил заглянуть домой. Ключи от двери остались в Клепиках, в рюкзаке, а потому пришлось стучаться, словно он гость какой. Впрочем, как и предполагал подросток, двери никто не открыл, и он, перепрыгивая через порог, отправился к ближайшему магазину, где и работала мама.

Торговая лавка принадлежала администрации. Здесь продавались продукты и всевозможная бытовая утварь. Хотя по большому счёту, в последнее время полки зияли пустотой. Добытчики приносили всё меньше, а их рейды случались всё реже. В крепости уже давно ходил слух, что лавку вскоре вообще прикроют. Но нет, время от времени полки продолжали пополняться, хотя это уже была заслуга торговых караванов, которые нет-нет, да и посещали богами забытую крепость.

Колокольчик над головой звонко отозвался на открытие двери, привлекая внимание продавца. Светлана подняла взгляд, который до этого был направлен в книгу, и её лицо мгновенно просияло, выражая целый спектр всевозможных эмоций.

— Макс, родненький… — пробормотала она и вдруг устало опустилась на стул.

— Мам, ты чего? — не на шутку испугался пацан и поспешил обойти прилавок.

— Господи, живой, — одними губами произнесла та и вдруг схватила сына за руку, притянула к себе и крепко обняла.

Макс, естественно, ответил на объятия. В такой позе они проведи несколько минут, молча. А затем Светлана взялась внимательно осматривать сына, даже зачем-то спиной повернула.

— Ну, как это понимать? — вдруг прозвучал строгий вопрос. — Ушёл, понимаешь, записку какую-то оставил. Ни разу ни письма не передал, на связь не вышел, у тебя совесть вообще есть⁈

— Ну мам…

— Чего мам? Ты обо мне подумал? Я здесь волнуюсь, места себе не нахожу.

— Ну прости.

— Господи, в кого же ты такой упрямый-то, а?

— В отца, наверное, — улыбнулся Макс, — или в Морзе.

— Вот, всю ерунду ты от них впитал, нет бы чего дельного перенять. Что один, что второй меня бросили и ты туда же.

— Ну хватит, мам, я же вот, зашёл, всё со мной хорошо.

— У-у-у, как дала бы… — Светлана с улыбкой слегка толкнула Макса кулаком в лоб, — чтоб мозги на место встали. Ты домой заходил?

— Да.

— Поел чего?

— Я ключи потерял, — не совсем правду ответил тот.

— Господи, — на вдохе произнесла Светлана. — Воин хре́нов, пошли, покормлю тебя.

— А лавка?

— Ой, да чё с ней станет, всё одно никого нет. А товар только через неделю привезти обещали, да и то не факт. Деньги-то хоть у тебя есть?

— Немного, — пожал плечами пацан.

— Немного, — передразнила его мать. — И чего тебе дома не сидится? Вон, промысловики опять людей набирают, хорошая работа, всё при мясе будешь.

— Да не моё это всё.

— Ты думаешь вот это моё? — кивнула на дверь Светлана и вставила навесной замок в проушины. — Это жизнь, сынок, и тебе уже пора как-то устраиваться.

— У меня всё нормально, мам.

— Да я уж вижу, как у тебя нормально, — усмехнулась та. — Штанина рваная, ботинок того и гляди жрать запросит. Не ребёнок, а бомж какой-то.

— Так получилось.

— Да знаю я, как у тебя получилось. Грог заходил, рассказывал.

— Меня подставили.

— А потому что нечего шататься, не пойми где. Чем дома-то хуже?

— Я хочу его найти и, кажется, кое-что у меня уже есть.

Светлана остановилась, развернула к себе сына за плечи и посмотрела ему прямо в глаза.

— Уверен? — спросила она.

— Да, — кивнул в ответ парень. — Я нашёл у него в квартире подсказку. Точнее, не совсем я, Хан помог.

— И чего там?