Макс Вальтер – Становление охотника (страница 9)

Пока я начищал оружие, Фантом собирал наши вещи, заодно показывая и рассказывая, как что должно лежать, чтоб в дороге ничего не гремело и не мешало. Затем сбегал к Моисеичу, забрав из хранилища старенький "моссберг 500" с пистолетной рукояткой и магазином на пять стандартных патронов и "сайгу" с рожковым магазином на восемь патронов. Моссберг Фантом протянул мне и выдал охотничий пояс с патронажем на тридцать гнёзд, велев набить магазин и пояс.

Затем уселся на кровать и начал рассказ о том, что нам предстоит.

— Значит так, малой, нам предстоит непростая задача, — начал он свой рассказ, — кошки, как ты выразился, не самые обычные домашние. Во время войны светлые головы нанесли удар по мирным городам бактериологическим оружием, которое было настроено на генетику домашних животных. Как ты понимаешь, на то время их держали чуть ли не в каждом доме. Изначальной целью было заразить животных модифицированным бешенством, чтоб они начали нападать на своих хозяев, и они этого добились. Только как всегда что-то пошло не так, и на этом дело не остановилось. Животные начали собираться в стаи и вести себя как коллективный разум. Если собак удавалось отстреливать достаточно быстро, то с кошками такой номер не прошёл. Слишком шустрые и хитрые они оказались. А спустя тридцать лет они превратились в совершенных убийц. Кошачьи стаи начинаются от пятидесяти особей, а достигают двухста. Больше они прокормить не в состоянии и при достижении такого количества, как правило, начинают раскалываться на две-три более мелкие стаи. Судя по тому, что в "Солнечном" пропадает один-два человека в неделю, плюс скот, то стая у нас от семидесяти до ста штук. Это очень серьёзно.

Я сидел, раскрыв рот от удивления. Сотня кошек!!!

— Да как же мы их… они же нас… — не мог я подобрать нужные слова.

— Успокойся, Сумрак, ты охотник, и поверь моему опыту, кошки — это не самое страшное, что есть в этом мире. Управимся!

Собрав свои нехитрые пожитки, мы собрались в путь. Распрощались с Моисеичем и его супругой Сарочкой. Они искренне пожелали нам удачи, и Сарочка незаметно перекрестила нас в спину.

Путь был недолгим, уже к вечеру мы добрались до "Солнечного", и Фантом сразу же завернул в местное управление сельпо. Мы вошли в дверь с надписью "Приёмная Председателя", и нам тут же преградила дорогу толстая тётка. Встав перед дверью главы сельсовета, она растопырила руки в стороны и сразу же выдала:

— Иван Васильевич не принимает, у него совещание.

— Нас примет, — спокойно сказал Фантом и не менее спокойно левой рукой отстранил в сторону тётку весом примерно с центнер.

Войдя в кабинет, я немного обалдел. Этот очень сильно отличался от увиденного мною ранее кабинета в "Новой Деревне". Именно так назывался посёлок, в котором мы провели неделю. Почему? Да кто ж его знает.

Так вот, этот кабинет был полностью отделан вагонкой очень хорошего качества. На полу расположились два огромных ковра, которые перекрыли кабинет полностью. Сам председатель возвышался огромной тушей, опираясь руками в дубовый стол с резными ножками. Стол, кстати, не предполагал никаких приставок для совещаний, и кресло в кабинете имелось только одно — под огромной задницей председателя. Сам хозяин помещения напоминал борова. Тройной подбородок, огромный живот, щёки такие, что за ними не было видно глаз.

— Что вы себе позволяете!? — грозно взвизгнул председатель. — Я буду жаловаться в ваше управление!

— Жалуйся, Ваня, жалуйся. — спокойно произнёс дядя Женя, — кто ж тебе запретит-то?! Только вот учти, дорогой ты мой человек, что за отказ подать официальную заявку в наше ведомство на появление в вашем Солнечном монстра ты будешь отвечать перед народом в присутствии главы района. А ты сам понимаешь, чем это может закончиться.

— Вы мне тут не угрожайте, — председатель достал платок и вытер в момент вспотевшее лицо. — Я признан лучшим председателем месяца, между прочим. Мой Солнечный выдаёт два плана по заготовке леса. И к вашему сведению, заявка была подана сегодня утром.

— Ну кто бы сомневался, — усмехнулся Фантом. — Ведь сегодня утром люди отправили за нами гонца.

— Вы мне тут свои намёки бросьте, — вновь вытер лицо Иван Васильевич, — я действовал исключительно в рамках инструкций. Мало ли куда могли разбежаться эти вечно недовольные дармоеды. Всё делают из-под палки. Может они работать не хотят, вот и бегут туда, где можно ничего не делать.

— Мы говорим о детях, — рыкнул на вмиг побледневшего председателя я. — О детях, мать твою!

— А вы здесь голос не повышайте, — взвизгнул председатель, — не вам, бродягам, решать, как должна быть построена правильная работа поселка. Как только появился свидетель, я сразу же подал заявку в вашу организацию. И вот, получите официальную заявку на пять серебряных монет, — он протянул нам распечатку со своей подписью.

— Что значит на пять серебряных? — в недоумении начал читать заявку Фантом. — Кошачья стая стоит десять!

— Ха, не смешите меня, — противно заулыбался председатель, — где это видано, что за отстрел каких-то пушистиков платят такие деньжищи. Даже пять серебром — это очень много за такую прогулку на свежем воздухе.

— А давай мы и тебя возьмём с собой прогуляться? — с угрозой спросил дядя Женя. — Заодно и посмотрим на пушистиков!

— Вы мне здесь не угрожайте, — вновь моментально взмок Иван Васильевич. — Я на вас управу найду. Вы получили официальную заявку и не имеете права отказаться. Не так ли, господа? — с довольным видом произнес он. — Вот и идите работайте, мне своих дармоедов хватает.

Фантом сложил листок с заявкой и молча вышел из кабинета председателя, я последовал его примеру.

— Ну что? — с самодовольной улыбкой спросила толстуха в приёмной. — Решили, что здесь вам в ножки упадут, а не вышло? Долго нам теперь ждать, когда вы соизволите заняться делом, вместо того, чтоб топтать тут грязными ногами?!

Мы, не обращая внимания, вышли прочь.

Охоту назначили на утро. А пока было время, заселились в гостиницу и попытались поговорить с пострадавшим Лёшкой. От последнего ничего вразумительного так и не услышали, поскольку тот усиленно лечился от стресса самогоном.

На утро мы выдвинулись в лес, и по дороге к нам решил присоединиться Степан. Он ждал нас на тропе к малиннику и нервно теребил ремень у своей винтовки.

— Ну чё, мужики, как у вас с председателем, возьмётесь помочь-то? — вместо приветствия набросился он на нас с вопросами. — Я подсоблю, ежели чего. Вы не смотрите, что у меня берданка старая, я с неё белке в глаз попаду с пятиста метров. Всю жизнь охотой живу.

— Ты только под ногами мешаться будешь, — сказал Фантом, — там мы не с белками воевать будем.

— Ну как же, ведь он соседских детишек задрал, а я отсиживаться на завалинке буду? — сник лицом Степка. — Я обузой не буду, всё, что скажете, враз делать буду.

— Нет, — категорично заявил дядя Женя, — нам придётся тогда ещё и за тобой приглядывать. Иди домой.

Степан нахмурился, опустил глаза к земле и медленно побрёл к деревне.

Мы зашли в лес, и у меня сложилось ощущение, что раньше я в лесу не бывал. А всё то, где я собирал грибы, можно смело называть парком.

Этот лес выглядел очень серьёзно, деревья сразу же скрыли свет над головой, и мы очутились в вечерних сумерках. Кустарник так сильно разросся, что тропу едва можно было различить в густой, едва примятой траве. Под ногами постоянно хрустели сухие упавшие ветви, и я вмиг потерял ориентацию. Фантом же шёл уверенно, продираясь сквозь бурную растительность, словно танк, но что удивительно, не издавал при этом никакого шума. Так, едва ветки по одежде шуршали. Утро впервые порадовало нас солнечной погодой, если бы не это, то сейчас нам бы потребовался фонарик. Вдруг дядя Женя резко остановился и к чему-то начал присматриваться. Подозвав меня рукой, он пальцем указал куда-то вперёд и вправо.

— Смотри внимательно, — зашептал он. — Видишь вон там просвет между деревьями? — я утвердительно кивнул. — А шевеление воздуха над поляной видишь?

Я присмотрелся и заметил, что над поляной и вправду едва заметно марево, как от сильной жары над асфальтом, и опять утвердительно кивнул.

— Это, малой, воронка от химической бомбы. Со временем её залило водой и затянуло болотной ряской. От этого она стала ещё опаснее, если её не заметить вовремя, то растаешь, как масло в жаркий день, даже одежды не останется. На подходе к такому месту всегда можно почувствовать сладкий привкус во рту. Будь внимателен, пара вздохов такого марева, и всё, лёгкие ты будешь выкашливать неделю максимум.

— Я понял, Фантом, — так же еле слышно прошептал я, — буду внимательнее.

— Вот это место мы и возьмём для засады. Теперь осталось придумать, как заманить сюда кошек, — поучительным тоном продолжил дядя Женя. — Учись извлекать полезное из всего, даже вот из таких страшных мест. В него стая не полезет, так что атаковать будет с двух сторон. Да и если прижмут, можно не переживать за спину, близко к этому месту стая не подойдёт ни за что.

Я снова утвердительно кивнул, давая понять, что урок усвоен.

— А как будем приманивать? — задал самый волнующий вопрос я.

— Попробуем старый проверенный способ, валерианой, если не получится, будем думать, — сказал учитель и махнул рукой в сторону тропы, — пошли к месту первой встречи.