Макс Вальтер – Становление охотника (страница 30)

— Ясно, — буркнул Фантом. — Ну проходите, коль пришли.

Я завёл рыжего на кухню и, как он был, посадил возле печки. Пусть ему станет жарко, так он станет посговорчивей. Фантом встал в проходе, сложив руки на груди, а я вышел в прихожую и снял с себя верхнюю одежду.

— Вот козлина, — высказался я в сердцах, — новую куртку порезал.

Из кухни донеслось шмыганье носом. Клиент, похоже, начал оттаивать. Я вошёл обратно в кухню, взял табуретку и уселся напротив рыжего. Действительно, молодой какой, а бороду отпустил, как поп деревенский. И волосы вроде рыжие, но блёклые. Приметы на самом деле не ахти, но увидев его в гильдии, к примеру, я сразу понял бы, о ком речь. Но вот бегать по всему городу в поисках такого словесного портрета было бы бессмысленно.

— Ну что, поговорим? — глядя в глаза пленному, спросил я. — Или вначале отрежем тебе что-нибудь, для разговорчивости?

Меня даже передёрнуло от такой мысли, но с другой стороны, если потребуется, то конечно отрежу.

— Так ты спрашивай, — попытался изобразить смелость рыжий, но в его глазах чётко читался весь тот ужас, который он испытывал.

— Давай хоть познакомимся, — сказал я и взял со стола нож. Я не собирался сразу тыкать им или как-то угрожать, а начал спокойно чистить им ногти. Рыжий же не сводил с него глаз и уже начал обильно потеть.

— Меня Эдик звать, — начал он.

— Вот, хорошо, Эдик, — подбодрил я его, размахивая при этом ножом у него перед носом. — А теперь скажи мне, Эдик, за каким хреном ты мне куртку порезал?

— Я обознался, мужики, — затараторил он, — я думал, это кореш мой идёт, он мне денег должен… А-а-а-а! — закричал он от того, что, не дослушав эту триаду, я всадил нож ему в бедро.

— Эдик, — спокойно произнёс я, не вынимая ножа из его ноги, — ну зачем мне эта сказка, если я захочу сказку, то схожу к шлюхам, знаешь, какие они истории жалостливые рассказывают?

Эдик уже не кричал, а просто подвывал, его штанина намокла от крови, и кровь стала капать на пол. Я вынул нож и встал с табуретки, рыжий провожал каждое моё действие испуганным взглядом и вздрагивал каждый раз, как я открывал и закрывал тумбочки на стене.

— Фантом, — спокойно обратился я к другу, который всё так же молча стоял в проходе, — а где у нас бинты?

— На кухне, — спокойно ответил тот, — ты что его, бинтовать собрался?

— Так ведь нехорошо получается, — участливым тоном ответил я, — к нам гость пришёл, поранился, а мы ему даже первую помощь не оказываем.

— А, ты об этом? — заулыбался Фантом и, взяв со стола солонку, щедро сыпанул Эдику в открытую рану соли, прямо через край, при этом ещё и раздвинул пальцами рану. Кухню вновь разорвал крик. — Всё, гость доволен, помощь оказана, — отрапортовал он с довольным видом.

— Вот видишь, Эдик, как мы заботимся о дорогом госте? — с улыбкой я опять уселся напротив допрашиваемого, который очень часто дышал и подвывал от боли. — А ты с нами говорить не хочешь.

— Я скажу, ск-жу, — затараторил он, глотая буквы, — мне ск-зали тебя у-брать, если ты вы-нюхивать на-чнёшь.

— Успокойся, Эдик, никто тебя не обидит, — я опять начал ковырять ножом грязь из-под ногтей. — Кто сказал, что я не должен вынюхивать?

— Он меня убьёт, — взвизгнул рыжий, — он убьёт меня, а потом вас.

— Эдик, сейчас моё терпение лопнет, и я начну нервничать, — приблизил я своё лицо вплотную к рыжему, у того уже началась паника, нельзя этого допускать, он должен просто бояться, и бояться он должен меня, — а когда я нервничаю, то могу кого-нибудь поранить.

— Вы не понимаете, — продолжал тараторить бородач, — он очень влиятельный, он достанет меня. Я буду долго умирать, вы все будете долго умирать.

Фантом оторвался от косяка, сделал шаг к Эдику и влепил тому громкую пощёчину. Голова рыжего дёрнулась, а взгляд вначале затуманился, а затем почти сразу стал осмысленным. Эдик замолчал.

— Кто меня заказал, и кто заказал Валю и почему, — жёстким тоном спросил я и поставил нож на вторую ногу Эдику, — говори, или я в тебе дыр наделаю.

— Это главный наш, — выпалил рыжий, видимо, что-то решив для себя, — и ваш главный тоже. Это всё он! Валерий Иванович. Он сказал, что вы слишком много знаете. Вы слишком много стали себе позволять!

— Что ты мелешь?! — сразу же взъярился Фантом. — Кто велел тебе так сказать?! — он схватил Эдика за горло и поднял того с табуретки, как игрушечного. — Говори, сука! Кто приказал тебе говорить это? Майор не мог, он мой друг.

Эдик начал закатывать глаза, он хрипел и тряс ногами, но ничего не мог поделать. Руки его были крепко связаны за спиной, да и вряд ли они помогли бы ему справиться со стальной хваткой Фантома.

— Дядя Жень, отпусти его, — спокойно сказал я, положив свою руку на предплечье Фантома. Я намеренно не назвал его Фантомом, и это сработало, он ослабил хватку, и Эдик пыльным мешком рухнул на пол, сбив и свою, и мою табуретки. Рыжий закашлялся, его штаны намокли, и по кухне пополз запах мочи. Фантом устало поднял табуретку, уселся на неё и уставился куда-то в пустоту. Я, глядя на всю эту картину, молча подошёл к заветной полке и выудил оттуда бутыль с самогоном. Повернувшись к хрипящему и елозившему в обоссаных штанах Эдику, пяткой в челюсть успокоил его. Взял кружку, налил половину и протянул Фантому. Дядя Женя молча выпил содержимое большими глотками, со стуком поставил кружку на стол.

— Спасибо, — поблагодарил он меня, не знаю за что, или за самогон, или за то, что не дал придушить Эдика.

— С этим что делать будем? — указал я на рыжего, кивком ответив на благодарность. — Его живым всё равно оставлять нельзя.

— Нужно получше поспрашивать его насчёт всей этой херни, — хрипло сказал Фантом, — затем вывезем его за город и потеряем.

— Подходит, — согласился я и налил в обе кружки уже понемногу, затем, подумав, достал третью и налил в неё. Привести в чувство Эдика оказалось той ещё задачей. С Фантомом мы выпили сразу, а вот третий бокал предназначался как раз допрашиваемому. Наконец приведя в сознание нашего подопечного, я усадил его на табурет и поднёс кружку к его рту. Тот с благодарностью кивнул и выпил всё содержимое, в конце, подавившись, он закашлялся.

— Ну тихо-тихо, Эдик, — похлопал я его по спине, — ты что же такой жадный-то? Смотри не подохни нам тут раньше времени.

— Вы меня отпустите? — откашлявшись, наконец задал он основной вопрос. — Я же вам всё рассказал.

— Ну, всё или не всё, не тебе решать, — начал я издалека, — сейчас мы ещё немного пробежимся по вопросам, а там посмотрим, как ты будешь себя вести.

— Я всё скажу, только обещайте, что вы меня отпустите, — с надеждой посмотрел на меня он и со страхом перевёл взгляд на Фантома.

— Как ты во всё это влез-то, а? — задал я самый безобидный вопрос. — Молодой парень, что, денег не хватало, или остроты ощущений?

— Я не хотел, так получилось, — начал свою старую, как мир, историю тот. — Мы тогда с ребятами отмечали удачно пройденное посвящение одного друга. Он старше нас на два года был. Ну, как водится, напились все в стельку. А с нами девочки были, тоже все пьяные. Все как-то сразу по парам, а мне не досталось никого. Да я и не претендовал, в общем, кореш мой с моего потока свою предложил. Иди, мол, говорит, если хочешь, я своё взял. А я пьяный, не соображал уже ничего, и пошёл. Девка та так напилась, что уснула. Он-то, кореш мой, оприходовал её спящую и мне подложил. Ну я на неё залез, а она возьми и проснись. Как давай орать, насилуют, и всё такое. Я испугался, в морду ей дал, чтоб не орала. А тут подруга её на крик прибежала уже. Я даже вставить ей не успел, только попался со спущенными штанами, но этого хватило. Меня к главному вызвали, он мне и говорит: "За изнасилование сам знаешь, какое наказание сейчас". А мне как не знать, конечно знаю, на главной площади повесят в назидание остальным. Вот Валерий Иванович и предложение мне сделал. Мол, отмажет меня от такого наказания, если я по его указу буду ему девок возить. Вот на кого укажет, ту и вези. А я что, мне жить хочется.

— Что же ты, Эдик, никому не рассказал-то об этом? — поинтересовался я, уже зная ответ заранее.

— А кому говорить, кто мне поверит, я кто? Насильник. А он? Глава гильдии охотников, член первой пятёрки основателей, ему никто не указ.

— Да уж, попал ты, парень, — сказал Фантом, играя жевалками, — кто с тобой ещё был? Не один же ты девок таскал.

— Нет, не один, — испуганно уставился на Фантома рыжий, — со мной ещё двое были, но они пропали. Приехал один жирный такой, Иван Васильевич его звать. Он всегда приезжал перед тем, как девки нужны были. С ним всегда двое. Один кучер и второй здоровый такой. Молча всегда. Денег дадут, укажут, кого надо, и ждут в условленном месте.

— И как же ты девок-то в это место заманивал? — скрипя зубами, спросил Фантом и потянулся к бутылке.

— Да всегда по разному, — покосился на него Эдик, но отвечал всё же в мою сторону, — иногда опаивал в кафе, иногда подкарауливал где-нибудь в углу тёмном. Не всегда с первого раза получалось.

— Ещё кого знаешь в этой шайке? — с уже не скрываемым отвращением спросил я, ещё в начале истории меня нет-нет, да и покалывала совесть, но уже сейчас, кроме отвращения, этот человек никаких эмоций не вызывал.

— Да, заместителя главы гильдии поселений и председателя нашего города. Был ещё какой-то мужик, но я его не знаю, — выдал очередную порцию информации рыжий. — Они все этого мужика слушали, даже Валерий Иванович с ним никогда не спорил. Я однажды спросил, кто это такой важный, а он мне вместо ответа в зубы дал и ногами бил потом. Велел вообще про него забыть.