Макс Вальтер – Становление охотника (страница 3)

— Петрович, я бы с радостью, но ты же сам знаешь, в какой я сейчас ситуации. Вот если бы в рассрочку.

— Да какая там рассрочка-то?! — выпучил глаза сосед. — Делов-то, на тыщу. А вообще, знаешь что, забирай за так. Всё равно пылится без дела, только место занимает, — вдруг предложил Петрович и зашмыгал в тёмное нутро своего гаража, при этом бубня себе под нос. — Вот баба дура, довела мужика.

Петрович хороший мужик, сосед он нам не только по гаражу, дома-то у нас рядом, родителей моих и его. Только из дома он давно переехал в свою однушку, тяжело старику одному дом держать. Выставил недвижимость на продажу, да только всё никак не найдётся покупатель. А Петрович от скуки приезжает сюда и целыми днями в гараже торчит, чем он там занимается, ума не приложу. Вот и выходит так, что соседи мы только по гаражам остались.

— На вот,— протянул мне дед довольно-таки свежий аккумулятор, — пользуй на здоровье.

— Спасибо тебе, Петрович, мировой ты мужик.

— Иди уже, куда шёл, — крякнул сосед, — а то ща как передумаю, — сам при этом расцвёл дружелюбной улыбкой.

Естественно, батарею я менять не стал, бросил её в гараж, закрыл ворота и помчался навстречу к Стасику.

Ехать до него недолго, да по меркам нашего города всё недолго. Именно по этой причине опоздание на пятнадцать минут — это уже неприлично.

Зарулив во двор Стасовой пятиэтажки, я увидел пританцовывающего от нетерпения друга. Рядом с ним стоял его сосед Айдын, родом из солнечного Азербайджана. Вот тут меня кольнуло первое нехорошее предчувствие. Нет, я ничего не имею против людей кавказской национальности, но Айдын тот ещё жулик, и верить ему на слово — очень сомнительное удовольствие.

— Где тебя черти носят, — сразу накинулся Стас. — Мы тебя уже час ждём.

— Не час, а всего лишь пятнадцать минут, — как можно спокойнее ответил я. — Машину завести не мог, хорошо, Петрович выручил.

— Э, слущай, а мы вапще даедим, а? — вставил свои пять копеек Айдын.

— Доедем, в крайнем случае подтолкнёшь, — не забыл огрызнуться я.

— Я шито такое сказал, а? Слущ, Стас, он чего такой нервний, а?

— А, это у него с детства, с подоконника упал, — решил поострить Стасик, — вот с тех пор на людей и бросается.

— Садись уже, внук Петросяна, сейчас, похоже, гроза будет, как бы и вправду толкать не пришлось.

Небо уже на самом деле выглядело чёрным, ветер завывал сильными порывами в квадрате из пятиэтажек. Машина сорвалась с места и помчалась по направлению к старому аэродрому. Ехали молча, каждый думал о своём. Стас сидел, нервно подёргивая ногой, на лице его блуждала глуповатая улыбка. Айдын изредка заранее подсказывал повороты. Каково же было моё удивление, когда он сказал:

— Стой, ми приехали, вон туда падъехай, брат, вон к таму забору, да.

— Это же не аэродром, до него ещё через поле минут десять пилить, — возмутился я, опять ощутив укол надвигающейся неприятности.

— Э, слущай, я что, нэ знаю, па-твоему, где я чё видел, да? — сразу подбросило Айдына. — Гаварят тебе, сюда нада.

— Стас, ты же в курсе, что этот молочный завод не совсем заброшен? — повернулся я к другу. — Тут ведь ещё охрана до сих пор дежурит.

— Не, ну а чё, вон уже половину оборудования все растащили, а мы чё, хуже? — сразу же законючил Стас. — Сегодня тем более у брата Айдына смена. Он договорился. Мы сейчас быстренько своё возьмём, и ходу. Может нам и побольше, чем по три тыщи, перепадёт, ну тебе чё, деньги уже не нужны?

— Ладно, не ной, пошли посмотрим, что там у тебя за ВРУ такое волшебное.

Выйдя из машины, я открыл багажник и достал незамысловатый инструмент. Набор ключей от восьми до двадцать четырёх, кусачки, гвоздодёр. А куда без этого? Никто же специально для нас там всё не разобрал и не сложил кучкой. Мол, забирайте, ребята, всё готово.

— Э, слущ, я пайду к брату, а вы вон туда идите, да? — затараторил Айдын.

— То есть мы будем работать, а ты чаи гонять? — возмутился я.

— Сань, ну чего ты в самом деле, без него мы бы сюда и близко не подошли, — начал заступаться за соседа Стасик.

— Вот, паслущий, чё тэбэ человек умный гаварит, — воздел палец кверху наш "благодетель" и не спеша, перебирая чётками, пошёл в сторону проходной.

Я тяжело вздохнул и, проводив его взглядом, махнул рукой.

— Пошли уже работать, — сказал я Стасу и посмотрел на небо. — Что-то погода совсем плохая.

Как будто в подтверждение моих слов с неба сорвалась молния и с оглушительным грохотом ударила метрах в ста от нас.

— Ёб твою мать! — подпрыгнул Стас. — Пошли быстрее, пока нас тут не убило!

Мы пролезли в дыру забора и отправились в сторону стоящего неподалеку здания котельной. Вокруг царил бардак, кучи частей от раздолбанного оборудования, какие-то старые проржавевшие до дыр бочки. Продираясь по заросшей старыми колючками тропинке и перешагивая через очередную кучу какого-то хлама, мы наконец-то подошли ко входу в вожделенную "пещеру Алладина".

Внутри творился такой же кавардак. Старые котлы смотрели на нас открытыми чёрными провалами топок. Света, естественно, не было, и Стас чертыхнулся, в очередной раз споткнувшись о какую-то железку. По старому заброшенному зданию раскатился эхом грохот. Я включил налобный фонарик.

— Ну и где наше сокровище? — спросил я Стаса.

— Айдын говорил, что всё управление должно быть в подвале.

— Ну и где он, подвал этот? Ладно, я пойду вон туда посмотрю, — махнул я ему в сторону дальней от входа двери. — А ты давай в каптёрке слесарной прошурши, может чего полезного найдём.

Стас молча кивнул и пошёл в сторону дверного проёма, вновь загремев какими-то железками и чертыхаясь. Через проём мелькали отблески его налобного фонарика.

Немного постояв в задумчивости, я, осторожно ступая, двинулся в сторону предполагаемого подвала. Открыв дверь с неприятным скрипом, который эхом метнулся к потолку, понял, что угадал с первой попытки. Как и сказал Айдын, в маленьком подвальном помещении обнаружились электрические ящики управления. «Интересно, есть ли в них напряжение?» — подумал я. — «Судя по виду, нет». Тем не менее, "Бережёного Бог бережёт", я подобрал с пола какую-то железку, открыл ящик и, немного отойдя в сторону, бросил её на контакты. В это время с улицы раздался очередной раскат грома, а влетевший в открытые ворота порыв ветра завыл под фермами потолка.

Вздохнув, я присел перед ящиком и начал освобождать толстую медную шину. И тут в ящике полыхнуло, меня отбросило от него метра на два, больно приложив о стену. В глазах потемнело, а с улицы донёсся такой грохот, что заложило уши.

Глава 2

Глава 2.

Я открыл глаза. Вокруг темнота, ладони жжёт, как будто я хватал ими раскалённый металл. Во рту пересохло. Где я? Что происходит? Почему так холодно? Я попытался подняться и сразу же застонал от боли в спине. В висках застучали молоточки, перед глазами поплыли тёмные круги. Память враз проснулась, и я вспомнил последние мгновения, вспышку, грохот снаружи, острую боль в ладонях и удар о стену.

— Как же так, ведь я проверил, в ящике не было напряжения, — с сомнением забубнил я себе под нос. — Неужели меня так молния приложила?

Я крякнул, кое-как присел и попытался опереться спиной о стену.

— С-с-с-с, — непроизвольно сквозь зубы вырвалось у меня. — да там теперь синяк во всю спину. Ста-ас! — крикнул я в темноту. — Стася-а-ан, мать твою, ты где?!

Тишина в ответ. Свалил, сука. Наверняка пересцал. Подумал, что меня убило, и свалил. Ну подожди, гад, выберусь отсюда, получишь у меня. Друг ещё называется. Чтоб я ещё раз с тобой связался.

— Ладно, нужно выбираться потихоньку.

Кое-как, опираясь на стену, я смог подняться с пола. Покряхтел, немного постояв, пошёл собирать инструменты. Взгляд упал на ящик ВРУ.

— Твою мать, весь выгреб, сучёныш, — выругался я, увидев пустое нутро ящика управления. — Ну подожди, козлина, щас я с тобой поговорю, дай только выбраться.

Меня захлестнуло от гнева, руки сами сжались в кулаки, и в кровь выбросило немного адреналина. Забыв о ключах, я схватил гвоздодёр и направился к выходу.

— Что за?.. — остановился я, едва выбрался из подвала. Помещение встретило меня полной пустотой, ни скелетов от металлоконструкций, на которых когда-то висела паутина трубопровода, ни старых наполовину разобранных котлов. Взгляд невольно устремился к потолку, которого так же не имелось на его законном месте. Небо было серым и мрачным, затянутым свинцовой тучей без единого просвета. Через них едва пробивался солнечный диск, намекая, что сейчас практически полдень. Ну, плюс-минус пара часов.

— Сколько же я тут провалялся?! И куда всё делось? — опять забормотал я. — Может эти уроды меня перенесли в другое место?

Мой взгляд упал на окружающие стены. С улицы, через раскрытый проём, там, где должны были быть ворота, по помещению бегали бледно-оранжевые всполохи, как от горящего снаружи огня. Я осторожно двинулся в сторону выхода. На душе скребли кошки, опять появилось тянущее чувство тревоги. Руки всё ещё продолжали сжимать гвоздодёр. Тихонько выглянув из-за угла, я действительно увидел костёр, вокруг которого сидело четверо человек бомжеватого вида. Рваные фуфайки, на ногах одного из них ботинки с раскрытыми ртами, подвязанные проволокой. Над слабым огнём что-то жарилось, об этом говорил сладковатый запах жареного, слегка подгорающего мяса. Крысу, что ли, они там жарят, или собаку какую поймали? Уже расслабившись, я вышел из развалины бывшей котельной, окинул взглядом окружающий пейзаж и вновь замер от удивления. До меня уже потихоньку начала доходить вся суть того, что происходит. Вокруг меня раскинулся пустырь с полуразрушенными остовами от когда-то стоящих тут зданий. Никакого намёка на бывший молочный завод и близлежащий район города.