Макс Вальтер – Стадия Рождения (страница 17)
Чугунная печь у окна, стол, стулья, на этот раз из ушедшей эпохи и снова стопка матрацев в углу. Вот и вся обстановка, а всё же видно, что используют это место частенько.
— Думаю, уже можно западнее заходить, не полезут они за нами в пустоши, — высказала общее предположение мама. — Но и в соседнее племя теперь тоже не выйдет, они наверняка уже их оповестили.
— Да уж, одно дело – убийство жреца в целях самообороны и совсем другое — нападение на границу. Такое нам точно не простят, — вздохнул отец. — Прости, Маш, кажется, я всех нас подвёл.
— Прорвёмся, — спокойно отреагировала она. — Просто придётся прятаться чуть дольше.
— Я слышала, что если постоянно идти на запад, то можно увидеть море, — мечтательно добавила Катюха. — Там люди живут прямо на железных островах, а питаются тем, что даёт вода.
— И вовсе не так, — оспорил её Рыжий. — Это не железные острова, а корабли, которые просто скрепили между собой.
— Какая разница, это что, не может быть железным островом? — упёрлась девушка.
— Ну, теоретически, остров – это часть суши, окружённая…
«Да заглохни ты уже, душнила!», — у меня появилось острое желание пнуть его прямо в место ранения.
— Тише вы! — шикнул на них отец. — Не в деревне находитесь.
«Правильно, бать, и вон тому по ржавчине леща выдай».
— Нам в любом случае на запад идти выгоднее, — сбавив децибелы, продолжила гнуть Катюха. — А в море ведь Троперов нет, почему бы не попробовать?
— Чтобы Сёма стал рыбаком? — криво ухмыльнулся отец.
— А я бы может и не отказался, — задумчиво пробормотал Рыжий. — Мне нравится рыбачить.
«Вот и вали на свою рыбалку! Я где там, по-твоему, кровь брать буду? Или ты мне рыбьим жиром омываться предлагаешь?»
— Как вариант рассмотреть можно, — внезапно согласилась мать. — Сёма подрастёт, мы научим его всему, а там на материк уплыть недолго.
— Нас примут в любом племени, — вдруг задумчиво произнёс отец. — Мы попросту купим себе это место.
«Вот, наконец, умные мысли, — похвалил я его. — Главное – всё не отдавай, богатому везде жить хорошо. А Ржавый вон пусть рыбачить едет, раз ему нравится».
Пока мы обедали, я продолжал размышлять по поводу целесообразности похода вглубь пустоши. С одной стороны, вроде как и любопытно, что находится там за её пределами? Но и подыхать что-то совсем никакого желания. Это же снова турнир, с его бесконечными локациями или что ещё хуже — работа.
Но уж не думаю я, что Лилит намеренно собирается меня умертвить. Была же оговорка о тренировочном процессе и всё такое. Или я всё это сам придумал? Не помню, короче, уже, да и по фигу, в случае чего по ходу разберусь.
Вопрос в другом: «Как заставить пойти в нужную сторону взрослых?» Вот уж вряд ли они поведутся на детский лепет о верховном демоне и прочей херне.
Они, похоже, вообще не имеют понятия о том, что такое армия ада. Есть какая-то собственная религия, что совершенно не похожа на привычную мне, да и разбираться в ней, честно говоря, лень.
Ну а по собственной воле в самое горнило они и подавно сунутся, не подумают. А значит, временно этот вопрос отложим, по крайней мере до того момента, пока в поезд не попадём.
Там уже можно будет хоть как-то понимать, что попало в руки и стоит ли этим делиться? А то купим себе место и останемся с голым задом. Нет уж, дудки, я жадный, всё моё и побольше, ПОБОЛЬШЕ!
Крови бы ещё отыскать, что-то туго с этим делом в реальной жизни. То ли дело Турнир — рекой лилась! Да я бы сейчас уже давным-давно на слияние в сто процентов вышел, а то и остальные параметры на максимум вкачал.
А пока вот приходится кашей довольствоваться. Нет, она, конечно, ничего так, вполне съедобная, но я крови хочу! Много. А для этого необходимо бить всё, что подаёт признаки жизни, от зайчиков, конечно, толку чуть, едва сотые доли процента шевелятся. Но всё же лучше, чем совсем ничего.
Дальнейший путь за один дневной переход не преодолели. Однако с выбором ночлега всё обстояло куда проще. Заняли верхний этаж в высотке, проходы заново скрыли, а по лестнице напрямую хрен к нам сунешься.
Некоторые безвозвратно обрушены, другие завалены различным хламом, да так, что к ним подходить страшно, не то, что поверх лезть. А люди хитрые, то здесь между квартирами норку побьют, то в другой подъезд мостик по балконам кинут. Главное – всё это убрать за собой или шкафом каким перегородить.
Троперы не так умны, может быть, внутрь и заглянут, но вот подвинуть, точно не догадаются. В общем, гораздо проще здесь спрятаться, нежели в поле или посёлке каком заброшенном, естественно.
Весь следующий день мы то прятались, то украдкой продвигались среди заросших кустарником руин. Однако всё так же двигались к цели, которую вечером и достигли. Не совсем, конечно, но в подземные коммуникации спустились.
Может быть, когда-то давно за ними ухаживали: чистили, отводили сточные воды. Но те времена давно канули в лету, и запах здесь стоял… Да воняло здесь! Притом так, будто в этот тоннель стадо слонов в туалет сходило.
Здесь дело пошло намного лучше. В первую очередь не приходилось шарахаться от каждого звука, Троперы очень редко спускались под землю, их там попросту ничего не ожидало. Ну а мы сделали это незаметно, для начала изучив округу на наличие врага.
Но не всё пошло гладко. Нет, на нас не напали, мы попросту заблудились в нереальном количестве ответвлений. Прошли буквально две метки, оставленные когда-то давно моими родителями, и батя свернул не туда.
Затем, как и положено, он долго не соглашался с доводами матери, упрямо утверждая о правильном направлении. Ну и как итог, пришлось возвращаться, чтобы снова свернуть не туда.
Так и остались ночевать в одном из тоннелей. И я совсем не удивился, когда в тусклом свете керосинки на стене обнаружилась метка родителей, говорящая о правильном направлении. Мы всё время ходили мимо неё, словно дух злой кружил и отводил глаза на более широкие проходы.
Сюда мы забрались только по причине сухости, мол, ночевать здесь гораздо комфортнее. К вони все давно принюхались, хотя, честно говоря, она уже давно сменилась на обыкновенный, землистый запах.
Только к обеду следующего дня мы наконец добрались до станции метро. Назвать это место как-то иначе язык попросту не поворачивался. Но ни мои родители, ни уж тем более молодые товарищи не имели ни малейшего понятия что это. Попросту не застали ни одной рабочей станции.
Разве что на уровне слухов или газетных вырезок, которые так часто любил читать Рыжий. Он вообще любил подбирать разный хлам, то болт какой отыщет и всю дорогу предполагает, от чего же он мог отвалиться? То с куклой всё игрался, демонстрируя всем подряд то, что находится у неё под грязным платьем.
Этот придурок хотел ещё мне эту хрень подарить, но после повторного броска в голову передумал. А метать предметы более или менее точно я уже научился, просто порой иначе хрен кого дозовёшься.
Но главное не в этом — мы добрались. И ведь поезд здесь действительно был, как и наличие патронов с оружием в вагонах. Ох, как же зашевелилась моя жаба, когда батя предложил продать информацию о поезде, в обмен на наше помилование.
Но самое рациональное предложение поступило, как ни странно, от рыжего. Саня предложил заныкать немного ценностей, а уже остальное, без сожалений толкнуть какому-нибудь племени.
В общем, пока суть да дело, мы приступили к обыску. Если бы я хоть что-нибудь соображал в оружии, то, возможно, обрадовался бы тому, что увидел. Как только первый ящик открылся, моему взору предстало невероятное старьё, сложенное «Валетом». Винтовки, по типу той, что таскала Катюха, только без оптического прицела. М-дэ, тоже мне сокровища, рухлядь какая-то.
Следующий содержал в себе автоматы или, скорее, пистолет-пулемёты, те самые ППШ с дисковой подачей патронов. До автоматов Калашникова это мир тоже дорос, но случилось это несколько позже данной поставки.
Больше всего обрадовало наличие боеприпасов, вот патроны точно лишними не бывают, да и ценность свою не утрачивают в любом виде, тем более медные. А самое ценное мы обнаружили ближе к концу поезда.
— Никогда о таких не слышал, — пробормотал отец, нежно поглаживая медные цилиндрики гранат. — В прошлый раз мы их, кажется, не видели.
— В прошлый раз мы так тщательно поезд не осматривали, — пожала плечами мама. — Да и раньше с медью дела обстояли иначе. Сейчас за такое добро могут легко горло в подворотне перерезать.
— Маш, ну ты чего при сыне такие вещи… — возмутился, было, отец, но мама так на него посмотрела, что он попросту махнул рукой, без продолжения.
«Ну а чего он, в самом деле, будто не видит, что меня не испугаешь видами крови».
Очередную ночь решили провести здесь, у поезда, а вот завтра, по утру, уже капитально обвешаться стволами, сделать крупную партию заначки и направиться к ближайшему племени для обсуждения условий.
Меня такой расклад вообще не устраивал, но я всё ещё не понимал, как можно повлиять на родителей и заставить их свернуть с выбранного пути. С каждым разом что-то внутри меня противилось возвращению к мирному руслу. То ли жажда крови, а, возможно, и жаба, только совсем не крови.
Однако, как всегда и бывает, череда везения была прервана неудачей, хотя это, конечно, как посмотреть. Как по мне, так всё вышло «лучше не бывает».