Макс Вальтер – Инволюция (страница 31)

– Ну и хули, сразу их и почпокаем, – оскалился тот. – Пока он будет ебальником воздух глотать.

– Ой, да по хуйю, – немного подумав, махнула рукой Лена. – Помоги связать.

– Ебучий паровоз! – почти тут же посыпались маты со стороны наркомана. – Он уже промёрз весь на хуй, даже руку хуй согнуть.

– Ща, – поморщился я и воспарил над миром в поисках хоть какого-нибудь строения, в котором я смогу поддерживать тепло.

Всё оказалось не так уж и плохо, мы находились буквально в километре от Обухова. В общем, не шибко далеко успели отъехать от места встречи.

Однако странно, конечно, со стороны Царя изловить нас довольно хитрым способом и так жидко обосраться при транспортировке. Почему он не озаботился хотя бы уколом снотворного, или не продолжил держать под контролем в мире грёз? Ладно, разбудим – узнаем.

Мы сняли ремни с нескольких автоматов, часть прихватили с собой, чтобы впоследствии спеленать Царя. Два привязали на ногу, чтобы было удобно волочить труп и неспешно двинули в сторону города.

Первые метры приходилось довольно туго, так как я основательно взрыхлил землю вокруг. Но стоило выйти за пределы колонны, как тушка Петра, довольно легко заскользила по обледеневшей поверхности.

Но мы хитрые, прежде чем отправиться в путь, успели ещё и переобуться. Ботинки на военных оказались очень хорошего качества не только с виду. На те берцы, в которых доводилось служить мне, они мало чем походили.

Но как бы ни были они хороши, мы периодически поскальзывались. Хотя с тем, как выглядели наши попытки передвигаться в самом начале морозов, сейчас даже и не сравнить.

Мы свернули в первое попавшееся на глаза здание – выбор пал на заправочную станцию. Как только мы вошли внутрь, я даже глазам своим не поверил: помещение оказалось нетронутым.

Как такое вообще возможно – даже в голове не укладывается. Ведь в первую очередь люди обыскивают именно такие заведения.

Во-первых, на заправках всегда есть еда и вода, как минимум шоколадки и «Бич-пакеты» точно получится отыскать. Во-вторых, топливо – не менее ценный ресурс. Однако сюда отчего-то никто даже не заглянул, иначе полки были бы пустые.

– О, бля, ни хуя себе! «Сникерсы»! – Мутному даже предлагать ничего не нужно, он быстро сориентировался и принялся набивать рюкзак и карманы сладостями.

– Об них сейчас зубы на хуй сломаешь, – прокомментировала Лена.

– Да поебать, ляжками отогрею, – отмахнулся тот.

Я же приступил к делу. Ну как, втянул пару частиц в ладонь и прогрел помещение. Даже дышать сразу стало намного легче. Ледяной воздух больше не обжигал лёгкие и не щипал лицо. Щёки тут же покраснели и зачесались. Но мы на это мало обращали внимание.

Чтобы спеленать Царя, всё же пришлось ломать ему руки и ногу – ждать, пока он отогреется, не было ни сил, ни желания. Да и при таком холоде у него уже наверняка наступило трупное окоченение.

Физически с этим процессом мы не справились, даже прыжки Мутного на плече мало чем помогли, потому я снова прибег к помощи частиц.

Тело Петра с противным хрустом приняло нужную нам позу, после чего мы тут же крепко перевязали его ремнями. Руки скрепили за спиной, тело перевернули на живот, слегка согнули и до кучи соединили запястья с ногами. Затем опрокинули покойника на бок, и наконец Лена приступила к своей части.

Отрыгнув комок света, она поместила его в грудь Петра, и уже спустя пять минут с его стороны прозвучал первый хриплый, протяжный вдох.

Мутный быстро подхватил с прилавка бутылку минералки, разбил её о полку и, склонившись над пацаном, принялся выкалывать ему глаза.

Вот уж поистине: неумелый мясник – хуже опытного садиста. Он ему половину рожи изрезал, прежде чем первый глаз поддался. Царь к тому моменту ещё не успел окончательно прийти в себя, хрипел, пытался увернуться, но второй глаз спасти так и не смог.

– Ну чё, пидор, готовься, как и обещал, сейчас я тебя в череп ебать буду, – не забыл напомнить о своих планах Мутный.

Царь попытался отстраниться, но где там, ремни крепко фиксировали его тело, только головой трясти и получалось.

Глава 13

Разговоры

– Ты сможешь так, чтоб раны зажили, а сами глаза не восстанавливались? – уточнил я у Лены.

Данное решение пришло в голову потому, что от Царя невозможно было добиться ни слова. Он только стонал и скулил. Видимо, это лишь в кино такое случается: режут человека, кишки на вертел наматывают, а он всё сносит, молчит, только зубы крепче сжимает.

А на деле вот чего: шок, едва дышит вообще.

Мы с Мутным прекрасно знаем, что такое боль. Когда зуб ноет, хочется убить всех вокруг, вместо того, чтобы отвечать на тупые вопросы. А когда приходит наркотическая ломка, собеседника даже не слышишь, всё внимание сосредоточено на боль.

Нечто подобное сейчас и испытывает Пётр.

– Да хуй знает, – пожала плечами та, – давай попробуем.

Лена прикоснулась двумя пальцами ко лбу пацана, и буквально за мгновение рваные раны затянулись, а на их месте вновь сверкнули синевой глаза. Однако Мутный не растерялся и снова встал перед Царём на колени, а заодно и выразил ему своё почтение.

Осколок стекла врезался в плоть, но плоская сторона не очень-то желала прокалывать мягкое глазное яблоко. Мало того, даже веко не поддалось.

Мутный, вместо того чтобы подумать, решил начать ёрзать «розочкой» по глазнице. Царь взревел раненым зверем, снова попытался отстраниться, но наркоман крепко держал его затылок.

– Блядь, ты посмотри на этого долбоёба, – ткнула пальцем Лена в сторону Мутного. – Язык даже высунул от усердия.

– Да блядь, – раздражённо ответил тот. – «Розочка» скользкая, сука, с него кровищи, как из поросёнка.

– А он и есть хрюша, – Лена нагнулась ближе к уху пленника и весело хрюкнула несколько раз. – Гер, может, сожрём его?!

– Позже, – отрицательно помотал я головой. – Поговорить с ним хочу. В нём душ сидит почти столько же, как у нас вместе взятых.

– Я знаю, – ухмыльнулась та, – давно их вижу.

– Готово, ебать, – поднялся на ноги Мутный и резко вытянул руки в сторону жертвы, демонстрируя нам свою работу, мол, та-дам!

– Ух ни хуя себе ты ему ебальник располосовал, – удивился я. – Может, тебе нож дать?

– На хуя? И так заебись, – отмахнулся тот. – Ну чё, мать, ещё разок попробуем?

И Лена попробовала.

На этот раз кореш решил использовать тыкательную тактику. Правый глаз получил необратимое повреждение с первого удара. Вышло удачно, потому как Царь переводил дыхание от унявшейся боли, в общем, не дёргался. Но за тем всё изменилось, и наркоман стал мазать.

Место вокруг глаза, быстро превратилось в кровавое месиво. Как-то сразу стало неясно, достаточно ему или Мутный даже не соизволил попасть? В итоге он напрочь изрезал ему всю рожу, затем оторвался от жертвы и устало вытер испарину на лбу.

– Фух, бля, что-то я заебался на хуй, – выдохнул тот. – Хуй с ним, давай нож.

– Держи, утырок, – вместо меня, протянула ему клинок, Лена. – Ну чё, пробуем?

– Пого́дь, ща водички ебану, – кивнул тот и направился к прилавку. – Гер, сделай там эту хуйню свою, чтоб растаяло.

Я по старой памяти поймал пролетающую мимо частицу и щёлкнул пальцами. Мутный тут же присосался к бутылке и влил в себя зараз чуть ли не литр. После того как оторвался от горлышка, замер, а через секунду мощно отрыгнул.

– О, заебись получилось, – хохотнул он. – Аж вон те прилавки шевельнулись. Ну чё, ебать, погнали дальше?

Я сходил за кассу и вытянул оттуда в торговый зал стул.

Мутный уже наготове, сидит на корточках перед лицом Петра, поигрывая клинком в руке. Но на этот раз его услуги не пригодились, Лена исполнила задуманное и лицо пацана, зажило прямо на глазах, вот только не восстановилось, покрылось грубыми шрамами.

– Ни хуя себе ты его разукрасил! – в очередной раз выпучил я глаза от удивления.

– Бля, это чё, всё? Я только настроился, – разочарованно протянул наркоман. – Ща, я ему ухо ещё отхуячу, ладно?

– Ебашь, – отмахнулся я и разогрел себе пачку чипсов.

Мутный приступил к делу, оттянул ухо и принялся пилить ножом хрящ. Царь выл, извивался, даже начал умолять, просил остановиться, но мой товарищ был непреклонен.

– Во, – с довольным видом продемонстрировал он кусок окровавленной плоти. – Отхуячил.

– Молодец, – кивнул я, – Ещё будешь что-нибудь отрезать?

– Да ну в пизду, надоело, – поморщился тот. – Дай-ка на хуй.

Он бесцеремонно выхватил у меня пакет, отбросил на пол отрезанное ухо и окровавленными пальцами полез в чипсы.

– Поговорить желание не возникло ещё, а?! – пнул я Царя, даже не отрывая задницы от стула.

– Да. Всё скажу. Не надо больше, – зачастил он, едва успевая хватать в паузах воздух.

– Ну и на хуя ты всё это затеял?

– Не я. Это не я.