Макс Вальтер – Философия терпимости (страница 39)

— Ага, успокоишься здесь… Блин, слушай, а ведь точно! Может, его грохнули и уже потом сюда уложили?

— Нет, вся кровь в одном месте, и следов борьбы нет. Такое ощущение, словно он сам покорно прилёг и разрешил себе горло перерезать. Но ведь так не бывает.

— Я не понимаю. Ты что, расследованием убийства собрался заниматься? Оно нам надо вообще? Пусть кардиналы виноватых ищут, в конце концов, им за это деньги платят. И, попрошу заметить, немалые.

— А мне вот что интересно: почему здесь не воруют? Ведь все дома почти без дверей стоят, но никто ничего не берёт.

— П-хах, а ты попробуй! — хитро прищурился Хлюпа, — Давай-давай, не стесняйся, возьми что-нибудь.

Я пожал плечами и поднялся со скамьи. Осмотрелся в поисках ценностей, но кроме самодельной кружки ничего на глаза не попалось. Подойдя к полке, я поднял посудину, и ничего не произошло. Я бросил вопросительный взгляд на Хлюпу, но вместо ответа он с той же ехидной ухмылкой кивнул в сторону выхода.

И вот здесь начались чудеса технологического мира. Стоило перешагнуть порог, как перед глазами вспыхнула надпись: «Вы совершаете противозаконное действие. У вас десять секунд, чтобы вернуть чужое имущество законному владельцу. В противном случае вас ожидает тридцать дней каторжных работ».

— Вот как? — Я вернулся и водрузил кружку обратно на полку.

Но этим дело не закончилось. Как только погасли цифры секундомера, мне прилетел штраф в размере двух тысяч денег за попытку кражи.

— Блин, Хлюпа! — тут же возмутился я. — А по-человечески объяснить никак? Я из-за тебя на два косаря налетел!

— Зато теперь ты знаешь.

— Чушь какая-то. — Я снова уселся на скамью и уставился на приятеля. — За кражу, значит, сразу каторга светит, а за убийство нет?

— Почему? — пожал плечами он. — Накажут за любое нарушение закона в пределах города, здесь даже не сомневайся. На пустошах можешь творить всё, что заблагорассудится. А здесь сигнал сразу поступает кардиналам, и ты попадаешь в федеральный розыск.

— А как же с грёзами?

— Ну-у-у, — ухмыльнулся Хлюпа. — Здесь всё немного сложнее. Башляй кому нужно и не лезь на чужую территорию. Вот если мы с тобой в этот бизнес сунемся, нас тут же прикроют. Но когда всё делаешь правильно, твои сделки просто контролируются, а ты платишь процент и живёшь себе спокойно. У них ведь главное как? Лишь бы относительный порядок был, без грабежей, убийств и прочего. А на остальное могут и глаза закрыть. Особенно если это регулярно счёт пополняет. Ну, я так думаю.

— То есть точно ты не знаешь?

— Пф-ф-ф, Штопор, кто тебе о таком рассказывать станет⁈

— Понятно, — буркнул я и тяжело вздохнул — И где они тогда?

— Кто? — Приятель удивлённо выпучил глаза.

— Кардиналы кто же ещё⁈ Покойник имеется, место убийства тоже, а представителей закона всё нет. Я ведь правильно понял: сигнал сразу всем поступает?

— Наверное, я же точно не знаю. Скорее всего… В крайнем случае, ближайшим к месту происшествия.

— Тогда где они?

— Да мне-то почём знать⁈ Блин, давай уже сваливать! Вот совсем нет никакого желания попадаться красномундирным на месте преступления.

— А если у меня нет визора и я кого-нибудь убил?

— Как это нет визора? У тебя же есть?

— Хлюп, это к примеру. Вот не стал я себе его устанавливать. Или извлёк впоследствии. Его ведь можно как-то убрать, так?

— Теоретически — да… — Он задумчиво почесал подбородок. — Ну не знаю. В таком случае сигнал, наверное, не поступит. Слушай, а может, уличные барыги грёзами так и торгуют… Не одни же мы такие умные? Хм-м, надо бы поинтересоваться этим делом.

«Визор чист», — всплыло перед глазами сообщение от Шпалы.

«Что значит — чист?» — уточнил я.

«Девственно. Будто его пару минут назад установили. Данных нет совсем. Их не просто удалили, а отформатировали и дефрагментировали. Там теперь концов не найти».

«Ясно», — коротко ответил я и посмотрел на Хлюпу. — Ну что, пошли?

— Куда?

— Кардиналов искать.

— Ты ведь сейчас шутишь, да?

— Нет, Хлюп, я абсолютно серьёзен. Здесь дело нечисто. Его визор полностью чист. Убийство выглядит очень странно. Плюс, кардиналам, скорее всего, никакой информации о нём не поступало.

— Это же хорошо. Свалим по-тихой, и дело к стороне.

— Ничего хорошего. Либо наш убийца гуляет без визора, либо я даже не знаю… В любом случае оставлять его так нельзя, не по-человечески это.

— Да не хочу я к кардиналам.

— Задрал ты уже… Пошли, кому говорю! — Я схватил Хлюпу за рукав и насильно вывел его из хаты Штекера.

Вот только далеко уходить не стал: отвёл его буквально за поворот и прижал палец к губам, неоднозначно намекая, чтобы он заткнулся. Я наконец понял, что здесь произошло. А всего-то и нужно было как следует присмотреться. Штекер вовсе не труп, он притворяется, и довольно умело. К делу он подошёл профессионально, и будь я на панике, как мой приятель, вряд ли заметил бы подвох. Но как раз тот факт, что я пристально наблюдал за его телом (ну и ещё некоторые аспекты), и навел меня на эту мысль.

Во-первых, мёртвые не потеют, а лоб Штекера, довольно сильно покрылся испариной. Всё же жара здесь невыносимая. Во-вторых, когда убили Кальку, она сразу пропала из сети, а он — нет. Да, визор оказался почищен, вот только ай-ди всё ещё был в доступе. Насколько я понял, считать данные с визора в случае смерти владельца можно лишь при физическом контакте. Из сети он выпадает тут же. Иначе зачем бы кардиналы увозили в управу тело Кальки? Не исключаю, что я чего-то недопонял, но Штекер жив, в этом я был уверен на все сто процентов. Остаётся главный вопрос: «Зачем он устроил это шоу?»

Ответов было несколько. Однако чтобы окончательно во всём убедиться, нужно проследить за нашим новопреставившимся. Надеюсь, он не заставит себя долго ждать. Не просто же так я озвучил наши с Хлюпой планы. Скорее всего, Штекеру проблемы с кардиналами не нужны, ведь они быстро сообразят, что он жив. Чего доброго, ещё штраф неподъёмный влепят. С чувством юмора у этих ребят дела обстоят не очень.

— Ёп… — хотел было крепко выразиться Хлюпа, когда наш подопечный, весь перепачканный кровью, выбрался из логова.

Я едва успел прикрыть рот Хлюпе и ещё раз на него шикнул. Нет, мат меня не смущает, но сейчас не самый подходящий момент, чтобы слиться в самом начале слежки. Даже Палыч — и тот не высовывается, понимает, чем занят его хозяин. Ну ладно, это я держу его под строгим контролем.

Штекер внимательно осмотрелся и быстрой походкой скрылся за ближайшим поворотом. Дабы не упустить его и самим не мелькать перед глазами, я вновь воспользовался своим секретным оружием — пустил по следу Геннадия Палыча. Строго контролируя его поведение, мы с Хлюпой устремились за Штекером. Ёж семенил чуть впереди, периодически скрываясь за поворотами.

Я специально запускал его в проулки, чтобы убедиться в отсутствии объекта преследования. Зрение у Палыча, конечно, тот ещё подарок, но чтобы разобраться в ситуации, его хватало.

Штекер целеустремлённо уходил всё глубже в трущобы. Он постоянно оборачивался, иногда останавливался, чтобы пропустить кого-нибудь вперёд. Видимо, подозревал, что за ним могут следить. Нас он, естественно, не видел: пользуясь зрением Палыча, мы могли позволить себе не высовываться. Так мы и вели клиента, пока тот не юркнул в одну из хижин.

Как я уже неоднократно повторял, все трущобы собраны из говна и палок. Щелей в домах столько, что можно без проблем наблюдать за происходящим внутри. А уж какая у этих стен звукопропускная способность… Мы с Хлюпой шмыгнули в проулок, обошли дом с обратной стороны и обратились в слух.

— …верен?

— Да, я несколько раз проверил. Никто не знает, что я здесь. Специально три раза мимо прошёл.

— Я надеюсь, ты прав и они поверили.

— Вы бы видели их рожи, когда они в дом вошли! Но этот у них, конечно… Как его… Штопор, во. Ушлый тип. Главное — сидит, вылупился на меня. А потом вдруг говорит, что кто-то мой визор взламывать сейчас будет. Я едва успел данные отформатировать. Даже дефрагментацию запустил.

— Ты идиот! Они теперь точно обо всём догадались! Я ведь велел тебе сделать это до того!..

— Да не кипишуй, там точно всё ровно. Они за мусорами пошли. Если бы догадались, то хотя бы пульс попытались прощупать. Им бы всё равно ничего не светило, но тем не менее. Очканули они, сто пудов.

— Ладно. Ты нашёл то, что я просил?

— Да. Фраер этот к тёлке одной постоянно захаживал. Дело вкуса, конечно, но уж больно стрёмная она. Жопа как дирижабль, аж в дверь со скрипом проходит…

— Ты можешь без лирики своей⁈ Ближе к делу!

— Извините. В общем, я её хату обшманал. Пусто там.

— Ты что, в самом деле идиот?

Оппонент Штекера перешёл на истерические нотки, и мы с Хлюпой переглянулись. Очень уж знакомым нам показалось это повизгивание. Где-то мы его уже слышали.

Не сговариваясь, мы одновременно прильнули к щели в стене. Так и есть, наш старый знакомый с плешкой на голове.

Тем временем страсти внутри продолжали развиваться.

— Ты понимаешь своей тупой башкой, как я рискую⁈ Если он узнает, что я играю за его спиной, мне конец! Эта бутылка — единственный шанс выйти из тени! Найди мне её, или я дам ход твоему делу! Ты у меня из дерьма до конца дней не вылезешь! Понял меня⁈

— Да вы не орите, динамики сядут. Я ж не просто так вас позвал, всё по делу.

— Ну⁈ — выдохнул лысый. Он достал из кармана замызганный носовой платок и промокнул лоб и лысину.